Страница 6 из 7
будет тебе ужин"
ровно в четыре часа ночи. их обучили второй роли.
он ей "девочка, я тебя не очень"
"мама, мне б капюшон что ли,
чтоб с головы и до пят. может
отче блефует, а я верю. кто ещё здесь без меня может? пусть подождут за дверью."
мама моет изюм в творог.
пахнет ванилью, бельем, гречкой.
папа бежит через весь город
чтобы успеть к вечеру.
вечером сядут за стол, выпьют.
включат неудержимых. уже в сотый.
"слушай, а я тебя не сильно.
даже уже стыдно что так все равно"
***
***
ничего не проходит, обычно, солнце, мосты не жгут, просто тупо и бестолково чего то ждут. объявляют войну, фотографируются с другими. ну а летом будет холодно, нас такими
делающими вид, что это время нам подошло
и запомнят. как ностальруют о любимых
после чего стирают их в порошок.
***
***
никому, пожалуй, жаловаться не стоит. здесь любой тебя сожрёт или переспорит. здесь любой тебя забудет, собьет, проспорит. будет все не по Фрейду, не по закону, и не по плану, бросишь друзей, разочаруешь маму, будешь слушать арбенину и нирвану
***
***
обновиться , поменять тариф и карту,
сброситься к заводским, уйти под воду
- вас запрос был отклонен. с уважением . оператор.
оцените нашу работу.
***
***
В Асе точно купалась сырость;
Вся - как жижа; и слов не выбить;
Ася столько раз застрелилась
Что пора бы за это выпить.
***
он в старом телефоне, в тринадцатом году, в пятом windows. и я говорю что не буду рядом что бы ни случилось. как теряешь талончик проездного в толпе бегущей. ничего не происходит. но город грязнее, а воздух гуще.
*
и кому звонить, говорить неловко, мол, не получилось, стоишь в запасе. вокруг люди, их чрезвычайно много, ни один с тобой не согласен. все хотят твоего фиаско, и думать низко, смотреть с опаской. есть ли смысл говорить как все это мерзко, как все это близко, как все это адско
*
жить - это сидеть в однокомнатной съемной квартире, ни дизайнеров, ни горничной, ни шоферов. никаких маршрутов, веток, авиалиний. ни льготных кресел ни волонтеров. этот тесный скелет, в котором нет ни дверей ни окон, твой гостиничный номерок на целую жизнь. твой вече. твой спектакль, на который пришел посмотреть весь город. скоротать унылый ленивый вечер.
*
эти мальчики из bad boys, в них экшен круче жж. это ты здесь, деточка, только просишь. все надеешься протрезветь и похорошеть. все лежишь, ни о чем не парясь, не беспокоясь, никакой интриги или вражды. у тебя такая суперспособность, у них особенность - кто бы ни был виноват, это будешь ты.
эти мальчики ходят толпами, пьют все крепкое, в первую очередь самолёт, во вторую сон
это ты, моя девочка, как призывник, трясешься здесь каждой клеткой, хочешь чтоб тебя куда то выдуло, унесло
а у них мир в HD, реальнее, чище, ярче, их бросает из города в город. твой компас сел. и поэтому ты все тычешься, и ищешь где будет теплее, мягче, ждёшь что жизнь принесет тебе кофе и снедь в постель
просыпаешься - в квартире темно и тесно; и вот даже хотелось бы чтобы пусто - но в каждом углу, как ветру - тебе не место, в каждой ложке не вкусно.
и тебе все это нравится, если честно
если ничего не приводит в чувство
им всегда по двадцать, этим мальчикам из bad boys, они пахнут уксусом, костром, Калифорнией, не ходят врозь, это ты лежишь, моя, девочка, иванушкой дурачком и не думаешь ни о чем, изображаешь злость
поправишь галстук, выйдешь поздороваться с тишиной, город твой привычно пахнет яблоком и пшеном,
ты за секунду до себя
смотришь полную версию.
в мире нет пенсии, нет смерти, нет описи
и тебе ещё не известно, чего нельзя,
будто можно все
***
***
вова, мир уставший, как тыщу раз
выжившие часы на стене квартиры, в которой ремонт последний ещё до нас,
в которой пахнет газовой колонкой и черносливом, и мужчина, который обрёл уже свой анфас, смотрит на детей и чисто так говорит ей
"вера, наши дети гораздо умнее нас".
вова, мы не любим долго смотреть на то,
что закончилось и сделалось просто пылью
выпало, схлынуло. образовало свое депо
вышло из горизонтов. будто совсем не происходило.
он заваривает ромашку и достает лото
и она садится рядом, как будто долго не приходила
***
***
он ей пишет что нечему радоваться, холодильник пуст, двое суток пьет, и вообще без чувств
а она так вяло ему, так вычурно говорит:
значит заживает, если болит
ей хотелось бы быть никем, полюбить толпу
зарубить себе на носу, написать на лбу
счастье нужно каждому - то есть не достанется никому
***
***
пусть в тебе кипятится весь этот город, пусть играет, как блеск, и истощает смех. удивительно, конечно, но чтобы быть счастливой, не нужен повод. и, тем более ещё какой нибудь человек.
и поэтому ты сама себе GPS, будильник и детонатор; и поэтому ты сама выбираешь масть. а о прошлом, солнце мое, вспоминать не надо. от него ещё не изобрели лекарств
***
***
он говорит это тысячное "я буду"
за столиком в унылом свете кухонном, вязком
как я ненавижу эту грязную тему, игру, посуду
и его дурацкую стотысячную отмазку.
мы живём в однушке, но ездим властно,
пьем metaxa если холодно или пресно.
я люблю людей, но настолько часто
что мне это уже давно как неинтересно.
утром дико; вечером страшно плоско.
в легких астма; в воздухе едкий кофе.
я давно ни к чему не отношусь серьезно.
и поэтому мое сердце в хорошей форме.
***
***
ты должен уметь готовить, стирать и мыть,
платить за аренду, выбрасывать мусор в ящик. мы выросли. мы огромные, как слоны и мало что понимаем в происходящем. мы выросли и что то теперь должны. входить в этот шум и поglam, в этот ярый тиск. но если тебе ещё раз предложат жизнь, ты вряд ли пойдешь на риск
***
***
у него ружье висит на плече
и глаза как будто их сутки варили в чае
желтые. Мэри хочет ему пригодиться, но не знает чем.
ее ничего не отличает. он ее уже шестой месяц не замечает.
все равно что ждёт от него двух замечательных сыновей. одевает платье.
смотрит нелепо, будто ее припечатало носом в стену
он говорит "как тебе, Мэри, со мной живётся в одной палате?"
она отворачивается. шипит "да мать его."
рожает двух дочерей, после чего толстеет.