Страница 52 из 60
– Спасайте, леди! – Шепот Бальдора застал Эйвилин врасплох. Гном был не на шутку встревожен. – Мы не знакомы с вашим этикетом и совершенно теряемся в хитросплетении столовых приборов.
– А чего тут сложного? – удивилась Эйвилин. – Столовый нож и вилка, две рыбные вилки, вилка для закусок, ложка для… – Девушка осеклась на полуслове, увидев неподдельную панику в глазах гнома. – А почему мой отец вам не помог?
– Ваш отец сказал: «Это будет весело», – и умыл руки, – хмыкнул гном. – А нам так не хочется расстраивать вашу почтенную матушку!
– Что от меня требуется? – Эйвилин вспомнила, сколько сил приложила Весмина для устройства этого обеда.
– Подсказывайте мне, для чего нужен тот или иной прибор и какое блюдо им есть.
– А остальные гномы?
– Остальные будут повторять все за мной.
Только сейчас Эйвилин увидела, что взоры всех сидящих за столом гномов направлены в их сторону.
– Хорошо, так и сделаем.
Обед прошел лучше, чем она предполагала. Она тихо подсказывала Бальдору назначение тех или иных приборов и едва сдерживала смех, видя, с каким усердием остальные гномы копируют его действия, движения, а порой и выражение лица. Надо отдать гномам должное: получалось у них весьма неплохо.
– Для чего нужна эта ложка? – спросил Бальдор, вертя маленькую серебряную ложечку, которая просто терялась меж его пальцев.
– Для десерта.
– Я говорил – у эльфов сумасшедшие обычаи. Только вы могли придумать добрую дюжину нелепых столовых приборов. Руками, что ли, нельзя поесть? – проворчал гном.
Эйвилин тихо рассмеялась.
– Теперь я понимаю, почему манеры моего отца считают эксцентричными. Он слишком много времени провел среди гномов.
– Эх, леди, видели бы вы его двадцать лет назад. В то время мы славно сражались с драконитами. Мне тогда как раз пятый десяток исполнился – самый расцвет сил. Сутками напролет могли рубиться. А потом еще пару суток праздновать победу. Да, славные были времена! – вздохнул гном.
Наконец обед закончился, и все стали расходится.
– Спасибо, светлая леди, – учтиво поклонился Бальдор и утер вспотевший лоб.
– А, вот вы где? – К беседующей парочке подошел Артис. – Поздравляю, Бальдор, за обедом тебе удалось меня удивить. Не понимаю только, зачем ты просил меня о помощи?
– Мы быстро учимся, – ухмыльнулся гном, бросив в сторону девушки еще один благодарный взгляд.
Оставив отца разговаривать со старым другом, Эйвилин направилась на поиски матери. Найденная книга не давала ей покоя. Все попытки открыть ее закончились неудачей: странный замок на книге упрямо не хотел открываться.
Девушка нашла мать на втором этаже в рабочем кабинете отца. Весмина сосредоточено изучала какие-то бумаги.
– Я не помешаю? – спросила дочь, заходя в кабинет.
– Заходи, дочка; это просто отчет от управляющего. Кстати, ты не видела своего отца?
– Он внизу, разговаривает с Бальдором.
– Знаю я их разговоры, – благодушно усмехнулась Весмина, – после них запасы вина и пива в доме значительно сокращаются.
– Мам, что означает символ в виде черного круга со странной белой руной внутри? – поинтересовалась Эйвилин.
– Руной или пятиконечной звездой?
– Звездой, кажется, – ответила Эйвилин, припомнив знак на книжном переплете.
– Пентакль! Где ты видела подобный символ?– спросила Весмина. От благодушия в ее голосе не осталось и следа.
– Не помню… – Резкая перемена в настроении матери не на шутку встревожила девушку, и она не решилась рассказать про свою находку. – В одной из книг, наверное.
Весмина внимательно посмотрела на дочь:
– Что ж, это возможно, – вздохнула она, успокаиваясь.
– Но что означает этот символ?
– Что такое магия? – внезапно спросила Весмина.
