Страница 3 из 4
При всем своем хамском отношении к людям человеком Степанида была практичным и сразу умерила свой пыл. Встреча состоялась, и дочь стала частенько позванивать отцу, что приводило Степаниду в ярость.
Однажды, когда Жорж уже почти не выходил из дома, у него отнимались ноги, дочь приехала проведать отца. Степанида выставила ее за дверь и постаралась прервать все телефонные связи Жоржа с внешним миром.
Но ей все-таки приходилось отлучаться из дома. И вот как-то, в момент своего возвращения, она застукала дочь в гостях у отца.
Она так вышла из себя, что вызвала наряд полиции и с их помощью выдворила дочь из квартиры. Я случайно оказался в общем холле, когда происходило это событие, и полицейские пытались уговорить даму вести себя пристойно. Оскорбленная дочь, естественно, сразу покинула столь «приветливый» дом.
После скорой смерти мужа дама, даже не дождавшись девяти дней, начала срочной ремонт. Соседям она сказала, что наконец-то поживет так, как ей мечталось.
Все это припомнилось мне, но я решил, что не стану рассказывать следователю всех подробностей жизни нашей умершей соседки.
Разговор со следователем
На следующий день в десять часов утра в мой кабинет вошел совершенно молодой человек, представившийся Виноградовым Алексеем Степановичем. Честно говоря, я был потрясен его молодостью. Он выглядел чуть ли не подростком. Видимо, угадав мои мысли и чувства, молодой человек был очень смущен. Поняв это, я предложил ему сесть. Он сел на стул напротив меня и старался собраться с мыслями. Молчание затягивалось, и я уже с беспокойством поглядывал на своего гостя.
– Боже мой, – проносились у меня в голове, – кому теперь доверяют расследование.
Наконец, Алексей Степанович заговорил.
– Даже не знаю, с чего начать, – сказал он.
– Начните с главного. Почему органы интересует смерть самой простой старушки?
– Видите ли, Андрей Сергеевич, я должен вам признаться, что я не совсем тот человек, за которого выдал себя в нашем телефонном разговоре.
Я удивленно посмотрел на него, но не произнес ни слова. Мне не хотелось приходить ему на помощь. Пусть признается, а там посмотрим.
В комнате опять повисло молчание. Мне это стало порядком надоедать, и на моем лице, видно, отразилось то, о чем я думал.
Молодой человек глубоко вздохнул и решительно бросился «в омут с головой».
– Я не следователь, потому что никакого уголовного дела нет. Я стажер патологоанатом. Мне доверили провести вскрытие тела вашей соседки. Мой наставник не захотел возиться с никому не нужной пожилой женщиной, умершей, по его предположению, естественной смертью от сердечного приступа. Собственно, в свидетельстве о смерти указана именно эта причина.
– А разве это не так? – заинтересовался я.
– Андрей Сергеевич, я расскажу вам все, если вы пообещаете мне, что наш разговор останется между нами. Никто не возбуждал никакого уголовного дела. Ее тело до сих пор не востребовано. Я понимаю, что это никому не нужно, и не собираюсь заваривать кашу. Но, поймите, если можете, меня. Я студент четвертого курса медицинского института, мне впервые доверили вскрытие, в результате которого, я предполагаю преднамеренное убийство. Нет, не предполагаю, я просто уверен в этом. И мне для себя захотелось узнать, кто была эта женщина, почему ей помогли уйти в иной мир, а, если смогу, то докопаться, кто этот убийца. Но, конечно, я не стану ставить в известность об этом соответствующие органы.
Сказать, что я был ошарашен, значит не сказать ничего. Новость потрясла меня. Но юноша, сидящий передо мной, был так молод, что я заподозрил его в желании поиграть в Шерлока Холмса.
– От меня-то что вы хотите узнать? Насколько мне известно, дверь ее квартиры полицейским пришлось взламывать. Следовательно, в момент смерти женщина находилась там одна.
