Страница 15 из 64
Он ворвался в последний зал посвящённый царству Цинь и его правителю Цинь Шихуанди, первому царю Китая. Огромный, панорамный зал с большим количеством выставочных стеллажей. За их стеклом экспозиции из множества экспонатов относящихся к той эпохе. Большое количество копий и оригиналов фигур воинов терракотовой армии из мавзолея жестокого императора. Оружие, предметы императорской утвари, копии повозок, бронзовые маски и ритуальное бронзовое оружие, большой макет раскопок в Шэньси под куполом из поликарбоната. Посреди зала возвышалась над всем величественная статуя самого первого императора, а у его ног стеклянный стеллаж на полке которого, с использованием специальных подставок из шелковых скаток покоился меч императора Цинь Шихуанди.
Георг обернулся.
В проеме показался персекутор, облепленный какими-то окровавленными останками людей. Он шел, не взирая ни на что, к своей единственной цели, которую должен уничтожить. Его походка была не четкой, он при передвижении подседал на одну ногу, а одна из рук хоть и висела беспомощно плетью вдоль титанового тела, но кисть еще действовала. Она безостановочно сжималась и разжималась. По-видимому, первый выстрел лучевым оружием, что произвел Георг, все же сильно повредил биокибернетического убийцу, значительно приуменьшив часть его смертоносных возможностей и уничтожив большую часть его электронной начинки состоящей из цифровых микросхем и синтетических биочипов. Он словно сошел с ума, уничтожая и круша все на своем пути к цели.
Но бежать Георгу больше было некуда. Он должен еще раз принять бой. Он достал шприц с последним изотопом Калифорния, но воспользоваться им не смог.
Персекутор поднял руку и лучом лазера попытался рассечь тело Георга, направив излучатель в его сторону. Георг бросился к большой статуе императора стоящей посреди зала, пытаясь укрыться за массивным пьедесталом, на котором стоял памятник императору. Луч вспорол попавшиеся на его пути стеклянные поверхности обрушив их на пол. Лазер также нагрел камень, из которого был высечена статуя. Пошла тонкой извилистой змейкой трещина расколов его надвое. Верхняя часть с грохотом упала, обрушив стоявшие по периметру от пьедестала выставочные стеллажи. Голова императора отбилась, и как срубленная и откатилась к стене. Георг прикрыл лицо от града стеклянных и каменных осколков. С полок на него посыпались различные музейные экспонаты — доспехи императора, золотые и оловянные ритуальные чаши, большая бронзовая секира и бронзовый меч Цинь Шихуанди. Когда Георг убрал руки над ним в облаках каменно-стеклянной пыли стоял персекутор. Лазер в этих клубах пыли рассеивался, преломляясь и не оказывая своего смертельного воздействия. Персекутор изменил тактику — поврежденной рукой прижал левое плечо Георга к бетонному полу, безжалостно сжимая и размалывая плечевой сустав стальными пальцами, а другую свою руку вознес, чтобы совершить то зачем он пришел — отсечь его голову спаун-дизайнера.
Но мешала пылевая взвесь в воздухе. Георга спасли несколько секунд в течение, которых она осядет, но когда это произойдет, вот тогда все будет кончено.
Георг, превозмогая ужасную боль, отчаянно повернул голову набок в поисках предмета, которым бы он смог нанести вред персекутору. Рядом, на расстоянии вытянутой руки, лежал, тускло поблескивая желто-оранжевым цветом с зеленоватыми разводами вековой патины бронзовый меч первого императора Китая. Мобилизуя с помощью остатков воли, последние силы, что остались в нем, он протянул израненную ожогом правую руку, взял тяжелый клинок, и что было сил, коротким взмахом, воткнул в поврежденную часть головы персекутора, уничтожив биочип. Убийца, издав механический рык, рухнул прямо на него, придавив всей массой более ста пятидесяти килограммов.
Персекутор больше не двигался. Беловатая тягучая жидкость, с едким запахом, перемешанная с кровью, стекала по лезвию и гарде меча вытянувшимися каплями, медленно падала рядом с лицом Георга.
Не было сил сбросить тело персекутора с себя.
— Атрайе… — простонал Георг.
