Страница 110 из 131
Это состояние казалось мне естественным, словно кто-то взял и расставил всё по полочкам относительно страхов и слабостей.
Единственное, что остро не понравилось мне - жажда, едва я почувствовала запах крови. В ту секунду отвращение к себе заглушило инстинкты вампира, но я долго не могла избавиться от навязчивого недовольства собой.
========== XIV ==========
Элион остановился на поляне, окруженной деревьями, открыл свой рюкзак. Дал мне в руки баночку с чернилами:
- Потряси их, согрей, я пока свиток приготовлю.
В тишине неподалеку ухала белая сова. Я трясла в руках пузырь с красильной жидкостью, а эльф присел на камень и развернул на коленях зачарованный пергамент. Он достал из мешочка горсть чего-то полупрозрачного, пошептал, брызнул на лист и требовательно протянул ко мне ладонь:
- Чернила.
Я отдала ему пузырь, и Элион надел на перо серебристый наконечник, обмакнул его в темную жидкость. Резкими, быстрыми движениями он чертил на листе руну.
- Встань спиной к лунам, - велел он, не поднимая головы. - Я буду произносить слова, а ты повторяй за мной. Что бы ни случилось, не двигайся.
Он достал из рюкзака два небольших подсвечника, нанизал на них свечи, зажег, и они озаряли пространство вокруг зеленоватым пламенем. Альтмер встал напротив меня. Он - на востоке, я на западе, волшебные огоньки расставлены с южной и северной стороны.
Тогда снова исчез ветер.
Я повторяла след в след за Элионом фразы заклятия, не понимая и действуя, как на уроках музыки, просто копируя манеру учителя, его тон и ритм. По всей видимости, для альтмера этого оказалось достаточно. Свиток был в центре между нами. Он парил в воздухе и постепенно чернел до тех пор, пока я не увидела уже знакомого ксивилаи.
- Ты? Как у тебя наглости хватило, мерзкий, жалкий кровопийца? - от голоса демона сотрясались кроны деревьев. Лицо Элиона сохраняло невозмутимость.
- А тебе не всё обо мне известно, не так ли? - проронил он флегматично. - Например, ты не в курсе, что теперь я практически мастер-волшебник. Выходит, не можешь знать обо мне и остального. Едва ли ты глубоко в меня заглянул, верно? Поверхностные воспоминания Шей дали тебе немного информации, но ее недостаточно, - он с ядовитой, широкой улыбкой покачал головой. - И ты пытался что-то говорить о моем внутреннем мире? Забавная самоуверенность.
Он стал другим. Раньше он не подошел бы к такому демону на пушечный выстрел. Верно, что встречаться с ним в Обливионе опасно, но сейчас он был на своей территории, а даэдра - в ловушке.
Элион и ксивилаи смотрели в глаза друг другу. Так длилась их битва. Воздух дрожал, чуть ли не трещал разрядами золотистых молний. Альтмера немного приподняло над снегом, его растрепанные волосы, точно под водой, потеряли вес, лицо сделалось словно бы окаменевшим, а на лбу вздулись вены. Я ощущала, как напряжение сжимает сосуды в моем теле и не могла себе представить бой, что длится сейчас на территории рассудка эльфа.
Думала - я просто упаду, выключусь, но всё-таки стояла, не шелохнувшись. Демон неожиданно исчез, и я сначала решила, что он сбежал, но увидела перед собой горсть черной золы. Элион покачнулся, закрыл глаза, из левого уха его шла кровь, он медленно сел в снег на колени. Я смогла сделать к нему лишь пару шагов и тоже упала.
- Дай мне минуту, - прохрипел он. - Потом пойдем к дороге и найдем Изольду, продолжим путь. Есть вероятность, что ксивилаи успел кого-то предупредить о месте коронации Мартина. Нужно провести ее до открытия великих Врат. Долго крепость Клинков не выстоит.
***
Есть такое состояние, когда у тебя температура примерно под сорок, и всё начинает раздражать, нет аппетита, без одеяла слишком холодно, а с одеялом слишком жарко, в горле саднит так, что разговаривать больно, а порой и дышать. Нужно прибавить к этому мигрень, которая пронзает всю черепную коробку, когда смотришь на что-нибудь яркое.
