Страница 26 из 123
— Да, такое вполне может быть… — озабоченно и задумчиво соглашается ЮСон со словами КиХо и на несколько секунд замолкает, обдумывая ситуацию.
— Если они взялись мстить, — возвращается он к разговору, — то я с ними не справлюсь. Это совершенно не мой уровень. Кто тянул эту ЮнМи за язык? Совсем берегов не видит. Небожительницей себя ощутила?
КиХо тактично молчит в ответ на прозвучавшие вопросы.
— В общем, так, КиХо. — говорит ЮСон, помолчав и приняв решение. — Давай, разузнай у себя, насколько можешь, всё об этой ситуации. А я — задействую свои связи. Если это на самом деле так, как ты предполагаешь, то наше положение очень скверно. Сегодня — трудовая инспекция, а завтра, кого они на нас натравят? Комиссию по этике? Запретят показ роликов агентства на телевиденье? Или, может, юридический отдел? Возьмутся проверять соответствие наших договоров и контрактов всех им нормам? Вся работа тогда встанет. Ты понял меня, КиХо?
— Да, господин директор. Постараюсь разузнать как можно скорее.
— Всё, действуй! — отдаёт приказание ЮСон.
(вечер этого дня. ЮЧжин с отрешённым выражением на лице читает форум)
[*.*] — Фу-фу-фу! Агдан унижалась перед япошкми! Как это жалко!
[*.*] — С ума сойти, японское правительство прислушалось к словам Агдан! Кто она такая, чтобы её слушали? Она даже не мировая звезда!
[*.*] — Может, она действительно — королева Мён СонХва? Обладает харизмой правительницы, вот японцы это почувствовали и сделали так, как она просила?
[*.*] — И что, они теперь всегда будут выполнять её просьбы? Поздравляю, мы наконец-то победили Японию! Мансе! Мансе! Мансе!
[*.*] — Пусть она попросит, чтобы они, наконец, нормально извинились за те бесчинства, что творили на нашей земле. Вот тогда мы увидим, королева она или нет!
[*.*] — Думаю, ничего у неё не выйдет.
[*.*] — Агдан умная, она не станет такого делать.
[*.*] — Когда она вдруг стала умной?
[*.*] — Она всегда такой была.
[*.*] — Умные люди не делают таких глупостей, как она.
[*.*] — Это каких же?
[*.*] — Умные люди, хотя бы уважают общепринятые нормы поведения.
[*.*] — В стране полно людей, которые это делают. Но в Billborde только её произведения. И номинирована на «Греми» из всей нации только она.
[*.*] — И что теперь? Не обращать внимания на то, как она попирает устои общества?
[*.*] — Ничего она не попирает. Она просто имеет своё мнение и не боится высказывать его вслух.
[*.*] — Мы вернулись к тому, с чего начали. Умные люди держат своё мнение при себе. Агдан — дура.
[*.*] — Агдан умная и смелая. Я её за это уважаю. Все молчали про сунын. А она взяла и сказала вслух, что она о нём думает. Итог? Ни одного самоубийства в этом году. А умные люди сидели и держали своё мнение при себе. То, что она сделала, ещё не оценили до конца. Люди ещё не поняли.
[*.*] — Поняли, поняли и уже оценили! Правительство огласило список награждённых в этом году. Агдан в нём нигде нет! Кх-кх-кх…
[*.*] — Правда?
[*.*] — Правда! Любой может в этом убедиться.
[*.*] — Мне жаль, что правительство у нас такое глупое.
[*.*] — А Агдан, значит, не жаль, потому, что она умная?
[*.*] — Мир никогда уже не будет таким, каким он был до этого выпускного экзамена.
[*.*] — От ты пафосная… пафос из тебя прямо прёт. Ты случаем — не мудан?
— Значит, ты умная? — прервав чтение, задумчиво вслух произносит ЮЧжин и делает вывод. — И поэтому, нравишься ЧжуВону больше моей красоты?
— Ладно, посмотрим, сколько у тебя ума. — обдумав произнесённую фразу, обещает она.
Время действия: девятое августа
Место действия: агентство «FAN Entertainment»
Сижу и уже секунд пять слушаю, как БоРам лихо идёт «по соседям». Офигеваю, но останавливать её и поправлять не спешу. Может, она сама одумается?
