Страница 5 из 27
Заняв громадный диван в зале с более спокойной музыкой, Сергей попросил заехать на часок «посидеть» Михаила, которого нетрудно было заманить куда-либо обещанием хорошей выпивки, и принялся за организацию обещанной компании дам. Выхватив взглядом из ряда скучавших за барной стойкой девушек наиболее симпатичную, он быстро подошёл к ней с невинным предложением знакомства, которое удобнее было бы продолжить за вместительным диваном, вместо того чтобы ютиться на округлости высоченного стула, когда услышал в ответ неожиданное: «Запросто, Серёж, тем более что мы уже знакомы – достаточно близко». Судорожно перебирая в памяти лица деливших с ним последнее время постель девушек, он в то же время продолжал демонстрировать жизнерадостную самоуверенность, увлекая за собой, как выяснилось, давнюю подругу, быстро передал её с рук на руки покрасневшему то ли от смущения, то ли отходняка кавалеру, галантно раскланялся и прямо-таки упорхнул на танцпол, чтобы дополнить комплект и заодно припомнить обстоятельства загадочного первого знакомства. И если первое далось ему без особых усилий, то приятные воспоминания, несмотря на все старания, так и не вернулись, а потому, ведя под руки двух на вид недавних жительниц столицы, он на всякий случай нацепил маску трагической меланхолии, чтобы при случае иметь повод избежать слишком рьяного допроса – с переживающего горькую утрату какой спрос.
Они сели, заказали коктейли, и начались привычные, до боли надоевшие расспросы, сопровождающие любое клубное знакомство, в этот раз для разнообразия прерываемые иногда неожиданными возгласами Стасика, вроде таинственного: «Да ну на фиг» в ответ на то, как одна из них назвала себя Алиной, или глубокомысленного: «Не знаю, что и сказать», когда официант продиктовал ему для верности только что сделанный заказ. Поскольку к Сергею знакомый бармен подошёл лично и услужливо поинтересовался: «Тебе как обычно?», коробя слух фамильярным обращением, последние из двух присоединившихся девушек справедливо приняли его за хозяина вечера и принялись наперебой оказывать вначале невинные знаки внимания, затем симпатии, пока судорожные попытки завладеть его благосклонностью не превратились в битву титанов, где в ход пошли взаимные колкости и оскорбления конкурирующих сторон.
Привыкший к женскому вниманию, он, тем не менее, именно сегодня им тяготился, переживая, как бы чересчур настойчивые дамы не помешали его общению с ожидавшимся вскоре Михаилом, а потому демонстративно переключился на сидевшую напротив старую знакомую, чей презрительно гордый профиль выдавал старожила здешних, равно как и всех прочих мест. Она хранила невозмутимое спокойствие, быть может, несколько обидевшись на то, что была явно брошена наедине с мычавшим по большей части ухажёром, но что-то во взгляде этих хитрых глаз еле заметно говорило о наличии, казалось, более, чем одной мысли, вращающейся вокруг привычных для местных девушек приоритетов. «Не может быть, чтобы она в самом деле скучала», – не переставал удивляться Сергей, начавший вдруг следить за каждым её движением, когда, усмехнувшись, Даша прямо посмотрела на него и произнесла загадочно: «Не ты один здесь любитель понаблюдать», заставив его вздрогнуть от неожиданности и страха, что высказал последнюю мысль вслух. Вечер обещал быть даже более интересным, чем он его запланировал, и, желая развить заинтересовавшую беседу, он спросил всё ещё через стол:
– А когда же мы успели познакомиться, неужели я мог забыть столь привлекательную девушку?
– Как будто ты их когда-то помнил, – уже открыто смеялась она, ещё больше разжигая в Сергее интерес, – придётся уж самому поднатужиться и вспомнить.
– Ну, может быть хотя бы тонкий намёк, малейшую зацепку, неужели Вы лишите меня надежды совершенно?
– Ты бы свой всепобеждающий шарм направил лучше на девушек, а то заскучали, – уже без улыбки закончила Даша и демонстративно углубилась в меню.
В этот момент появился Михаил, которого после многочисленных расспросов всё-таки пропустили в клуб, но якобы для пущей вежливости, а точнее – из предосторожности заботливо препроводили непосредственно до столика, дабы воочию убедиться, что его зачуханный вид имеет хоть какое-то отношение к известному завсегдатаю. Быстро поднявшись, Сергей подчёркнуто вежливо протянул гостю руку, коротко представил его остальным, и удовлетворённый администратор тут же испарился, чтобы не мешать господам наслаждаться вечером в компании приятных, на вид в меру доступных дам. Никто из присутствовавших не обладал талантом поддерживать общий разговор на плаву, вследствие чего коллектив разделился на Михаила с Дашей, неспешно болтавших о чём-то за другим концом стола, Сергея в окружении приободрённых спасовавшей соперницей девушек и Стаса, задумчиво ковырявшегося в носу, покуда его выход на авансцену ещё не объявлен.
