Страница 55 из 64
— После того как заражению подверглись люди из первого и второго карантинного кольца, окружающего зараженные кварталы многомиллионного города, стало ясно что обычными методами изоляции начало глобальной мировой пандемии не избежать. Так как все средства, применяемые для обеззараживания, дезинфекции абсолютно бесполезны, как и все средства защиты. Генеральный директор Всемирной Организации Здравоохранения Теадорос Анхейм и глава Регионального бюро для стран Юго-Восточной Азии доктор Лан Хыу Нгуен на основе выводов объединенной комиссии сделали заявление, что если пандемия сверхконфицированного вируса не будет локализована, то к концу месяца ею будет охвачено несколько миллиардов человек на всех континентах. Группы спаун-дизайнеров из разных стран не смогли обеспечить решение задачи по обеспечению безопасности человеческой цивилизации. Хотя эти же группы смогли выделить сам вирус, относящийся к группе филовирусов, — журналист сделал паузу и робко, продолжил, — есть неподтвержденное предположение о некой системе саботажа со стороны лиц входящих в спаун сообщество. Поэтому была создана специальная коалиция из нескольких стран входящих в совет безопасности ООН, наделенная чрезвычайными полномочиями.
Он снова сбился и, опустив глаза грустно сказал.
— Было принято беспрецедентное в истории человечества решение. Применить заряды протоплазмы, — далее, нарушая журналистскую этику, он закончил свой короткий репортаж, призывая к отмщению, — я надеюсь, что те жертвы, что сегодня были принесены во имя спасения цивилизации людей, не напрасны. Будут установлены те, кто это сделал и они будут уничтожены. А мы с вами знаем, кто к этому причастен…
— О, Господи, — невольно вырвалось у меня.
Кларк тревожно посмотрел на меня.
— Что случилось Георг?
— Посмотри новости, Кларк…
Мультикоптер сел на небольшую площадку у парка Наполеновальд, до дома Кларка и Эвы оставалось всего несколько шагов. Пока Кларк просматривал трансляцию новостей, я вернулся к диалогу с Гаетаном Дефоссе.
— Тебе нужно бежать, приятель, — сказал он, — ты и другие спауны, увы, теперь мишени. Я понимаю, что ты или остальные, вы ни в чем не виноваты. Но так часто бывает в жизни, что кого-то нужно будет заставить заплатить. Спихнуть всю ответственность на старца Тихого Океана не получится. Этот старый сумасшедший мерзавец потянет всех вас за собой, будь он неладен. Мне чертовски жаль тебе это говорить, но это именно так.
— Гаетан, мне не к кому больше обратиться…
Но он мне не дал договорить.
— Я по-прежнему твой друг, — твердо сказал он.
— Гаетан, помоги мне удержать под контролем аэроджет в ангаре четырнадцать дробь девять. Это единственный мой путь в США к Мюриэл.
— Я все сделаю. Но ты, поторопись скоро на Земле, будет по-настоящему жарко, — он кивнул головой, — поторопись приятель, — повторил он с искренней нотой сочувствия в голосе.
Новости ошеломили Кларка, но вопреки моим ожиданиям он собрался с силами. Взгляд стал жестким и решительным.
— Я должен его остановить, — твердо сказал он, — иначе его безумие никогда не прекратится. У нас с Эвой это должно получиться. Только мы это можем сделать.
Эва, встретила нас в большом холе дома, где они жили. Она провела здесь не один час, ожидая нас. Раскинув в стороны руки, в волнении, бросилась к нам, ее прекрасные глаза наполненные слезами, смотрели на нас с робкой надеждой, что происходящие в мире ужасы, боль последних событий — все исчезнет с нашим приходом, что мы сможем все исправить, все вернуть, так как было раньше.
— Я вызывала серваретуров, они прибудут с минуты на минуту, — сказала она Кларку
— Хорошо, — кивнул Кларк, — только так мы сможем его остановить.
Их диалог меня насторожил. Они обсуждали события мне неизвестные, но очень важные, которые были ключом к происходящим событиям.
