Страница 8 из 80
Я вышла из корпуса, когда все уже разъехались. Лишь несколько машин, включая мой пикап, стояли во дворе.
Поджав губы, я быстро пошла в спортивный зал… Но когда дошла, ноги стали чугунными, я замерла.
«Не могу».
Сглотнув, я медленно повернулась обратно.
«Я хорошо знаю, что ничего не изменится, даже если я приложу все усилия. Это меня только вымотает».
В машине я всё-таки разревелась.
Комментарий к Диалоги со сфинксом. Часть первая - Сфинкс видит тебя
Из плейлиста Эдварда:
Oceans Divide - Beg For Mercy
========== Диалоги со сфинксом. Часть вторая - беги, пока не поздно ==========
— Пап?
Чарли обернулся, снимая куртку. Он приехал поздно, но не выглядел уставшим. Когда он вопросительно на меня взглянул, я поняла, что мне сложно начать разговор о фото на каминной полке. Кроме того, наверное, это будет неправильно. Он выбрал одиночество, он живёт с ним и привык к нему. Эти фото — это законсервированное прошлое — больно ранит меня, когда я представляю себе, что именно в обществе этих застывших кадров отец тратит минуты холостяцкого одиночества.
— Я… просто хотела сказать, что рада быть с тобой тут.
Вяленько получилось.
— Ага, — помедлив, кивнул он, и удивление никуда из его взгляда не делось.
— Будешь ужинать? — спросила я, бросив терзать себя попытками начать трудный разговор.
“Не стоит ковырять раны. Он к ним привык. Ему нормально”, — сказала себе я.
— В принципе, каждый вечер я ужинаю в кафе, — ответил он. — Сразу спать лягу.
Он прошел мимо меня.
“Так он с этим борется. Просто не оставляет себе свободного времени. Если остановиться, тогда они догоняют тебя — призраки и воспоминания”.
Он тоже боялся говорить со мной о чём бы то ни было. На полпути он обернулся и спросил, перегнувшись через лестницу:
— Как твой первый день в школе?
Наверняка колебался перед тем, как спросить.
— Нормально, — ответила я. — Пап, скажи, в Форксе в последнее время всё спокойно? Никаких убийств там…
Он замер, сощурился, переспросил:
— Чего?
— У тебя не было никаких серьезных дел за последние два года? — спросила я осторожно.
— Беллз, обсуждать работу с семьей запрещено. Прости.
— Это значит, что что-то всё-таки случалось?
— Ничего такого выдающегося, — ответил он. — В Форксе всегда было спокойно и безопасно. Пока я шериф полиции, так оно и останется.
Он был искренен, но я чувствовала, что что-то не так. Может, ничего и не происходило, но я знала своего отца — мой вопрос беспокоил его. Значит, у него есть повод нервничать.
О Калленах я спрошу его в другой раз, пожалуй, иначе он обязательно что-нибудь заподозрит.
На другой день дождь перестал терзать Форкс. На другой день я почти всюду была с Майком и Джессикой. Порой к нам присоединялся Эрик. Жизнь в новой социальной группе налаживалась.
Я опасалась задавать вопросы о Калленах. Джессика вполне могла подумать, что я питаю романтический интерес к Эдварду. Хотела бы я посмотреть на ту, в которой этот тип может вызвать интерес…
На другой день я плохо себя чувствовала, потому что не могла уснуть и до полуночи сидела в сети. Пресса о Калленах ничего не знала, в социальных сетях никого из них не было. Так же новости молчали и о чрезвычайных происшествиях. В Форксе не случалось мало-мальски интересных или трагических событий.
«Но я не могла себе ничего накрутить, — подумала я, вспоминая сжатый в кулак руку и полный отчаянного безумия взгляд чёрных глаз. — Я точно знаю, что Эдвард Каллен хотел бы убить меня. Это чутьё и умение читать жесты тела, мимику… Я не могла ошибиться».
В этот день случилась катастрофа — я играла в волейбол на уроке физкультуры. Вернее, я всем мешала играть. Вкратце — заработала два синяка и близость к нервному срыву. Как-то так вышло, что меня постоянно страховал Тайлер. Точнее, он страховал других от меня. Я была благодарна ему и ненавидела его за эту опеку. Зачем он это делает? И всё равно один раз мяч заехал мне в голову.
