Страница 9 из 72
— Ты что — серьёзно?!
— А ты как хотел? Раз вызвался налаживать контакт с местным населением, то и флаг тебе в руки!
— Никуда я не вызывался…
— Всё, Иван, поздно пить боржоми, когда почки отказали! Лучше думай, чем удивишь вождя и добьёшься его расположения. Если сейчас откажешься, сделаешь себе только хуже! Вчера ты нарушил приказ и оставил свой пост. Прощать я тебя не намерен. Анархии не потерплю! Выгоню к чёртовой бабушке, и останешься без нашей поддержки!
— Вот же засада! — скривил Иван лицо и потёр ладонями виски — голова болела.
Глава 5. Дипломатия и политика
— Ну-с, господа, — с загадочной усмешкой обратился Павел Андреевич ко всем собравшимся в кафетерии людям, — хочу представить вам нашего дипломата.
После этих слов Черныш обернулся и поманил пальцем Сомова, который стоял за его спиной.
— С сегодняшнего дня, — продолжил Черныш, — Сомов Иван Леонидович официально наделяется полномочиями посла и делает всё от него зависящее, чтобы у нас с аборигенами были мир, любовь и взаимопонимание. А помогать в этом ему будет Глафира Валерьевна Окунько.
Собравшиеся в кафетерии мужчины и женщины, а сейчас, не считая одного Зубова, который дежурил на крыше, здесь присутствовали все, назовём их "залётные", смотрели на Ивана, не скрывая своих улыбок. Про его вчерашние похождения не слышал, наверное, только глухой. Но таковых, к счастью, не было.
— А чтобы у нас с аборигенами действительно была любовь, — продолжал говорить Павел Андреевич, — а так же в качестве наказания за самовольный уход со своего поста, Иван Леонидович Сомов обязан в шестимесячный срок породниться с вождём местного племени. В противном случае, — и тут лицо Черныша сделалось предельно серьёзным, — я своей властью лишу данного дезертира права пользоваться нашей поддержкой и закрою ему допуск в ТСК. Нам здесь анархия не нужна! Кто "за", прошу голосовать.
Все единогласно проголосовали "за". Не сказать, чтобы собравшиеся желали Ивану плохого, не считая Шавката и трёх его земляков, но принятое Павлом Андреевичем решение одобряли, в тайне надеясь, что у Сомова, и у Окунько тоже, всё получится. Если честно, то поведением Глафиры Валерьевны многие были шокированы, ей удалось пообщаться с дикими людьми и расстаться с ними по-хорошему…
— Друзья! — тут внимание всех привлёк Дундич, — в свете новых обстоятельств я хочу пересмотреть некоторые наши планы на ближайшее время.
— Что за планы, Марк Захарович? — отреагировал Шамов.
— Так, как Иван раскрыл наше инкогнито, то вести себя чересчур скромно, нам резона нет. Так?
— Наверное… И что?
— Мы живём сейчас на пол горе между берегом океана и Столовой горой. Слева и справа от нас примерно на таком же расстоянии тоже — горы. Получается, что мы находимся в середине, так называемой подковы, образованной из этих горных возвышенностей…
— Говорите яснее, Марк Захарович, — перебил его Шамов.
— Одну минуточку, — потряс Дундич указательным пальцем перед собой и продолжил, — я всю ночь думал над тем, что нам здесь в первую очередь будет необходимо и как этого достичь. Так вот, первое: пусть Иван договорится с местным вождём, чтобы все земли от низа рощи и до гор, так сказать этот полукруг, стали нашими. Как я понял из наблюдений, племя ведёт кочевой образ жизни, гоняя туда-сюда скот, и лес им по большому счёту без надобности.
— Точно! — поддержал Дундича Башлыков, — а нам этот лес очень пригодится! Во-первых: это дрова, а во-вторых: раз живём практически на берегу океана, то свою яхту иметь надо! А из чего её делать, как не из леса?
— Кастет, ты что, серьёзно решил яхту построить? — Руслан удивлённо смотрел на друга.