– Давайте что ли выпьем за знакомство, – первая вышла из оцепенения Даша и демонстративно приподняла бокал с труднопроизносимым новомодным коктейлем.
– Поддерживаю, – тут же спохватился Михаил, успевший ещё по пути заказать администратору сто грамм любимого ирландского, – Стасян, ты с нами?
– Конечно-конечно, – засуетился тот, силясь вспомнить, какой из стоявших рядом сосудов наполнен был выпивкой, пока наудачу не схватил одутловатый стакан с голубой жидкостью и декоративным зонтиком.
– Вздрогнули, – охотно поддержал Сергей и галантно подал своим дамам коктейли, прежде чем самому поднять рюмку абсента, который всегда пил холодным и чистым, вопреки традиции добавлять в него жжёный сахар.
Совместная попойка с древнейших времён сближает и самый разношёрстный коллектив, сидящие же за столом были, в общем-то, дети одного мира, просто кто-то родился в нём с постоянной пропиской, а другие лишь пытались всеми силами пробиться на ПМЖ в Эльдорадо, но некоторая общность интересов так или иначе просматривалась, вследствие чего после непродолжительных прений кворум был-таки достигнут, и атмосфера контролируемого веселья стала всеобщей. Диспозиция, впрочем, некоторым образом изменилась, и оказавшиеся чуть ли не старыми знакомыми Сергей с Дашей, совершив умелую рекогносцировку, мило болтали, сидя рядом друг с другом, вследствие чего оставшиеся две подружки слегка приуныли, безуспешно пытаясь определить, кто из оставшихся джентльменов наименее бесперспективен и непривлекателен. Умело направляя беседу в нужное русло, девушки выяснили, что ни один из них не обладает сколько-нибудь ценным автотранспортом, хотя в копилку Стасика увесистым золотым рублём легла душераздирающая история, как тот когда-то чуть не убился насмерть на подаренном папой к двадцатилетию спортивном купе, хотя деликатная подробность об изрядно обгаженном водительском кресле всё же подпортила общее приятное впечатление.
Затем начались дежурные расспросы про работу, и тут уж Михаил легко мог дать фору новому знакомому, который, засмущавшись, сообщил, что трудился когда-то в фирме отца, но тот вскоре махнул на него рукой, сказав, что в качестве содержанки он обойдётся родной компании дешевле; в дело вступила недвижимость, и тут уж снова Стасик легко заткнул за пояс жалкого карьериста, поведав, как родитель отселил его от греха в гостевой домик, площадью напомнивший девушкам шикарные особняки хозяев унылой провинциальной жизни. Ещё пара наводящих вопросов, и дамы, извинившись, отправились пудрить носики, чтобы, может быть, даже бросив в туалете монетку, таким образом решить, кто из них получит малопривлекательного, но всё же перспективного разрушителя спорткаров и папиных надежд, а кому, к несчастью, достанется помятый офисный планктон, который в довершение непритязательного образа к тому же, кажется, страдает завышенной самооценкой. В результате Стас испытал редчайшее в его жизни удовольствие почувствовать себя более желанным, чем мужчина рядом, и в приступе благодарности заказал за счёт Сергея девушкам бутылку не самого плохого шампанского.
И в то время, как одна из составившихся пар развлекала себя щекотаниями и прочими интимностями, Михаил от скуки решительно забросил единственную невостребованную пассию и, сосредоточившись на алкоголе, выключился из общей тональности. Брошенная им дама сочла себя вследствие столь грубого надругательства вправе побороться за внимание более расположенных к общению мужчин, но, быстро получив отповедь от Даши, вступила в результате в официальное сражение за блаженствовавшего Стасика. Она бы, может, и устранилась благородно, но день был, очевидно, не базарный, и покуда на горизонте не вырисовывалось иных претендентов на её страждущее чистой обеспеченной любви сердце, приходилось обходиться тем, что есть. С места в карьер, разом оставив позади стрелявшую одними глазами конкурентку, её трепетная душа зашептала в подставленное ухо нежности вкупе с предложением отправиться поискать на территории клуба более укромное, можно даже сказать, интимное место, где они могли бы, наконец, остаться вдвоём. Чуткая к порывам женского сердца натура Стасика уловила здесь намёк на определённый интерес к его скромной персоне, но движимый ранее данным Сергею обещанием, он почти грубо отказал ей, сказав, что пока ещё вынужден оставаться здесь. К неудачам сегодняшнего вечера покорительнице столичных мужских сердец и прочих органов не хватало только быть явственно отшитой убогим пузатым недомерком, и в этот момент она пожалела о том, что покинула родной облцентр, где вполне успешно играла роль безупречно красивой фатальной дамы и светской львицы, пользуясь определённой известностью в местных клубах и являясь объектом сексуальных фантазий доброй половины их обитателей.