- Тебе так же плохо? - хрипло спросила я эльфа.
Мы остановились в таверне утром, на рассвете. Кожа ожогами не покрывалась, но, как указывалось выше, кровь в жилах словно взбесилась. Наши с Элионом лица были скрыты шарфами и капюшонами.
Обиднее всего, что теперь на меня не действовал кофе и почти не воспринимались наркотики, а так же - большинство зелий.
- К этому легко привыкнешь, - ответил Элион. - Скоро захочешь спать. Это не обязательно, нервная система не устает, но солнечный свет вызывает такой эффект.
- Не прогуляться мне в полдень по Эльфийским садам столицы, - печально вымолвила я.
Конечно, имелись и плюсы. Самоконтроль тела и инстинктов стал на уровни выше. Я приземлялась при падении мягко и легко, будто кошка. Мышцы приобрели акробатическую эластичность. Внимание - острое, как под постоянным действием кофеина или стимулирующего энергетика. Когда солнце не выжигает боль внутри мозга, цвета более насыщены. Меч и арбалет легче, владение ими маневреннее. Я всё еще неумеха, но у меня куда больше шансов успешно себя защитить, нежели раньше.
Мы проезжали мимо Брумы уже через неделю. О том, успел ли донести ксивилаи о наших планах, красноречиво говорило черно-багровое зарево над каскадными крышами Храма Повелителя Облаков.
Ситуация оказалась хуже, чем мы думали. Двое врат открылись справа и слева от ворот на территорию. В центре рождалось инферно из сажи и пыли. Именно там должны были появиться великие врата, через которые на землю ступит сам Дагон.
Итак, пророчество сбывалось. Император всё еще не был коронован, и драконьи огни не горели. А я не могла попасть на территорию храма просто из-за того, что она заблокирована родившимися Вратами.
В Бруме снова объявлено военное положение, вход в город запечатан. Ночью было ярко и светло, как днем из-за мерцающего пламени, окружающих врата. Клинки сдерживали осаду Храма…
- У тебя только одна задача - защищать императора, пока его пытаются короновать, - сказала я сдавленно, стараясь сдержать дрожь в теле.
Мы стояли у тропы к Храму. Звуки битвы уже доносились до нас.
- Тебя нельзя оставлять одну. Телепортируйся в Шпиль.
Я беспомощно посмотрела на Элиона:
- Прости. Это моя вина. Я думала о себе и о том, что ты с нами обоими сделал, не заметила нападения ксивилаи и выдала Дагону все планы…
- Искать виноватых сейчас не время, - ответил альтмер, отчего-то внимательно на меня глядя. Мне показалось - он в некотором замешательстве.
- Всё может пойти очень плохо, - прошептала я, снимая с пальца кольцо, - поэтому - телепортируй его в Шпиль.
- Что ты несешь?
- Не спорь! - рявкнула я, глядя в глаза альтмеру. - Это здорово выиграет время. Я однозначно уверена, где именно его величество будет в безопасности. Там можно провести коронацию, был бы Седобородый и священник. Но главное сейчас - жизнь наследника. Ни в тебе ни во мне не останется смысла, если он погибнет.
- Шей, тут полно даэдра, - став вампиром, цвет кожи Элиона из золотистого сделался более светлым, но мне показалось, что сейчас лицо его, точно снежное полотно, побелело, зрачки бешено расширились. - Я не оставлю тебя здесь!
- Перестань печься о своей жизни, - безжалостно нажимала я. - Не переживай, я спрячусь…
- Что ты такое говоришь, идиотка? Причем тут моя жизнь? - мне показалось, он ударит меня. Никогда он не смотрел на меня с такой ненавистью.
- Элион, - стараясь скрыть в голосе боль и обиду, вздохнула я, - ты должен это сделать. Сам знаешь. Я спрячусь, меня никто не найдет. Действуй.
- Если мы погибнем сегодня, то навсегда, верно? - уже тише спросил он.
- Похоже на то.
Элион привлек меня к себе, сжав за плечи. Я слышала, как колотится его сердце, вампирские инстинкты напряжены до предела. Это объятие сказало многое о том, кто он такой и что именно он видел во мне. Две тяжелые, холодные слезы потекли у меня по щекам, и я на себя разозлилась, смахнув их одной рукой.