К счастью, Эдвард Каллен не был в школе. Я этому не удивилась. Ситуация напоминала мне ту, где маньяк нашел себе идеальную жертву и сдерживается, чтобы не убить ее, а потом на время исчезает, чтобы подготовить план по ее убийству. Если бы я кому-то сказала об этом, меня бы подняли на смех.
В столовой присутствовали все Каллены, кроме Эдварда. Никто из них больше не обращал на меня ни малейшего внимания. Они всё так же сидели, молча, за столом. Всё так же были неподвижными и пугающими. Они снова почти не притронулись к еде.
— Слушай, ты весь день какая-то мрачная, — сказал мне Майк. — У тебя проблемы?
— Нет, всё нормально, — ответила я по инерции.
— Брось, можешь сказать. Вдруг я помочь могу. Если тебя кто-то начал задирать, скажи мне, ладно?
— Ладно, — ответила я со вздохом. — А скажи, ты в курсе, что происходит в городе?
— Я не сплетник, ты не к тому обратилась, — покачал головой Майк.
— Я не об этом. В городе не происходило в последнее время ничего странного?
— М-да, — он почесал затылок, — наверное, так со всеми новенькими бывает…
— Что именно? — нахмурилась я.
— Один из Калленов как-то давно задал мне тот же вопрос.
— Кто именно?
— Не помню, — он пожал плечами. — Форкс — скучный город, Белла, здесь ничего не происходит. А те слухи, что идут из резервации, полная чушь.
— Какие слухи? — насторожилась я.
— О пропаже людей, — ответил Майк. — Но только никто не пропадал ни у кого. В школе бы об этом знали, народу много, понимаешь? Это чепуха, Белла. А с чего ты вдруг задала этот вопрос?
«Пропадают люди?» — у меня стало шуметь в ушах.
— Спасибо, — сказала я, попытавшись улыбнуться. — Мне просто скучно, Майк. Ничего особенного.
После занятий, сидя в машине, я постаралась успокоиться и собрать мысли в кучу. Всё, что у меня есть — и правда чепуха. Я абстрагировалась от эмоций и сказала себе: «Нужны факты. Кто пропал, когда, кто является подозреваемым. Потом нужно убедиться в том, что хоть кто-то из Калленов опасен. В конце концов, это только моя интуиция и ничего кроме. А пока что, Белла, возьми себя в руки и думай, где искать информацию».
Я снова вспомнила взгляд Эдварда. О, мне уже приходилось видеть такой. В кадрах оперативной съёмки с террористами. Взгляд из-под бровей, поджатые губы, напряжённый кулак, во всём его существе обещание сломать меня пополам. Сжечь заживо.
Я сдула со лба прядь длинных волос и посмотрела за окно. Над школой далеко впереди на холмах высился густой лес. Всё такой же темный и молчаливый, он казался бесконечным. И каждый, кто входит туда, пропадает навсегда.
Еще до того, как я уехала, с автостоянки плавно выскользнула на дорогу шикарная машина. Вольво принадлежал Калленам. Красота, деньги и, возможно, безнаказанность? Пугающее сочетание.
Попытавшись абстрагироваться, я заехала домой, взяла деньги на продукты и решила сходить в магазин, чтобы приготовить ужин. Шериф полиции города Форкс Чарли Свон был способен приготовить только яичницу.
По дороге в магазин я думала, что именно понадобилось богатой, влиятельной семье в захолустном городке. Они живут, не привлекая внимания. Их отец работает в городской клинике, хотя квалификация может позволить ему строить карьеру в лучших учреждениях страны. Жена не знаменита никакими выходками, и известно только, что она молода и красива.
Когда мой пикап отъезжал от стоянки, кажется, один из Калленов покосился в его сторону.
«Чего смотришь? Динозавра на колесах не видел?»
***
«Миролюбивые представители народа тутси, граждане центральноафриканской страны Руанды, однажды обнаружили, что оружием массового поражения могут быть простые мотыги. Систематическое уничтожение тутси их соседями, хуту, началось весной 1994 г. В течение нескольких месяцев геноцид охватил всю страну. Батальоны смерти, вооруженные мотыгами и дубинками, усыпанными гвоздями, убивали тысячи невинных мужчин, женщин и детей. В отчете Организации Объединенных Наций сказано, что за три месяца было убито от 800 000 до 1 млн руандийцев. Эта резня стала самой жестокой за всю историю Африки. Было уничтожено три четверти населения тутси…»(1)