Страница 4 из 21
– Увидимся, – орвин направился во дворец.
Глава 2 – Слуга и друг
На кухне…
Герберт и слуга, который его привёл, сели на краю длинного стола.
– Значит, ты – слуга орвина Андриана? – негромко поинтересовался незнакомец.
– Да, – не скрывал этого Герби.
– И как тебе?
– Пока не знаю, я первый день ему служу.
– Держись, приятель… как-нибудь…
– В каком смысле? – не понял Герберт.
– Ты, поговаривают, из села? Значит, ты действительно ничего не знаешь об Андриане?.. Тише, только между нами… Андриану никогда не нужен был слуга, разве что, извини, прихвостень, чтобы было веселее. Вроде бы чего такого? Да только ты сам можешь стать объектом его злой шутки, если он не найдёт себе занятия. Он не занимается серьёзными делами, вообще. Никогда не знаешь, чего от него ожидать. В последнее время он ходил очень мрачный, появился ты, и он повеселел. Не хочу тебя пугать, но боюсь, это не к добру. Но да не переживай, когда ты надоешь ему, он вышвырнет тебя, как ненужную вещь, и ты вернёшься в своё село, – незнакомец замолчал.
– А что, кому-то сильно доставалось от него? – Герберт не ожидал услышать такое.
– Ну, не то чтобы очень сильно… Всё зависит от его настроения. Иногда от его затей становилось даже веселее. Он умеет разогнать рутину.
– Он и с тобой… шутил?
– Да. Однажды я, как и сегодня, шёл мимо конюшни, а он возьми да и закинь меня на коня задом-наперёд, и вскачь того пустил. Ему смешно было, а я думал – расшибусь.
– Наверно, если бы тебе угрожала опасность, он остановил бы коня, – был уверен или по крайней мере надеялся Герби.
– Может быть, да только он ещё пару раз подгонял коня, когда тот собирался встать. Он потом извинился за шутку, сказал «Извини. Надеюсь ты несильно испугался?». Я мог только улыбнуться в ответ. Что скажешь орвину? Со стороны, может и мелочь, а с высоты конской спины взгляд на происходящее совсем другой.
– Он сегодня учил меня ездить на лошади и был весьма внимателен ко мне, – не знал, что возразить Герберт.
– Ты ему пока интересен. У него было хорошее настроение.
– Странно. Мы с ним болтали и он показался мне весьма доброжелательным.
– Не обижайся, но, возможно, это лишь потому что ты наивен и плохо знаешь его. Но уж лучше пусть он ходит в хорошем настроении и пошучивает, чем… Ну, у него были тут срывы, но никто не пострадал… Ты ведь не скажешь ему, что я говорил такое?
– Нет. Боишься, что он накажет тебя?
– Да.
– А часто он вообще кого-нибудь наказывает? – Герберту стало тревожно.
– Да нет, как-то не припомню. Может, пару раз, когда кто-то сильно провинился. Да не бойся, его забавы хуже наказаний. Бросят в темницу на пару дней, да и всё. Это лучше, чем быть привязанным к мишени для метания ножей.
– Ой…
– Но он лучше всех метает ножи. Ну, не бери в голову. Пойдём, провожу тебя к нему, – слуги вышли из столовой.
Герберта проводили в комнату Андриана. Тот уже пообедал и сейчас валялся на кровати. Здесь было много сундуков, закрытых на ключ, и даже на шкафу висел замок. Зато на столе свободно лежала масса предметов.
– Тебя что, обидели? – спросил орвин.
– Нет, – слуга выглядел потерянным.
– О чём задумался?
– Это твоя комната? Я должен буду прибираться здесь? – спросил Герберт, хотя думал о недавнем разговоре с другим слугой.
– Ни в коем случае. Не смей рыться в моих вещах, – запретил Андриан.
– Но что я тогда должен делать, раз я – слуга?
– Я ведь говорил тебе. Ты должен сопровождать меня и выполнять мои поручения. Ну, что ты стоишь у дверей? Проходи.
– А я всё-таки друг или слуга? – уточнил Герберт.
– Пока будем считать, что слуга-друг, а там видно будет, получатся ли из нас друзья, – орвин заметил что-то неладное в поведении слуги, ещё когда тот появился на пороге, – Что тебя беспокоит?
