Страница 5 из 7
Выезжать к пяти.
И собираться
чтоб в коридоре
Был запах нас ещё два часа
Я буду льстить тебе лет пятнадцать, точнее буду учить идти
А дальше ты разберёшься сам.
Я буду тесной, точнее - местной, как пост для слабых или чужих. Я никогда не смогу быть честной, но помогу это пережить
Пока мы будем меняться, стричься, ловить прожекторы и восторг: мы будем вечны и эластичны, ритмичны, горечь и кипяток. ликер в автобусе, город в пульсе,
остаток ночи на холодке; ты будешь пахнуть морским, июльским; носить весну на смешном брелке; ты будешь лёгок, серьёзен, ласков, глубок (а в ком же ещё тонуть) упор на вдохе, как на согласной, а дальше, дальше куда тянуть;
Вот раунд, солнце засунь за ворот, смотри чтоб кто - нибудь не извлёк; пока ты робок горяч и молод, и любишь водку и кофеек; пустынный, собственный, скоростной весь; и что тут думать? чего ещё?любовь вообще не имеет совесть когда я тычусь в твое плечо; вот чай с жасмином, и город в лоске, когда жизнь будет на волоске - мы засмеемся по стариковски слепыми пятнами на песке;
на ощупь верить в любое чудо, итог придумывать , как игру, о том что я тебя не забуду, когда уеду или умру; пока ты нежен, распущен, верен и падок на высоту и смог; пока ты весь из сопротивлений, опасных формул и подоплек; пока ты чуткий и оголтелый, сидишь напротив, как на крючке
я осторожно и неумело отображаюсь в твоём зрачке. и мы целее, белее, чище бумаги, градуса и воды; ты пахнешь швепсом и пепелищем; от свежей уличной темноты ещё напряжнее и смелее; учись общению у наготы;
мы будем прочными и крутыми - обрывы; не подходи - убьет; мы не обязаны быть святыми и это мало кому идёт. мы будем вечно на старте, даже пообещаем его суметь; жизнь - как пособие, инструктаж, прочтешь и вынужден умереть
жить с тобой и учить намеки, сбои, версии и черты; пить калуа на солнцепеке и смеяться до хрипоты. мы пластичны и нелогичны, перманентны. смотри в упор:
я люблю тебя. все отлично. если это не перебор. жаркий выдох. весна, как помесь грязи, солнца, сырой листвы; я твой спуск, рифмоплет, питомец, шум за кадром, плохие сны
Мы возможны, но безъячны, как предчувствие опекать; я люблю тебя. но тактично, то есть так чтоб не привыкать;
все слова, как сироп брусничный, алый смысл, простой итог: чем ты слаще, тем ты токсичней; хаотичный упорный ток;
и не думай что время сможет нас усилить и воплотить; станешь пресен и осторожен и не будет за что платить ; время только нам подыграет, и поможет начать отсчет ; но мы плаваем баттерфляем, никого не берём в расчет, пьем как гады и шутим плоско, и обходим жизнь стороной. все так ёмко и грандиозно, мир похож на журнал "PlayBoy"; мы в нем внутренностью наружу; что ни слово - то поперек; дышим часто; и любим нужных, и плевать кто их так нарек; каждый хочет скандалить, драться, целоваться и умирать; если думать и сомневаться - будешь вынужден проиграть; мы дворовые псы, мы сотый градус - если смотреть в глаза; мы не боги, а эпизоды. это разные полюса.мы не думаем а играем: выбор будет всегда один. тот, кому мы не потакаем - тот нам отче и господин; нам всегда будет восемнадцать, если редко смотреть в итог; все, что будет составом матриц не поместится в некролог; но пока нас до жути двое, сердце мечется и рычит
я смотрю как ты пьешь сухое
и оно в сотый раз горчит
***
***
пока люди изобретают вирусы, пишут доносы, строят гримасы, делят людей на расы, придумывают астрологические прогнозы, варят пластмассу, дышат автомобильным газом. счастье мое, ты помнишь как пахнут розы? счастье мое, ты хоть немного думал о ком - нибудь кроме нас с тобой?
***
***
я от всей души желаю ему добра. ну и ту что будет взрывать его по утрам,
печь горелые блины, путать соль и сахар,
пичкать его твёрдыми сушеными злаками
разбрасывать свои волосы по всему дому, заставлять носить его белый цвет, который он ненавидит.
может что то выйдет.
***
***
А таким как ты придумали видеть сны, чинить латы чтоб до следующей зимы, ты на край в пуантах - он бутсами до весны. Не тебе выигрывать контры - тебе кранты. Да и толку что у тебя остаёшься ты
***
***
когда планета, мать твоя,
не просит твоего участья,
и не мешает болтовня,
и нет реакции на счастье,
и не волнует шум в ночи,
и ожидание не гложет
когда твой голос не молчит,
но разговором не тревожит.
от сигарет лишь горечь, ну
а от воды лишь привкус хлорки,
жизнь происходит через путь
от холодильника к конфорке,
от сумок до бутылок вин
и от розеток до тетрадей:
Как обещал, ты стал таким
большим и умным взрослым дядей.
***
***
потому что очень удобно сидеть в долгу,
потому что очень удобно себя винить.
потому что очень удобно со временем поумнеть. будь уверен, когда нас начнут любить
мы сумеем только хотеть
***
***
И пока она ест эти свои жареные бананы, копит деньги, пишет на них романы, пахнет Тосканой; смотрит чёртовы мелодрамы; садится за рояль, и пальцев тонких
Хватает только на самые тяжёлые, простые ноты
Эти битые ноты
Слышат соседи сверху;
Варят что то, спят, потом подходят к зеркалу
И эти ноты, кусающие до мяса, как комары,
Приходят,
Ложатся приступами хандры
***
***
Ты помнишь, мы Ахматову учили,
Нам не давали деньги и ключи,
И гости, приезжавшие раз в месяц
Такие оставляли впечатления
Что сразу вычисляешь мудаков
И женщин, у которых для общения
Лишь череда безвыходных кивков
И толпы, и попса, и шелест крышек
И жар на скатерть лез и угасал.
Я, как обычно, неудачно вышла
Листай назад.
***
***
ровно в четыре часа ночи. всех убивало по одиночке. мяло, тошнило, бросало на пол. он ей писал
"моя девочка, я так сильно"
девочка писала
"все нормально, мама"
мама писала
"где ты, придурок, трешься?"
по телевизору опять убивали Сержа.
а по FM опять проиграла Нюша.
"где ты придурок там, чьих между,