– Но кто же тогда накрыл ее подушкой, чтобы она задохнулась, и сердце ее не выдержало? – спросил молодой человек. И продолжил. – Ведь ключи от ее квартиры могли быть у ее родственников, соседей, той подруги, которая позвонила в полицию. Она пролежала в квартире более трех дней. Подруга забеспокоилась поздновато, вам не кажется? Кстати, Андрей Сергеевич, вы знаете ее подругу? Как часто она бывала у вашей соседки?
– Вынужден вас разочаровать, я вообще, не в курсе жизни этой женщины. С ее мужем мы поддерживали соседские отношения, но после его смерти, всякие отношения прекратились. Не знаю, были ли у нее подруги, но изредка, раз в год или в полгода, какая-то женщина у нее бывала. Я несколько раз встречался с ней в коридоре или у лифта. Но, зная Степаниду Николаевну по рассказам ее мужа, я не думаю, что она кому-то дала ключи от своей квартиры. И если это все-таки случилось, то ваши предположения не лишены смысла. Мне представляется, что содержимое квартиры, или вернее, что-то из него могло заинтересовать кого-либо. Она была не бедной женщиной, хотя и любила ею прикидываться.
– А как звали эту подругу, вы не слышали?
– Нет, как-то так случалось, что я встречал ее в одиночестве. То она мусор выбрасывала, то уже выходила из дома.
– А как она выглядела?
– Знаете, так серо, что я не запомнил. Полноватая, среднего роста, светло-русые волосы, со средней длины стрижкой. Одета весьма просто, мне показалось, на уровне подсобной рабочей.
– Вот видите, а говорите – не запомнили! – восхитился Алексей Степанович.
– Ну этого слишком мало, чтобы найти эту даму. Спросите у ее ближних соседей. Помнится, на поминках ее мужа был ее сосед и эта подруга. Я видел, как они выходили от нее.
– А каким человеком была ваша соседка, по вашему мнению? – спросил мой гость.
– По моему мнению, – неважным! – честно ответил я.
Алексей Степанович поблагодарил меня, и мы расстались, довольные друг другом. Мой гость пообещал обязательно рассказать мне, если ему удастся разыскать человека, причастного к смерти нашей соседки. Но, честно говоря, я сомневался в том, что Степаниду убили, как, впрочем, и в том, что молодому человеку в одиночку удастся найти убийцу, если таковой вообще существовал.
Фантастическая встреча
Вся эта чепуха, как я мысленно окрестил предположение Алексея, занимала меня буквально несколько дней, а затем я постарался выкинуть всю эту чушь из головы.
Дел было по горло, я готовился к выступлению на международной конференции в Брюсселе, вел занятия в институте, по выходным уезжал на снимаемую семьей дачу. Мне и в голову не могло прийти, что именно моя поездка в Брюссель поможет в тайном расследовании убийства моей соседки.
Именно в день вылета в аэропорту Шереметьево я познакомился с довольно обаятельным молодым человеком, услышав имя которого, не поверил своим ушам.
Итак, приехав в аэропорт, я зарегистрировался и решил до начала посадки в самолет посидеть в кафе и еще разок «пробежать» текст своего выступления. Мне повезло, я прекрасно устроился у окна, из которого мог наблюдать, как загружается наш самолет. Багажа у меня не было, только портфель с личными вещами и небольшой кейс с планшетом и необходимыми мне бумагами.
Вылет был ранним, и я не стал дома завтракать. Поэтому, усевшись в кафе «Шоколадница», я заказал себе завтрак и, быстро с ним справившись, начал просматривать тезисы моего доклада. Я так увлекся, что услышал объявление уже об окончании посадки в самолет. Естественно, я сразу заспешил, засуетился и, при выходе из кафе, уронил свой кейс, распахнувшийся и рассыпавший все свое содержимое. Я склонился, чтобы собрать его, и тут мне на помощь пришел молодой человек, который, как выяснилось, летел тем же рейсом, что и я.
Я был ему несказанно благодарен и вместе с ним прошел на посадку. В самолете, вот и не верь теперь в чудеса, наши места с ним оказались рядом, и, поскольку нас связывало уже нечто большее, чем соседство наших кресел, я счел, как само собой разумеющееся, представиться этому приятному во всех отношениях человеку. Я назвал себя и услышал совершенно невероятное имя в ответ: