Страница 61 из 73
— Знаешь, Алая, когда-то давным-давно… когда мои родители были еще живы и мы жили в маленьком уютном домике… — Горк закашлялся. Полетели кровавые брызги.
— Что, Горк?
— Отец… он был писарем… и рассказывал мне постоянно разные истории… Мы сидели на веранде и… А мама… мама готовила нам замечательный суп… и выносила нам его на веранду… И мы ели его все вместе… очень простой, но он всегда мне нравился… очень…
Я его уже не слушала. Я вытряхнула из мешка Горка все содержимое и нашла маленький котелок. Вылила в него почти всю воду из фляжки. Искать дрова тоже было некогда, поэтому я поставила котелок прямо на землю.
Вокруг него вспыхнуло магическое пламя. Вода сразу закипела.
— Горк, что класть туда первым?
Некромант называл мне ингредиенты, я находила их в общей куче, резала и бросала в котел. Голос Горка становился тише.
— Все, готов, — сказал темный, и я вздрогнула от неожиданности. — Суп готов, а не я.
Некромант улыбнулся своей немудреной шутке. Я нашла ложку, зачерпнула немного супа и долго дула, чтобы тот остыл. Затем я поднесла ложку ко рту Горка, тот с трудом раздвинул губы, я влила туда суп. Он причмокнул.
— Отлично, прямо как у мамы. Ты тоже поешь, получилось очень вкусно, а мне больше не надо… Спасибо, Алая…
Он смотрел на меня с благодарностью, но я по глазам видела, что адептус хочет попросить меня еще о чем-то, но никак не решается.
Я порезала палец и провела им по губам Горка. Он вновь улыбнулся. Дыхание его постепенно сошло на нет. На моих руках умер еще один хороший человек. Или даже будущий друг.
Суп я разделила на двоих с Гарлом. Он и в самом деле оказался очень вкусным. Рецепт навечно отпечатался у меня в памяти.
Затем я донесла тело Горка — оно оказалось почти невесомым — до ближайшей расщелины. В могилу я положила посох. Я долго думала, класть ли туда еще и еду. Некроманту было бы приятно, я в этом не сомневалась, но она могла привлечь хищников.
Я забросала тело камнями. Мы с Гарлом снова остались вдвоем.
И зашагали быстрее. Все-таки Горк со своим мешком здорово тормозил нас.
Как же много погибло людей, с которыми сводила меня судьба в последнее время! Фозер и два адепта первой ступени, Гаррен и его стражники, Заратайн, Стамли, Горк. Локрид, к которому я не успела.
Но началось все с Сигурна Цизи. Ну почему же он пошел на культистов без посоха? Почему? Он же знал, что воздушники так сильно нуждаются в его поддержке. Это нам, огневикам, позволено колдовать без неуклюжей деревяшки. Так уж мы устроены.
Ведь Фозер предупреждал его. Педантичный и осторожный Фозер не раз достаточно резко говорил начальнику, чтобы тот взял с собой посох. Но Сигурн только отмахивался. А Фозер все удивлялся такой легкомысленности магистра. Ведь раньше Сигурн никогда не расставался со своим главным оружием…
Стоп. Раньше… До того как в Эрине появилась я, главный маг города всегда брал свой посох. Но вот пришла самоуверенная огневичка, способная творить заклинания с пустыми руками. И он все чаще начал оставлять его в башне.
Ох, Сигурн, глупый-глупый Сигурн… Ты хотел доказать, что не хуже меня? Что ты — магистр Воздуха! — способен справиться со своим делом и без помощи посоха?
Или ты просто хотел… хотел произвести на меня впечатление? А потому вел себя столь необдуманно и безрассудно? Как и любой мальчишка, пытающийся привлечь внимание девочки, которая ему приглянулась.
Ох, Сигурн… Моя бедная нижняя губа снова пострадала от моих же зубов. Значит, и тебя тоже погубила я. Смертельный удар нанесла тебе тень таинственного древнего некроманта, но именно я сделала этот удар возможным.
Если бы у тебя был посох, ты бы размазал тень по всей поляне. Наверняка. Ведь ты был очень опытным и сильным магом. Но у тебя его не было… Твой посох остался в Башне.
Я села на подвернувшийся камень и заплакала. Гарл, мой верный и мудрый волкодав, снова уткнулся мне в бок своей теплой мохнатой мордой.