— Осгар? Кларк, ты не хочешь мне ничего объяснить? Для чего ты вызвал серваретуров? Для чего нужно это чудовище?
Он несколько растеряно замялся под градом моих вопросов. Я, преодолевая же его нерешительность, настаивал, я хотел получить ответы на свои вопросы.
— Хватит тайн, недомолвок, Кларк. Сейчас, когда наш мир рушится, не время отмалчиваться.
— Мы должны тебе кое-что объяснить.
Они переглянулись с Эвой.
— Когда Альберто Гирландайо создал нас, первых кумвитаев, он увидел, какими мы наделены способностями — он был поражён нашими возможностями. Какой же Создатель смирится с тем, что он создал превосходящее его существо? Но страстно желал вознестись над всем своим творением, над миром, у истоков которого он стоял. Именно в этом была суть его конфликта и разногласий с его соратником и учеником Родиным.
— Ты хочешь сказать, что Гирландайо решил создать в своем мозге нейромод? Вырастить биочип, подобный нашему, имеющему вторую сущность?
— Да. Он так и не смог смирится. Ведь не смотря на его гениальность, он оставался человеком. Это его толкнуло на опасный шаг, который должен был приблизить к нам, сделать Создателя таким же, как и мы. И даже больше. Он, шутя, говорил, что хочет быть наивысшим среди ангелов вселенских, среди метущихся в бесконечном пространстве сил божественных.
— И что же произошло?
— Альберто попытался спроецировать на кору своего головного мозга «фотонный шрам» ту самую основу биочипа, квантовую матрицу. Но эксперимент закончился ничем. Не произошло формирования полноценной параллельной нервной системы. Биочип вышел с заметными нарушениями структуры. Его функциональность была под вопросом. Мозг и весь организм отторгали чуждый процесс. Вся параллельная нервная система представляла собой небольшие отростки оканчивающиеся множеством нейронов, разных стадий развития. Они постоянно менялись, пытаясь принять окончательную форму, но так и не смогли до конца сформироваться. Альберто был в ярости на самого себя и на природу. Он работал, как иступленный. Эксперименты шли один за другим. Иногда он пренебрегал просто тщательной подготовкой к ним, для него было важно время. Но все попытки имели отрицательное значение.
Кларк обреченно сел на ступеньку лестницы ведущей на второй этаж дома, опустив голову на руки.
— Тогда он вырастил человеческий эмбрион с уже готовой матрицей биочипа, который должен был развиться и стать впоследствии кумвитаем. Он использовал уникальные бессмертные клетки Hela для создания эмбриона. С помощью нанороботов из перепрограммированных бактериофагов он демонтировал биочип и перенес его на поверхность своего мозга. Плод, которому было сорок недель, оставался в искусственной утробе и впоследствии…
Кларк, словно зажмурившись от нестерпимой боли, покачал головой.
— Он должен был быть умерщвлён и уничтожен.
— А что с биочипом?
— Результаты были обнадеживающими. Начавшееся формирование нейромода запустило «прорастание» параллельной нервной системы в его организме. После относительно успешно сформированного нейромода он обладал почти полноценным нейронным конектомным управляющим устройством…
— Что значит почти?
Я догадывался, что Гирландайо, как настоящий, одержимый исследователь, должен был бы предпринять попытку создать в своем мозге нейромод аниматидного типа. Приобрести свою вторую сущность и стать одним из кумвитаев, новой генетической сверхрасы. Тех кто, по его мнению, должен был заменить расу людей.
— Но вот аниматид…. Его вторая сущность не появилась. На самом деле она была, фиксировался устойчивый источник фона, который свидетельствовал о ее присутствии в аниматиде, но вторая сущность не отвечала, — продолжал Кларк, — мало того, через некоторое время Альберто потерял сознание, впал в состояние комы и далее в состояние клинической смерти. Его сознание было настолько сильно угнетено, что всем показалось, что он умер. Это были последствия, которых не смог избежать даже гениальный Альберто Гирландайо, — Кларк поднял голову и посмотрел на меня, — ты же знаешь, что происходит с людьми, пытающимися установить себе в мозг аниматидный нейромод.