– То, что слуга не может быть другом орвину, – Герберт приблизился к кровати.
– Мы уже говорили об этом. Давай, не будем об одном и том же, – Андриан жестом предложил ему присесть на край.
– А «сопровождающий» и «прихвостень», в моём случае, это одно и то же? – слуга сел.
– Это тебя на кухне так обозвали?
– Меня никто не обзывал.
– Тогда что за мысли?
– Ну, того, кто постоянно ходит за кем-то называют прихвостнем…
– Обозвать-то недолго. Не удивлюсь, если Альфред тебя так назовёт. Да только ты не обращай внимания.
– Андриан, а друзья ведь не должны ничего друг от друга скрывать? – с волнением спросил Герберт.
– Конечно. Хочешь мне что-то рассказать?
– Вообще-то, хочу спросить.
– Ну, давай.
– А раньше ты был другим или таким же, как сейчас?
Орвин вздохнул и сел: «Вроде «Да», вроде «Нет», но с некоторых пор кое-что изменилось, – он решил рассказать слуге об этом, – Визит вингэдцев и скалеонцев во многом повлиял на меня. Приезжали ещё как-то раз, как же их… роклинцы, но они меня ничем не впечатлили. Если бы я писал о себе, то заглавие книги было бы таким «Андриан до и после приезда вингэдцев». Я не стану вдаваться в подробности, но суть в следующем… До визита вингэдцев, мы с Альфредом и отцом были довольно дружны. Я считал, что поступать, руководить, нужно именно так, как учит папочка. Я даже не задумывался, правильно ли это, главное – меня это устраивало. Мне не доверяли никаких государственных дел, и я занимался тем, что развлекал сам себя. Тогда мне было довольно весело».
– Надеюсь, никто не пострадал от твоего веселья? – перебил Герберт.
– Что ты? Если бы после каждого моего розыгрыша появлялся пострадавший, то вскоре в королевстве не осталось бы уцелевших. Мои шутки – это порой страшно, но не больно. Чаще всего кто-то просто оказывался в дурацком положении. Признаюсь, это было не слишком-то красиво с моей стороны. Но иногда в центре розыгрыша был я сам. Например, я залезал на крышу башни и кричал «Помогите, я не могу спуститься!». Подобное наводило много шума. Альфреду часто доставалось от меня. Мэгги всегда любила мои затеи. Но иногда она всё же одёргивала меня, и я слушал её, потому что знал, что она действительно понимает и ценит меня, – орвин вздохнул и сделал паузу, – Было весело… А когда приехали вингэдцы, я понял, что есть королевства лучше нашего, в разных отношениях. Я подумал, что и Риверсайд может стать таким же. Я изложил свои соображения отцу и Альфреду, и встретил полное непонимание. Я пытался объяснить, уговорить сделать хоть некоторые изменения, но стена оставалась совершенно глухой. Более того, мы начали ссориться. Альф не желал меня слушать, отец его поддерживал, и меня отправляли проветрить голову. Во время одной такой прогулки мы с тобой и встретились… Ну, нам пора продолжить занятия по верховой езде, – завершил свой рассказ Андриан.
– А ты не станешь сажать меня на коня задом-наперёд?
– Так, значит тебе всё же говорили обо мне на кухне. Да? Почему ты спросил об этом? – орвин поймал слугу на слове.
– Ну… – тот растерялся.
– Ты попался. В селе у тебя лошади нет, к соседской не подпустят, а езда задом-наперёд – одно из моих любимых дурачеств до этого времени. Герби, я ведь сразу вижу, когда шэлдияне врут. После обеда ты пришёл встревоженный, начал спрашивать про прихвостня. Я же знаю, что слуги обсуждают меня, как и друг друга. Так что не ври мне и не пытайся что-либо утаить. Я не угрожаю… просто не нужно…
Слуга кивнул.
– Так что ты ещё услышал обо мне?
– Про забаву с мишенью для ножей… – тихо признался Герберт.
– А к мишени кого-нибудь привязывают, да?
– Да.
– Колесо-мишень – традиционное развлечение на пиру. Не мною придумано. Пир – это такая скука… Ну, кто так веселиться? Хотя, похоже, все кроме меня… и Мэгги. Ой, Альфик аж расплывается от них…
– Но раньше тебе ведь тоже нравились пиры, разве нет?