Страница 19 из 71
— Что шесть тысяч? — не понял Бобров.
— Вилла стоит шесть тысяч драхм. И владелец готов ее продать. Но торговаться не будет.
— А ты-то откуда знаешь? — поразился Бобров.
— Э-э, — самодовольно сказал Серега. — Я этим делом сразу же поинтересовался. Видишь, как полезно держать руку на пульсе.
— М-да, — сказал Бобров задумчиво. — Шесть тысяч это деньги. И где их взять, я пока не представляю.
— Где взять, где взять, — пробубнил Серега, работая веслами. — МММ организовать. Ну или продать что-нибудь ненужное.
— МММ предполагает последующее бегство, — задумчиво сказал Бобров. — А вот продать что-нибудь ненужное… Ладно, подумаем. Передай-ка сюда список, — и Бобров внес в него еще одну позицию.
— Чего ты там дописал? — поинтересовался Серега.
— Свечи, — ответил Бобров. — Ты греби, не отвлекайся.
Серега навалился на весла, и пирога вошла в бухту. Бобров повернул к левому берегу.
— Здесь вроде, — сказал он.
Когда друзья подтянули лодку к окончанию ловушки, называемому некрасиво мотней, они были не то, что поражены, они были просто шокированы.
— Ну и как мы ее в лодку втаскивать будем? — поинтересовался Серега, ожесточенно скребя затылок.
— Как, как? — ответил Бобров. — Подтаскиваем поближе и будем выбирать прямо руками. Потом остатки затащим.
Часть рыбы все-таки пришлось выпустить — в лодку она не влезала.
— Прямо Дискавери какой-то, — бормотал Серега. — Поймали, посмотрели и выпустили.
— Да, — сказал Бобров, весь перемазанный в слизи и чешуе. — Обидно, понимаешь.
Сетчатый мешок, прихваченный специально для рыбы был наполнен под завязку. Серега затянул горловину и привязал веревку. Потом потихоньку подгреб к месту расположения портала. Мешок с рыбой бодро пошел ко дну. следом, прихватив пакет с письмом, бултыхнулся Серега.
Бобров осторожно пересел за весла и стал ждать.
Домус
Серега вынырнул неожиданно и несколько не там, где его ждали. Бобров обернулся на всплеск, удивился и одним гребком подогнал лодку поближе. Серега, пыхтя, перебрался через борт, вынул из зубов веревку и сплюнул. Бобров смотрел выжидательно.
— Шеф, видел бы ты их физиономии, — вдруг сказал Серега и заржал.
— Ну-ну, — поощрил его Бобров.
— Я вынырнул на фоне камней в тени, — начал Серега. — Лодка была уже на месте, Вован делал вид, что возится с мотором, а Юрка, сидя в центре, таращился по сторонам. Меня они сразу не заметили. Я тихо погрузился, подплыл под водой к самой лодке и вынырнул у борта. Сверху меня видно не было. Смотрю, Юркина рука на планшире лежит, ну я и аккуратно ее ухватил. Он как подпрыгнул! Шеф, это надо было видеть.
Серега опять заржал. Бобров укоризненно покачал головой, думая, однако, что, скорее всего, и сам поступил бы точно так же. Серега отсмеялся и продолжил.
— Смотрю, а сверху уже Вован веслом замахивается. Кричу: «Это я!» и взамен Вованова весла получаю по голове отСмелкова.
— Ага, — произнес Бобров. — То есть награда все-таки нашла героя.
— Да ерунда, — отмахнулся Серега. — Ну, я быстро залез в лодку, там приветствия, то да се. Стали выбирать конец, который к мешку был привязан и Юрка поразился, что так тяжело идет. А Вован и говорит: «Неужели?». И как раз вылезает из воды наш мешок. Вот тут, шеф, их и проняло. Вован сел прямо на горячий мотор, а Юрка, как человек интеллигентный, схватился за голову.
Бобров позволил себе улыбнуться. А Серега продолжал свой рассказ, в лицах представляя товарищей.
— Мы мешок втроем с трудом втащили в лодку, и они уже хотели отвали-вать, но тут я говорю: «А мешок?». Народ уже совсем обалдел, и Юрка спрашивает: «А тебе зачем?». Вот тут моя очередь настала. Я им толкую, что нам не во что будет пихать следующую партию рыбы, а они на меня таращатся, словно их разом от мозгов отключили. Нет, я понимаю, конечно, что не ждали они такого, но все же…
— Вытаскивай, что там у тебя на веревке, — сказал Бобров, берясь за весла. — По пути дорасскажешь.
Серега спохватился и потянул конец, который держал в руке. Из воды показался освобожденный от рыбы мешок, в котором находился аккуратно обернутый полиэтиленом пакет.
