Страница 26 из 144
Муцкевич по-волчьи втянул воздух ноздрями.
Запах точно шёл от тёмно-серого, кирпичного здания за высоким бетонным забором.
- Тут он! – уверенно сказал Муцкевич и оскалил зубы в улыбке. – Духом его оттудова тянет!
Клещёв, прижав руки к груди, закрыл глаза и мелко затрясся. Потом, замерев, вытянул далеко вперёд язык, пробуя воздух на вкус.
И подтвердил:
- Точно! Здесь! Кровушку его чую…
Приложил ладонь к уху:
- И сердце беспокойно стучит. Не спит, хоть и ночь на дворе. Волнуется, видно. Переживает.
И тут же протянул разочарованно, обращаясь к спутнику:
- Вова, но это же и впрямь тюрьма!
Ступая медленно и осторожно, подошли они ближе к воротам и прочитали табличку.
- Следственный изолятор, - грустно промямлил Клещёв.
- А ты как думал! – подтвердил весомо Муцкевич. – Хозяин сказал, что в узилище, значит, так и есть!
Клещёв, забеспокоившись, зачем-то стал ходить вдоль ворот, меряя их длину шагами.
И прекратил это занятие лишь после того, как из будки вышел охранник и посмотрел на него выразительно.
- Пошли отсюда, - предложил он Муцкевичу.
Тот согласился.
Отойдя подальше, остановились они возле урны для перекура.
- Как же мы,.. – обронил Клещёв, докурив сигарету до середины.
- …Проникнем-то туда? – закончил он мысль, вытянув сигарету до фильтра.
И, ругнувшись, выбросил окурок.
- Штурмом, что ли, брать?!
- Не суетись, - пробубнил Муцкевич. – Им, небось, не мы одни занимаемся. Дело серьёзное, раз хозяин нам поручил…
- Так времени у нас нет! – застонал Клещёв.
И в ярости пнул завалившуюся на бок урну.
- Не суетись, - повторил Муцкевич, докуривая первую сигарету и тут же доставая из пачки вторую.
- Что-то мне подсказывает, - продолжал он, рваными облачками выбрасывая дым, - что завтра он отсюда выйдет. Точнее, его отсюда вытащат. Это если он действительно опасен. А если не так опасен, как мы думаем, то…
Причмокнув, закончил:
- Тогда его удавят прямо там, внутри! И мы об этом узнаем!