Глава 25
Бегство
Теневое море, остров Дороттайн.
Подпольная таверна.
13-й день месяца Надежд, год 493-й от В.Л.
Джереби уже ждал меня.
Я отправился в таверну сразу, как вышел из покоев архимага, но магистр сумел меня опередить. Я постучал в дверь, привратник, услышав знакомую комбинацию ударов, открыл сразу и, не говоря ни слова, повел меня на второй этаж.
В таверне было настоящее столпотворение. Кто-то отмечал отъезд с Дороттайна, кто-то, наоборот, оплакивал свою жизнь и карьеру. Многие прожили на острове долгие месяцы и, кроме изучения Тьмы, которое оказалось напрасным, были мало на что способны. Перспектива отправиться на войну с ее порождениями их откровенно пугала.
Магистр сидел в том же самом кабинете, где мы разговаривали в первый раз, перед ним стоял графин с водой. В руке он сжимал кружку, смотрел в нее и что-то бормотал себе под нос. Он принюхался к ее содержимому, немного отхлебнул и тут же сплюнул прямо на стол.
— Не получается, — недовольно сказал магистр и выплеснул воду на пол.
Теперь он смотрел на меня. Жуткие мешки под глазами, страшная бледность и безумный блеск во взоре. Парваль по сравнению с ним выглядел бодрячком.
— Отмечаете, господин магистр? Вы ведь знали все с самого начала, так? Все, почти все были потрясены, но у вас на лице не было даже легкого удивления!
— Ты о чем, Люрет? А, о речи Шрестика? Ну так чего мне ее слушать, половина — точно моя работа. Сам-то он красноречием не отличается. А у меня были мысли и поважнее, — меланхолично закончил Джереби, налил в кружку воды из графина и протянул мне. — Пожалуйста, мой мальчик, уважь друга Ногодила.
Я выбил кружку из его руки, она ударилась о стену и разлетелась, меня забрызгало с ног до головы. Но мне было плевать.
— Чего тебе от меня надо, Ногодил? Почему ты ко мне прицепился? Задание Подогайна ты выполнил, я так никому про «Леди» и не рассказал. Я что, напомнил тебе погибшего брата, сына, друга, любовника? Просвети же меня, наконец!
Мой эмоциональный выплеск произвел на него заметное впечатление. Он оживился и посмотрел на меня с интересом.
— Неплохо, очень неплохо. Но ты переоцениваешь себя, мой мальчик. Ты отличный парень, да. И мне было бы очень приятно, если бы у меня был такой брат, сын, друг или… хм… друг. Но дело не в тебе, Люрет. Да, не в тебе.
— А в ком же? — магистр опять сумел меня заинтриговать.
Джереби не ответил. Он налил воды в оставшуюся кружку и пододвинул ее ко мне. Затем вытащил из-под стола еще одну, пробормотал: «Так и знал, что она пригодится», — и выжидательно посмотрел на меня.
Я сел напротив, взял кружку и очистил в ней воду. Джереби поставил рядом вторую. Я отлил в нее часть воды, поставил свою кружку на стол и посмотрел на магистра.
Тот хмыкнул и выбрал кружку с осадком. Он сделал большой глоток и улыбнулся. Левый глаз задергался, выдавая сильное напряжение.
— Я слушаю, Ногодил.
— Я никогда не был женат, Люрет, но однажды в одном из канийских городов у меня родился сын. Да, сын, и не смотри на меня так. Не имеет значения, как это вышло и кто его мать. Был ли он ошибкой или плодом любви? Не знаю, Люрет. Да, не знаю. Прошло столько лет, а я до сих пор не знаю. Я редко видел его. Одно время я хотел забрать его к себе в Лакрис, но, к несчастью, у мальчика открылся магический дар. Почему к несчастью? Потому что это был дар к водной магии. Да, к водной. А я уже был в свите Подогайна. Ты же знаешь, как он относится к водным?
— Знаю, Ногодил.
Мы выпили, у Джереби задергалась левая рука. Он убрал ее под стол.
— Выбирая между сыном и архимагом, я выбрал архимага. Мальчик рос, однажды у него погиб любимый котенок. Мать хотела выбросить труп, да. Но он так переживал, что она не решилась силой отрывать ребенка от еще теплого тела друга. Наутро ребенок снова играл со своим любимцем.