Страница 90 из 149
Воспоминания о том, как назвал меня отец, грели душу. Cor meum, или мое сердце. Зачем же он тогда его вырвал и закинул в другое время, я до сих пор не понимала, но спрашивать побоялась. Пусть все останется так, как есть. Иметь возможность даже просто поговорить с его портретом — это уже своего рода счастье, пусть и извращенное, приносящее потом легкую тоску.
Добравшись без происшествий до своей комнаты, я с удовольствием наполнила огромную ванну, чтобы смыть с себя всю вонь после испарений от зелий. А после забралась в большую кровать, в которую я буквально влюбилась, взяла в руки склянку. Набравшись храбрости, я быстро выпила приготовленное зелье, которое было просто отвратительным на вкус. И быстро провалилась в сон. Я плохо помнила все подробности этой ночи, но одно могу сказать со стопроцентной уверенностью, что эта ночь стала самой ужасной в моей жизни. Всю ночь меня лихорадило, и постоянно в голове возникали какие-то ужасные образы, крики. А временами я не могла понять, где заканчивается реальность и начинаются галлюцинации. Помню, что я много кричала и металась по кровати, а под утро, когда уже занимался рассвет, я погрузилась в долгожданное забытье, окончательно выбившись из сил, а последняя моя мысль была о том, что я, все-таки, неправильно приготовила зелье…
Но утром, проснувшись и резко сев на кровати, я поняла, что все вспомнила. Каждую деталь, каждую мелочь. И пришла в ужас от того, что произошло…
* Атанасиус — от латинского бессмертный.