— А чё? Если поможешь, то почему бы и — нет? Всю жизнь мечтал о своей яхте, а денег только на подержанный мотоцикл хватало, хоть и хороший…
— Молодые люди, подождите со своими яхтами и мотоциклами, — перебил их Дундич, — в первую очередь нам эти земли нужны под посадки. Там, где пасётся скот, территорию никто не отдаст, а эти — очень даже может быть… Думаю, Иван найдёт нужные слова для вождя, а для убедительности подкрепит их подарками… Если данная площадь окажется в нашем распоряжении, то это составит где-то триста гектаров!
Дундич обвёл всех собравшихся торжественным взглядом, но лица у многих выражали ожидание.
— Звучит впечатляюще, Марк Захарович, но можно поконкретней? — попросил Бурков.
— Артём Николаевич, чтобы каждый получил в год нужное количество хлеба и не чувствовал в нём недостатка, нам только под него требуется засеять не менее двух гектаров земли. Если говорить словами садоводов — это двести соток.
— Откуда мы столько зерна возьмём?! — возмутилась Леве, которой, как заядлому садоводу, поручили заниматься агрономией. — В "О`кее" пшеницы для проращивания наберётся от силы килограммов пятьдесят, рожь тоже где-то в таком же количестве, да и овса с ячменём не больше. Рис вообще весь рафинированный, зёрен для посадки нет! Гречку поискать надо, но ядрица вся идёт обжаренная, и найти ту, которая прорастёт, думаю, будет трудновато. В основном я пока нашла в магазине "Дачница" семена овощей и цветов. Есть картошка, ну, ещё из фруктов можно косточки понабирать… Тут тепло, думаю, цитрусовые и им подобные хорошо будут расти, плюс арбузы, дыни, виноград, яблони, груши тоже… Но и то, не всё сразу даёт урожай! Чтобы яблонька выросла, сколько лет должно пройти?
— Антонина Григорьевна, я согласен с вами. Первые урожаи пойдут только для увеличения семенного фонда, и придётся ждать, когда вырастут деревья. Сейчас же разговор о земле и, ещё, о лесе… Нашу рощу и примыкающие к ней лесные участки желательно беречь, но и без пахотных угодий себя оставлять нельзя. Поэтому предлагаю следующее… Так как всякого камня в данной местности более чем достаточно, то ТСК укреплять не лесом, а камнем. Следующее, нам в самом ближайшем будущем понадобятся мастерские, в которых бы имелась возможность работать и с железом и с деревом. Для того же сельского хозяйства необходимо сконструировать что-то похожее на трактора, землю же чем-то пахать надо, правильно? Поэтому все эти работы внутри ТСК крайне нежелательны. Шум, мусор, неприятные запахи… Я вообще предлагаю "Олимп" сделать, так сказать дворцом, предназначенным только для проживания и хранения всех наших "богатств". Обустроить здесь помещения для отдыха и кабинеты, где каждый, в зависимости от рода своей деятельности, будет вести записи, и содержать архивы.
— Согласен с тобой, Марк Захарович, — сказал Черныш, — кабинеты и комнаты для отдыха нужно обустроить для каждого.
— А можно одну комнату на двоих? — сказала Божко, — мы с Таней хотим вместе жить…
— И мне с дочерью одного помещения хватит, — поддержала её Журавлёва.
— И нам тоже отдельные хоромы ни к чему, вдвоём веселей! — высказался Шамов, имея в виду себя и Башлыкова.
— Я не против, — ответил Черныш. — Только не нужно по всему ТСК устраивать себе спальни. Предлагаю разместить их на втором этаже на одном конкретном участке, но так, чтобы не ущемлять комфортное пространство каждого. Пусть здесь у нас будут и спортзал, и комнаты отдыха, и столовая, и комнатные умывальники… Только воду придётся самим носить с улицы и выносить обратно.
— Павел Андреевич, — снова взял слово Дундич, — я как раз хотел поговорить про баню, прачечную и туалет, которые необходимо возвести недалеко от ТСК… Как вы знаете, мы вчера нашли ручей, примерно в метр шириной. Во-первых: его в некоторых местах нужно обязательно расширить и углубить. Во-вторых: отвести от ручья трубы, чтобы вода в них попадала самотёком, и по наклонной поступала для наших нужд. И в третьих: придётся выкопать достаточно глубокие ямы, куда бы использованная вода стекала и там отстаивалась. Про экологию надо задумываться заранее.
— Согласен! — поддержал Дундича Бурков.
— Давайте тогда составим план первоочередных дел и возможные способы их выполнения, — сказал Черныш.