— И не боятся, что протечет, — проворчал Бобров.
— Все нормально, шеф, — отозвался Серега. — Они швы пропаивают. Вот только тащить пакет в город не стоит. Демаскирует он нас сильно. Придется по дороге утопить. Так вот, что дальше-то было. Смотрю, они в ситуацию никак не въедут, взял и сам стал горловину развязывать. Тут у Юрки в мозгах релюшка отлипла, и он бросился мне помогать. А Вован, тем временем, лил воду на задницу, хе-хе. Ну вот, рыбу мы вывалили в носовой отсек. Слушай, почти полный получился. Они мне дали с собой вот этот сверток, договорились на утро послезавтра, и отвалили, а я сюда.
— А что в пакете? — поинтересовался Бобров, не спеша работая веслами.
— А вот мы сейчас и проверим, — Серега оторвал кусок полиэтилена. — Глянь-ка, они сюда даже опись вложили.
— Вот молодцы, — сказал Бобров убежденно. — Читай.
— Так, — начал Серега. — Первое. Бумага писчая, две пачки по пятьсот лис-тов. Хм-да. Ручки ученические — пятьдесят штук. Обомлеть. Я даже знаю, где они их взяли.
— И где же? — заинтересовался Бобров.
— Да в твоей бывшей конторе на складе. Во, гляди, и перья стальные — сто штук. Подозреваю — тоже там. — Серега поднял глаза. — Шеф, а чего бумага-то?
— Эх ты, купец. А я вот заметил, что лист папируса на базаре тянет на одну драхму. А тут чуть ли не глянец. Да за три обола с руками оторвут, — Бобров подумал. — Ну, по крайней мере, должны. Так, не отвлекайся. Что там еще?
— Еще тут пять бутылочек с чернилами. Блин, придется ведь переливать. А во что? — Серега посмотрел на Боброва.
— Ерунда, — сказал Бобров. — Придумаем что-нибудь. Что еще?
— Все, — сказал Серега и на всякий случай показал ему список.
— Да, не густо. Трудно будет на этом капитал сделать. А?
Серега грустно промолчал.
— Ладно. Прочь тоску. Вот они нашу рыбу продадут — деньги появятся. А тут еще наш список. Вот тогда и посмотрим.
Бобров широко загреб веслами. Одно сорвалось с волны и обдало Серегу брызгами. Тот поежился, хотя вода была теплейшая.
В порт они вошли вдоль бережка, потому что оживление достигло максимума, и корабли сновали по акватории как тараканы. Правил движения, скорее всего, для них не было никаких, и попасть под форштевень Боброву не очень улыбалось. Они скромно пробрались на свое место, и Серега помчался к рыбному рынку или как здесь место торговли рыбой называлось. Вскоре он вернулся с шустрым низкорослым товарищем, который, посмотрев на улов, подумал и заявил безапелляционно:
— Драхма и четыре обола.
— Да забирай, — сказал Бобров небрежно. — А я-то думал.
Товарищ что-то крикнул, от рынка прибежали двое сильно загорелых хлопцев в одних набедренных повязках с чем-то вроде носилок, быстренько покидали в них рыбу и так же бегом удалились. Товарищ отслюнявил в Сере-гину протянутую ладонь десять монеток и отвалил.
— Шеф, — сказал Серега, потряхивая монетками. — Если мы каждый день будем проверять ловушку, то лет через десять разбогатеем до невозможности. Правда, если раньше не помрем с голоду.
— Не берите в голову, Серж, — ответил Бобров, забирая весла. — Мы разбогатеем гораздо раньше. Забери пакет и идем.
— И куда?
— Пока в трактир. Не забывай, что дом еще не наш. А вот завтра…
Агафон, навестив вечером залетных купцов, наверно был очень разочарован, однако вида не подал и был традиционно приветлив и, осведомившись насчет дальнейших планов и получив неопределенный ответ, удалился.
— Достал, — сказал Серега, немного погодя. — Зря мы с ним связались.
— Может быть и зря, — задумчиво произнес Бобров. — А может, вовсе и нет. Давай подождем еще, прежде чем рвать окончательно.
Утром они встали попозже, чтобы компенсировать вчерашний недосып и позволили себе подольше просидеть за завтраком. От вина оба категорически отказались, а так как чая и кофе почему-то в местной столовой не держали, пришлось довольствоваться чистой водой. Было непривычно, и Бобров отложил себе в памяти потребовать от Смелкова поставки и чая и кофе, желательно растворимого. Да, и надо было обзаводиться соответствующей посудой. Как-то непривычно было пить кофе из киликов или, того круче, из кратеров.