– Магия есть возможность, имеющая очень большую власть, полная возвышенных тайн и заключающая в себе глубочайшее знание вещей: их натуры, их силы, их качества, их действия, их различия и их отношения, благодаря чему она производит свои чудесные эффекты, – блеснула полученными знаниями Эйвилин. – Магический дар заложен в самой природе живых существ, подобно разуму или инстинкту самосохранения. Магический дар – это наследие творца. Поэтому каждый из нас от рождения является магом, но у большинства магический дар остается спящим, и лишь единицы могут им пользоваться.
– Ты неплохо запомнила то, что мы учили, – кивнула головой Весмина и тут же задала новый вопрос: – Сколько существует стихий?
– Четыре, – не задумываясь ответила Эйвилин. – Тейас – Огонь; Вайу – Воздух; Апас – Вода; Притхиви – Земля. Каждый элемент имеет две стези: активную и пассивную. Активная – это созидающее, творящее, производящее начало; пассивная же, напротив, разлагающее, уничтожающее. Но какое это имеет отношение к символу, о котором я спрашивала?
Весмина не обратила внимания на вопрос дочери.
– В начале всего были созданы огонь и свет, – начала она монотонно цитировать книгу сотворения. – «Да будет свет», – сказал творец. Само собой разумеется, что основой света является огонь. Принципу стихии Огня свойственна экспансия. Противоположность Огня – Вода, свойствами которой являются холод и связанность. Следующим элементом является Воздух. Посвященные рассматривают его не как реальный элемент, они выделяют место для него между Огнем и Водой таким образом, что Воздух, находясь между активным и пассивным действиями Воды и Огня, является своего рода преградой, создающей равновесие. Из взаимодействия трех названных элементов возник элемент Земли, как последний элемент, который благодаря своему характерному свойству – затвердеванию – включает в себя все три элемента…
– Одновременно с этим была проведена граница в действии трех элементов, – перебила Весмину Эйвилин, – вследствие этого возникли пространство, мера, вес и время. Я все это прекрасно знаю.
– На самом деле все не совсем так, – тихо проговорила Весмина. – Существует еще одна стихия, но после магических войн о ней предпочли забыть.
– Какая именно?
– Стихия, которая является самой основой нашего бытия: стихия Жизни.
– Почему ее решили предать забвению?
– Пассивная стезя Жизни – Смерть, и они слишком взаимосвязаны. Существовал только один магический орден, подчинивший себе магию Жизни. Те, кого по незнанию принято называть некромантами, хотя некромантия – это всего лишь одна из разновидностей стихии Жизни.
– Черные маги… – прошептала Эйвилин.
– Да, иногда их называли и так, хотя на самом деле это неверно. Тот символ, про который ты рассказала, – это знак их магического ордена. Символ связи четырех стихий с пятой во главе.
– Все-таки я не совсем понимаю, почему это знание объявлено вне закона?
– Понимаешь, девочка, для сотворения простейшего заклинания Жизни нужна кровь разумного существа. Поэтому ее еще иногда называют магией крови. А для сложных заклинаний нужно жертвоприношение. И чем сложнее заклинание, тем больше нужно жертв.
– Поэтому эта магия запрещена?
– Это только одна из причин, – тяжело вздохнула Весмина. – Магия Жизни настолько могуча, что для сохранности мира лучше, чтобы ее забыли. Маг Жизни может излечить любую болезнь, но также он может вызвать страшнейший мор. Он может поднимать мертвых и контролировать живых. Такие знания в хороших руках могут принести много добра, но еще больше они принесут зла в плохих. Лучше о них забыть.
Глава 6
Кровь за кровь
Уриэль, высокий лорд Дома восходящего солнца, нервно барабанил пальцами по шероховатой поверхности большого обеденного стола, уютно расположившегося под огромным полотняным навесом рядом с его шатром.
В этот день у лорда Уриэля было особенно отвратительное настроение. Вчерашний штурм, на который он возлагал большие надежды, провалился. Магам удалось обвалить часть крепостной стены, но орки устроили обильное кровопускание пробившемуся в город через пролом отряду личной стражи высокого лорда. Полегла добрая треть гвардейцев, в обучение и снаряжение которых была вложена груда золота.