Не моё отражение

Василиса

Как оказываюсь дома, не понимаю. Все на автопилоте. А внутренний голос крутит: не мог он так со мной поступить. Не мог!

Первым делом, бросив покупки в гостиной, я направляюсь в кабинет Давида. Никогда не позволяла себе такой дерзости. А сейчас мне наплевать на все. 

Тут всегда идеальный порядок. Он сам соблюдает чистоту. Конкретного запрета здесь появляться, у меня нет. Действую интуитивно. Я прекрасно понимаю, что должен быть какой-то документ на услуги хирурга. Просмотрев все визуально на столе, ничего не нахожу. Осмотр ящиков стола ничего не дает. Только один не поддается. Должен быть ключ. На столе у монитора стоит шкатулка, тут же заныриваю в нее и нахожу маленький ключик. Да, господин Вилевский, все до абсурда логично и последовательно. 

Выдвигаю ящик и начинаю копаться в папках. Взяв одну из лежащих там, мне под ноги падает фотография. Это уже похоже на манию. Еще одно фото. И опять на меня с него смотрит я-она. Вынимаю из файла договор на оказание услуг пластического хирурга. Что-то на непонятном мне языке. Но точно понимаю, что к договору прилагается дополнительное соглашение, где в самом низу от руки написано: “Всю ответственность за незначительное изменение внешности беру на себя. Д.М. Вилевский”.

Я оседаю на пол. В груди ком, который разрывает все внутренности. Слезы застилают взгляд. Капли падают на бумагу, размывая рукописные строчки.

Это правда! Он в курсе. Он сам все изменил. Давид изменил мою внешность, что бы рядом с ним была не я, а эта дрянь Лера. Но вот только я все это время его поддерживала и хотела помирить с родителями. Учитывая, что я взамен не получила никакой поддержки после гибели брата. Меня использовали наглым и грязным способом. Использовали мое тело, мою любовь, выдавая за другую.

Меня колотит мелкая дрожь. Злость, что начинала свою жизнь внутри меня еще в кафе, по дороге домой немного утихла, но сейчас она готова вырваться наружу. И я позволю ей это сделать, одолеть меня.

Откидываю в сторону бумаги, которые уже не имеют никакого значения для меня. Уже все сделано. И я сейчас все четко для себя все решила. С меня хватит.

На глаза попадается коллекция бит. Горько улыбаюсь и направляюсь к стенду. Выбираю самую увесистую. С подписью какого-то спортсмена. Одна из самых любимых Давида.

Первое, что попадает под удар, это зеркало в его кабинете. Взмах - удар - звон.

- Это тебе за мое лицо, - выкрикиваю в тишину квартиры.

В ванной тоже висит большое зеркало. И его постигает та же участь. Взмах - удар - звон разбившегося стекла.

Перед глазами размытая картинка, слезы текут по щекам, не переставая.

В гостиной под биту попадает большая плазма, музыкальная стерео-система, вазы.

В кухонной зоне к чертям летит бытовая техника. Его любимая кофе-машина. Я останавливаюсь у стола. У стола со стеклянной поверхностью. Где мы иногда предавались страсти. Где я чувствовала себя нужной и любимой. Но, как оказалось, нужна была не я, а мое новое лицо. Я как человек его не интересовала. Только как ожившее прошлое. Боже, это надо так любить эту мразь, чтобы переступить через живого человека!

Замахиваюсь и наблюдаю, как мое орудие падает на глянцевую поверхность мебели, разбивая не только стекло, но и мое сердце. Вдребезги…

Давид

Довольный возвращаюсь домой. Через три дня я женюсь на самой прекрасной девушке на свете. И как бы меня не мучала совесть, радость предстоящей женитьбы ее перекрывает. Она будет моей.

Вхожу в квартиру и обалдеваю от того, что вижу. Охрана остается за дверью, а я прохожу в квартиру. Повсюду стекла. Все разбито.

- Вась? - кричу в тишину квартиры.

Я точно знаю, что в квартире кроме нее никого нет. Мои шаги раздаются хрустом стекла под ботинками. Что могло случиться, чтобы моя тихая девочка превратилась в фурию?

- Вась? - заглядываю в ее комнату, где она любит находиться, любуясь своим платьем.

На полу у манекена сидит девушка с ножницами в руках. От ее зареванного взгляда кольнуло сердце. От платья осталось одно название, оно все изрезано. Я замираю, не понимая, что происходит.

- Что смотришь? Увидел, не то, что хотел? - пухлые губки изгибаются в ухмылке.

- Что случилось? - подхожу к ней, желая помочь встать, но она быстрее меня вскакивает на ноги и в ее руках тут же оказывается бита.

- А то и случилось, любимый, что свадьбы у нас не будет, - хрипло отвечает она.

- Ты мне можешь объяснить, что произошло? Что, черт возьми, произошло? - повышаю голос, чтобы хоть немного привести ее в чувства.

- Я и она, что в зеркале отражается - два разных человека. Ты ее любишь, до сих пор, а я лишь заготовка для твоей мечты вернуть ее. Ее ты хотел, а не меня. Она ведь не заслуживает твоей любви, - выкрикивает девушка какой-то бред. - И первое имя что ты произнес после того как лишил меня девственности было ее. Боже как я тебя ненавижу.

И замахивается этой битой и бьет меня под колени. Я падаю у ее ног. Не пытаюсь подняться.