Страница 136 из 144
Любанин будто спал на траве. Тление ещё не проступило на его теле и кожа была ровной и белой.
- Тот самый? – спросила Вельфана, разглядывая труп. – Тот, что был с беглецом? Тот, что увидел нас той ночью?
- Да, госпожа, - подтвердил Тархес. – Признаться, той ночью я плохо его рассмотрел. Мне казалось, что не рассмотрел вовсе. Но когда я нашёл на окраине леса его труп, лицо мертвеца мне показалось знакомым. Хвала Пустоте, было время его хорошенько разглядеть! Теперь же я уверен – это он.
- Слишком долго он был живым, - заметила Вельфана. – Слишком много неприятностей он нам доставил.
Она провела ладонью над трупом. Помедлила немного и снова распростёрла ладонь над погибшим.
- Надо же…
- Он интересен для нас, госпожа? – уточнил слегка взволновавшийся Тархес. – Я решил оставить труп для топки. Полагал, что запас плоти не будет лишним. Надеюсь, я не повредил нашему делу.
- Нисколько, - ответила Вельфана. – Скорей уж, помог. Просто это странно, очень странно…
Тархес слегка отшатнулся в удивлении: госпожа улыбалась. Впервые за долгие, долгие годы.
- Этот человек – блаженный, мой дорогой Тархес. Точнее, был им при жизни. У нас уже двое блаженных, Тархес. Одного, живого и привязанного к листу металла, готовят сейчас к загрузке. Второй, мёртвый, лежит перед нами. Сразу два уникума в одном месте и в одно время – это много, Тархес, очень много.
- Не верите в совпадение? – уточнил сообразительный слуга.
Вельфана провела в воздухе пальцем черту – знак отрицания.
- Не верю. Таких совпадений не бывает. Невидимый рядом, Тархес. Он давно уже выследил нас, он всё это время был рядом. И его выкормыши где-то рядом… эти твари со свёрнутыми мозгами.
Тархес покосился на стоявшего в сторонке скромно Мартемьяна.
Сакморы вели разговор самым привычным для себя способом, то есть телепатически, потому обезьян искренне недоумевал, отчего хозяева так долго рассматривают труп какого бродяги в полном молчании и изредка чертят в воздухе какие-то непонятные знаки.
Впрочем, древнего языка сакморов Царьков всё равно не знал, так что если бы беседа велась вслух, содержание её осталось бы для него непонятным, разве только удивлялся бы он куда меньше, увидев куда более привычную для него форму общения.
- Был и второй труп, - напомнил слуга.
- Трансформированный? – уточнила Вельфана.
Тархес кончиком пальца нарисовал круг.
- Куда дел?
- Утилизировал, - и Тархес довольно похлопал себя по животу. – В топке от него пользы не было бы, совсем гнилая плоть. Гнилушки коптят…
- Это верно, - согласилась госпожа. – Но пару-тройку гнилушек мы сегодня подбросим в огонь новой жизни. Сегодня будет такой жар, что сгорят и гнилушки.
И, перейдя на язык землян, обратилась к Царькову:
- Закончили выгрузку?
Мартемьян нелепой походкой враскачку подошёл к госпоже и, поклонившись, доложил:
- Всё сделали как вы сказали, госпожа. Трупы выгрузили, выложили по краю поляны. Много трупов, очень много!
- Не отвлекайся, - остановила его восторги госпожа. – Живые?
- Связаны, в готовности, вот у той сосны.
И обезьян показал на одиноко стоявшую в сторонке невысокую лысоватую сосну.
- По охраной.
- Блаженный жив? – уточнила Вельфана.
- Жив, а как же, - охотно подтвердил Мартемьян. – Я лично за ним ухаживал, даже спросил, не надо ли водички поднести, лоб ему два раза протёр. Жив, дышит, милый-то наш! Жрать будем или как?
- Заткнись, ублюдок, - равнодушным тоном приказала госпожа. – Найди генерала и веди его сюда, срочно. Постоите рядом со мной, понаблюдаете… И скажи генералу, чтобы внутреннее оцепление придвинул плотней к поляне. Здесь сейчас весело будет, очень весело…
Обезьян глуповато прыснул и, согнувшись, бодро поскакал по тропинке, отталкиваясь от земли передними и задними лапами.
- Странно, - заметила госпожа, вновь перейдя на язык сакморов. – Мы предлагали этим людям биотрансформацию как величайший дар, как возможность получения сверхспособностей и выхода на высшую ступень развития их вида. А они предпочли животное обличье и уродливый гротеск вместо природного совершенства. Странные, странные дети…
- Этот выбор логически проистекает из их жизненной философии, - заметил Тархес.
– Стремление к наслаждениям и доминированию заставляет развивать в себе животное начало в ущерб всем прочим. Наши технологии измучили этих несчастных обезьян.
- Подарим им покой, - в тон ему произнесла Вельфана. – Обеспечь прикрытие, Тархес. Я начинаю.
Слуга повернулся и подошёл к стоявшим чуть в стороне Бронхесу и Виккусу. Обменялся с ними взглядами.
И все трое разошлись по заранее намеченным позициям, где их уже ждали пулемёты с заправленными лентами, гранатомёты и автоматы на боевом взводе.
У Тархеса было время, чтобы подготовить и оборудовать огневые точки.
И дело своё он знал.
- Мусорные! – в испуге завопил Огрызок, показывая на движущихся навстречу чудовищ.
Уродливого вида великаны, чьи тела были составлены из разноцветных раздувшихся мусорных пакетов, валко и тяжело наползали на них, с трудом продираясь сквозь лесные заросли.
- Только не пулями! – крикнул Акинфий, заметив, как Борис берёт наизготовку выхваченную из сумки винтовку. – Пулями их не возьмёшь!
- А как тогда? – недоумённо переспросил Голубев.
Конечно же, он подозревал, да что там подозревал – был уверен, что битва будет необычная. Но сражаться с мусором!
Но через секунду пришёл в себя.
- Огнём их! – крикнул Борис. – А я на дере...
Длинная трассерная очередь прошла по стволам. Над головами поплыли с шипением выпущенные из ракетницы белые звёзды.
«Нельзя на дерево, снимут» понял Борис.
И подскочил к Корнилию.