(«пойти по соседям» — музыкальный сленг, означающий исполнение соседних нот вместо нужных. прим. автора.)
— БоРам, БоРам! Всё, хватит, остановись! — наконец машу я ей рукой и, добившись мне нужного, спрашиваю. — Ты, что, забыла всё уже, что ли?
— Что я забыла? — не понимает та, озадаченно смотря на меня.
Я вздыхаю.
Приехали… На колу висит мочало, начинаем всё сначала…
— Мало, что не в той тональности, так ты ещё по нотам врёшь. — объясняю я суть своих претензий.
Рядом со мной стоит СонЁн и неодобрительно смотрит на БоРам. Та задумывается, припоминая.
— Да вроде нормально, — говорит она.
— Ладно, будем вспоминать, — не спорю я.
Сегодня я с самого раннего утра покинул больницу и целенаправленно устремившись, прибыл в агентство. Хоть «минимум неделя лежания», положенная после сотрясения мозга совсем не прошла, но лежать дальше нет совершенно никакой возможности. Нужно и песню готовить и дать возможность корди военную форму подгонять, в которой я буду принимать присягу, плюс ещё и для спасения дяди тоже нужно поработать. «Накидать» хотя бы в первом варианте мелодию. Возможно, что при её наличии «утрамбовка в размер» корейских слов пойдёт веселее. А то они никак «переводиться» с русского не хотят. Вчера весь вечер безрезультатно ломал свою больную голову над этой «шарадой». Чувствую, придётся пойти по пути переводчиков, ломавших голову над этой задачей до меня — заменить процентов девяносто слов, оставив одну мелодию. Да, я слышал этот вариант. Да, он мне не понравился. Но сделать лучше у меня не получается. Попробую помучиться ещё немного, если снова «не пойдёт», плюну и пойду проторенным путём. Не стану пытаться выпрыгнуть из шкуры, поскольку не вижу причин, чтоб это делать. Корейцам и такой вариант у нас нравился. Ну и бог с ними, как говорится! У меня и без этого головной боли достаточно.
— Так, онни, всё ясно. — говорю я БоРам. — Будем вспоминать. Но, не сейчас. Сейчас главное — это песня для военных, которую будем исполнять вместе всей группой.
— Я понимаю. — отвечает БоРам. — Просто я хотела, чтобы ты меня послушала. Что бы вспомнить.
— Вспомнили, проблемы поняли. — отвечаю я ей. — Сейчас у нас главная — СонЁн. Всё сейчас зависит от неё.
СонЁн смотрит на меня, я смотрю на неё.
— Сонбе? — вопросительно произношу я и делаю рукой приглашающий жест в направлении микрофонной стойки.
Она смотрит на меня и повернувшись, идёт туда, куда я ей указал.
— Сложно так, — бросает она на ходу. — Сразу…
— Я думаю, что вы справитесь, сонбе. — ободряю я её.
(примерно час спустя, там же)
Повернувшись, смотрю на ЮСона, ожидая, что он скажет. Только что прослушали вариант, исполненный СонЁн. То, что она неправильно произносит слова — плевать. Сейчас главное получить одобрение руководств. Править будем потом. Руководство, прихватив себе в качестве усиления КиХо и продюсера группы, думает.
— Как я понимаю, это совсем «сырой вариант»? — перестав смотреть на СонЁн, спрашивает «новдиректор», поворачиваясь ко мне.
— Можно сказать, самый первый, который можно показать слушателям, господин ЮСон. — отвечаю я.
Тот кивает.
— Как я понял, ты хочешь, чтобы СонЁн исполняла всё от начала и до конца? Так? — уточняет он.
— Да, — подтверждаю я. — Она главная солистка. У неё — получается.
— А ты где будешь? — спрашивает он у меня.
— В смысле? — в первый момент не понимаю я, но, догадавшись, что он имеет в виду, объясняю. — Буду вместе со всеми исполнять общую часть. Припев.
— Песня твоя. — указывает на имеющийся факт ЮСон. — И мобилизуют в армию тебя. Нужно, чтобы ты была главной солисткой.
— Это невозможно! — сразу ухожу я в «отказ». — У меня нет такого голоса как у СонЁн-сонбе и я вообще петь не умею!