Страница 11 из 45
Он в отрицании покачал головой.
— Это не может быть правдой.
— Тебе никогда не хотелось его поцеловать? Притянуть в свои объятия и заняться с ним любовью?
Дункан сжал ладони в кулаки и резко отвернулся от Мойры.
— Да. Черт возьми, да.
Она вздохнула. Все проходило легче, чем она изначально планировала.
— Как только истинная связь будет завершена с нами обоими, ты больше никогда не будешь так страдать.
Дункан повернулся к ней, на его лице отразилась решимость.
— Он не согласится на это.
— Ему не нравятся мужчины? — Мойра скрыла свое беспокойство. Поговорив с матерью, она нашла несколько книг. Она прочитала романы, в которых мужчины и женщины занимались любовью независимо от пола. Некоторые ей понравились, другие — нет, но мысль о том, чтобы наблюдать, как золотистая голова Дункана склоняется над темным телом Джейдена, была отнюдь не отталкивающей. Она поерзала, внезапно ее охватило желание.
— Ох, они нравятся ему. Просто… Твою мать! Он чертовски благородный. — Дункан зарычал, его раздражение было очевидным.
Мойра рассмеялась.
— Ну конечно. Он же Малмейн.
— Он до сих пор считает себя Блэкторном. — Дункан забарабанил пальцами по столу, тревожно нахмурившись. — И для него это важно.
***
Акана остановила машину за несколько миль от усадьбы Малмейнов.
— Небраска. — Она вышла из машины, и ее сапоги «Прада» на высоком каблуке утонули в грязи. — Да-а уж. — Девушка плотнее закуталась в тяжелое шерстяное пальто и посмотрела на быстро темнеющее небо. — Ладно. Посмотрим, что у нас тут.
Она уселась, скрестив ноги, на остывающий перламутрово-синий капот своего «порше бокстера» и распахнула внутренний глаз. Звезда в центре ее радужки расширилась, позволяя ей видеть за пределами понимания смертного человека.
— Ладно, Джейден. Что, черт возьми, происходит? — Первое, что она увидела, заставило ее смутиться. — Ох, Робин. Ты у меня в долгу.
***
Джейден не спеша принимал душ, не понимая, почему ощущает беспокойство. В том кабинете он что-то почувствовал, что-то, что заставило его нервничать. Может, он неправильно сыграл? Может, ему не стоило быть таким крутым. Теперь Дункан заподозрил неладное, нечто более серьезное, чем происходящее в клане Малмейнов. Джейдену придется бросить ему кость, дать что-то, что займет его разум.
Он провел мочалкой по телу, остановившись возле члена. Ублюдок был каменно-тверд с начала встречи с Дунканом. А когда появилась Мойра, на головке выступило предсемя.
Джейден вздохнул и начал поглаживать себя, представляя образы их любви друг к другу. Как они трахают друг друга. Скользкие тела из-за горячего, потного секса сплетаются воедино, вскоре уже нельзя было сказать, где кончается одно и начинается другое. Он вообразил, как Мойра со стоном запрокидывает голову, как губы Дункана играют с чувствительным местечком на изгибе между ее плечом и шеей. Именно там, где когда-то Джейден оставил поцелуй.
Черт, он позволил своему воображению зайти еще дальше. Каково это одновременно ощущать их разные вкусы на своем языке. Искрящееся сияние, которым был Дункан, и темный мускусный вкус Мойры? Его ладонь стала двигаться быстрее, член дернулся. Он представил, как его член глубоко погружается в Мойру, ее золотисто-рыжие волосы разметались, пока она извивалась в экстазе. Он практически ощущал Дункана глубоко внутри своего тела, пока тот не начал пульсировать от желания кончить. Они окружали его, любя, доводят до экстаза, о котором он и мечтать не смел.
Осознание того, что этого никогда не случится, чуть не уничтожило его фантазию. День, когда Дункан и Мойра займутся с ним любовью, станет днем, когда сам Робин влюбится.
Джейден фыркнул, чуть не расхохотавшись.
«Ага. Как будто подобное может произойти».
Вампир покачал головой и вернулся к своим грезам, потому что, черт возьми, это все, что у него когда-либо будет, а значит, он имеет право этим насладиться.