Нейромод хаотично активировался и снова отключался, мысли путались, постоянно прерываясь, Георг терял сознание.
Рядом раздался хруст битого стекла и каменой крошки. Кто-то очень осторожно подошел к нему. Георг почувствовал рядом с собой спаун-дизайнера. Это был черный спаун с нейронной перемычкой.
«Ты только что убил персекутора», — испуганно сказал он.
«И это не первый — третий. Кто ты?», — спросил Георг.
«Я Чэнь № 961».
«Скажи мне настоящее имя свое».
«У меня нет имени».
«Что ты тут делаешь?».
«Мне поручено исследовать останки людей и животных найденные при раскопках на наличие целых ДНК. Я нахожусь при музее города Циндао», — ответил Чэнь № 961, потом внимательно посмотрел на лежащего под мертвым персекутором спаун-дизайнера, чуть помедлив, спросил, — «ты свободный?».
«Да я свободный», — сказал Георг, — «Помоги мне брат. Я не могу его сбросить с себя. Ты же видишь у меня сломано несколько ребер и раздроблено плечо».
«Хорошо», — ответил Чэнь № 961.
Чэнь № 961 осторожно приподнял тяжелое тело персекутора, Георг, морщась от ужасной боли в раздробленном плече и чувствуя, как трутся, друг об друга сломанные ребра медленно, волоча за собой ногу, отполз к стене. Он понимал, что уничтожив персекутора, говорить о безопасности еще рано. Ему нужно, как можно быстрее покинуть здание музея. Вводить дополнительные дозы эпинефрина было категорически нельзя, потому что это могло привести к обратному эффекту — к потере сознания, остановке сердца, смерти. Поэтому придется рассчитывать на оставшиеся силы организма и помощь черного спаун-дизайнера приписанного к музею. Он вытащил, мобильный телефон, набрал специальный номер, на случай критической ситуации.
— Мне нужна помощь, как можно скорее.
Назвав свои координаты, он, опираясь на руку Чэнь № 961 с трудом встал.
«Мы выйдем через мою лабораторию», — сказал черный спаун-дизайнер, указывая на двойную дверь из полированного алюминия с табличкой указывающей, что это служебное помещение и посетителям музея сюда вход воспрещен.
Но Георг уже не слышал его, потеряв сознание, только нейромод еще работал, давая слабый фон нейронной активности.
Сеул. Корея.
— Ну и переполох вы устроили в Циндао друг мой, — засмеялся Йонг Кан, — вытащить вас из Китая, было самой не простой задачей в моей жизни.
Георг пришел в себя и молча смотрел на директора юго-восточного отделения Интерпола и представителя национального отделения Интерпола Южной Кореи.
— Вы, друг мой, были в бессознательном положении, когда вас буквально притащил на себе черный спаун. У вас были сломаны несколько ребер, раздроблен плечевой сустав, глубокое ожоговое ранение, вызвавшее некроз тканей, сотрясение мозга, повреждение…, — он остановился, перестав перечислять ранения Георга, — да думаю, вы сами прекрасно знаете свое состояние. Вы словно побывали в хорошей мясорубке, друг мой.
— Где он? — спросил Георг.
— Кто? — переспросил Йонг Кан.
— Тот черный спаун, что вытащил меня из музея и передал вам.
— Я не знаю, — пожал плечами Йонг Кан, и уклончиво ответил, — мы «подхватили» вас в Шинане и на небольшом рыбацком судне перевезли в Мопкхо. Избежать встречи с подразделением береговой охраны народной армии Китая было очень тяжело. В Циндао, творилось что-то невероятное. Казалось, вся полиция Кита была мобилизована. Как этот черный спаун смог вас протащить сквозь все посты? Это невероятно. Он отдал вас нам и мы больше его не видели.
Он помолчал задумчиво глядя на Георга сказал.
— После того как Юрген Сток настоял на создании агентурного отдела в Интерполе, стало намного сложнее работать и взаимодействовать с полицейскими структурами разных стран. Я должен доложить своему начальству о том, что вы здесь. Иначе сами понимаете, могут быть сложности с вашим пребыванием в Республике Корея. Возникнут ненужные вопросы.