***
Возбуждение стало невыносимым.
Джейден.
Так и должно быть. Закрыв глаза, Дункан практически видел, как вода стекает по обнаженному телу Джейдена, капает с его рельефного торса, ласкает твердые соски. Он вздрогнул, желание пронзило его в десять раз сильнее, чем то, что он чувствовал в лимузине наедине с Мойрой.
Мойра была права. Так или иначе, каким-то образом они все трое были связаны, им было предначертано соединиться в одно большее целое. Дункан был намерен сделать все, что в его силах, чтобы удостовериться, что Джейден никогда их снова не оставит.
Мойра начала тяжело дышать.
— Что за черт? — Она прижалась к краю стола Дункана, потерев ноги друг о друга, из-за чего ткань тихо зашуршала.
— Джейден.
Дункан поднял голову, а его ноздри раздулись, когда он глубоко вдохнул. Его ладонь потянулась к брюкам, мужчина начал ласкать себя. Он был таким твердым, что головка сочилась предсеменем, оставляя мокрое пятно на боксерах. Дункан застонал, ощущение ткани каким-то образом переплелось с ощущением скользких, мыльных пальцев. Боже, Джейден словно гладил Дункана, а не себя, чувство было призрачным, но сильным.
— Сейчас?
Дункан облизнул свои губы.
— Не имеет значения. Ты нужна мне. — Его руки потянулись к ее рубашке, дернув ту так, что несколько пуговиц отлетело.
«Слава Богам, нет лифчика».
— Сейчас.
Мойра открыла рот, чтобы возразить, но вместо этого ахнула. Губы Дункана оказались на ее груди, его язык ласкал ее сосок.
— Матерь Божья. — Ее пальцы запутались в волосах Дункана, удерживая его. — Да, пожалуйста. Больше.
Нет терпеливости, нет времени на любезности. Позже ему придется придумать, как загладить перед ней свою вину.
— Прости, мое сердце. Мне жаль. — Его руки опустились на ее джинсы, дергая за пуговицу и расстегивая молнию. Он чувствовал пальцы Джейдена на своем члене и мог точно сказать, что вампир был близок к оргазму. Дункан ощущал потребность, чтобы все трое воссоединились, и больше не собирался этого отрицать.
Мойра захныкала, этот звук заставил его мучительно застонать. Он стянул джинсы с ее ног, еще раз поблагодарив богов за то, что девушка всегда ходила босиком. Джинсы перелетели через его плечо, вскоре к ним присоединились ее трусики.
Она была так прекрасна, что ему хотелось плакать.
Дункан и сам, черт возьми, чуть не захныкал, когда погладил ее киску. Она была влажной и готовой для него.
— Обещаю, я заглажу свою вину.
— Что? — Мойра казалась одурманенной. Она вцепилась ладонями в его зад, притягивая ближе. — Боже, что со мной?
— Ты должна кончить. — Он быстро расстегнул свои брюки. Его окутывала сила, серебристые искорки заполняли комнату, словно мерцающие светлячки. — Заявление, любовь моя.
Темно-зеленые огоньки, тусклые и в гораздо меньшем количестве, присоединились к серебристым.
— Сделай это. — Мойра распахнула зеленые глаза, окрасившиеся в сочный зеленый цвет травы теплым летним днем. Ее кожа потемнела, бледные завитки появились здесь и там, когда она скинула свое человеческое обличье. Даже золотисто-рыжие локоны потемнели, став таким же, как темно-красные осенние листья. Ее запах напоминал богатую и плодородную землю. Ее уши изящно заострились, а зрачки стали овальными, как у Сидхе.
— Заяви на меня права, Сидхе, если посмеешь.
Небольшого намека на ирландский акцент в ее голосе было достаточно, чтобы подвести его к краю. Он хотел раствориться в ней, но это было бы слишком долго. Джейден вот-вот кончит, а он не сможет сделать это в одиночку.
Как он должен этому сопротивляться? И Мойра, и Джейден нуждались в этом, а Дункан мог помочь. Он вошел в Мойру, содрогнувшись, когда она ахнула от боли.
— Мойра?
Ее пальцы стиснули его плечи.
— Мне нужна минутка.