Страница 18 из 75
Я не поверил, но было и не до этого. Оставшиеся два истребителя опять заходили на нас. Я начал разворот, пытаясь не дать им зайти в хвост, но они были слишком опытны и слишком маневренны. Через пару секунд черно-белый Ар-2 уже заходил на атаку сзади и сверху. Он очень спешил, но Алисия открыла огонь раньше… Потеряв полкрыла, самолет сразу закрутился, свалился в штопор и ушел в воду.
— Разорви меня карась!!! — заорал я в восхищении. — Еще один остался!
Или он с самого начала был опытнее других, или пример товарищей многому его научил, но последний противник упорно держался вне зоны поражения заднего пулемета. Он пытался зайти снизу, и пара пристрелочных очередей прошла совсем рядом с самолетом.
— Держись крепче! — крикнул я Алисии.
Штурвал на себя, активировать эльфийские камни, двигатели на форсаж и свечой в небо! Враг не отстал. Он болтался сзади и пытался подстрелить, но мощности двигателя ему не хватило, чтобы идти за мной на столь крутом наборе высоты. Дождавшись, пока он немного отстанет, я заложил такой крутой вираж, что в глазах от перегрузок потемнело, но зато противник оказался в прицеле.
Секунд пять я стрелял по нему из пушки и пулеметов, но из-за расстояния противник сумел вывернуться. Все-таки преимущество в маневренности было у него. Пришлось уходить на разворот и опять на перегрузки, но Ар-2 все равно успел закончить вираж раньше и зайти мне в хвост. На этот раз сверху, но Алисия не стреляла.
— Ты чего? Патроны кончились? — крикнул я.
Резко приподнявшись и развернувшись, насколько позволяли ремни, я увидел, что Алисия сидит в кресле, безвольно свесив голову. Стекла вокруг неё были разбиты.
Выругавшись, я опять пошел на вираж. Противник понял, что на этот раз стрелять по нему никто не будет и стал заходить для атаки. Вот только я в эти игры играть больше не собирался. Выйдя из виража, я потянул штурвал на себя и наконец-то ушел в облака. Один противник не три, оторваться гораздо проще.
Вот только ситуация лучше не стала. От противника я оторвался, но Алисия была без сознания, а в какой стороне от меня «Изгнанник» я не знал. Моя «касатка», несмотря на повреждения, в воздухе держалась уверенно, разгоряченное лицо обдувал ветер, и топливо было на исходе.
Вынырнув из облаков, я увидел далеко позади густой столб черного дыма и темные точки истребителей высоко в небе. Чьи это были самолеты, я не знал, так что пошел в сторону от них.
— Курьер вызывает Облако. Курьер вызывает Облако, — а в ответ тишина. — Курьер вызывает Облако. Курьер вызывает облако! На связь!
— Курьер, слышу вас плохо, — сквозь треск и шипение помех раздался голос в наушниках. — Где вы находитесь?
— Не могу определить! Штурман тяжело ранен или убит!
— Курьер, не ссы! Вижу тебя! И не шкерься! Это мы сзади тебя идем!
Я обернулся назад и посмотрел вверх. На таком расстоянии не определить, свои это или чужие, но придется рискнуть. Я развернулся и пошел на сближение, но был наготове. Оказалось, что все-таки свои.
Рэла Мора на «Кондоре» прошла надо мной и повела за собой на «Изгнанник». Через пару минут из облаков вынырнули еще четыре Ар-2. Рэла тут же приказала мне возвращаться на корабль, а сама повернула на них. Еще через пару минут я увидел «Изгнанник».
* * *
Сразу после посадки, я выскочил из кабины, но моя помощь не требовалась. Техники быстро запрыгнули на крылья и осторожно вытащили Алисию из кабины. У неё на лице и воротнике я заметил следы крови. Внизу уже стояли наготове санитары с носилками.
— Ран не вижу, возможно, просто обморок из-за перегрузок, — быстро осмотрев девушку, ответил медик. — И вам тоже надо в лазарет.
— Зачем? — удивился я.
Вместо ответа он показал мне на одежду. Весь левый рукав был в крови. Я стянул куртку и закатал рубашку. Как я и думал, это была лишь царапина, но от санитара отделаться оказалось сложнее чем от вражеского истребителя, севшего на хвост. Он не успокоился, заставил меня сесть на ящики в ангаре и начал перевязывать меня. Зашумел лифт, опуская вниз только что прибывший самолет.
— Курьер, я тебя точно расцелую, скотина ты эдакая! — Рэла Мора спрыгнула с платформы, не дожидаясь пока та опустится, но подбежав ко мне, нахмурилась. — Что с девчонкой? Ранена?
— Не знаю, говорят, потеряла сознание от перегрузок.
— Ясно, — Рэла выругалась. — И правду толку от неё…
— Запиши на её счет два сбитых самолета.
— Что? — она прищурилась. — Ты выпил уже что ли и подбрел на радостях?
— Если бы, — усмехнулся я. — Она двумя очередями две вторых «арки» свалила. Сам бы не поверил, но если бы не это, кормил бы я сейчас рыб.
— Однако… ну что ж, новичкам везет. Но ты точно на сегодня свое отлетал.
— Почему это?!
— Да потому, что у тебя сейчас ни самолета ни штурмана нет, — увидев выражения моего лица, Рэла добавила. — Не переживай, работы тебе и здесь хватит. Капитан сказала, что мы идем в атаку на главную эскадру свиней. Понял?
— Авианосец горит?
— Пылает, как жопа смазанная горчицей! Хрен там кто сегодня взлетит или сядет!
— Ваш самолет к вылету готов, — доложил Старг.
— Отлично! Ну, пожелай мне удачи, бородатый! — Рэла хлопнула гнома по плечу и легко запрыгнула в кабину.
— Удачной охоты! — ничуть не обидевшись, ответил Старг. — А ты в порядке?
Я встал, подвигал рукой и поправил повязку на лбу. Как оказалось меня не только ранило в плечо, но и осколком рассекло лоб и оторвало кончик уха. В целом — легко отделался.
— В небо не пускают, но на койке валяться не буду.
— Отлично! Это по-нашему! Найдем тебе дело.
В последнем я не сомневался.
* * *
Пока бой не начался, я успел сбегать в лазарет. В пустом и чистом помещении, с белоснежными покрывалами на койках скучали медсестры и врачи. Увидев меня, они оживились, но узнав, что я пришел всего лишь проведать Алисию, забыли про меня. Только одна симпатичная синеглазая девушка с интересом поглядывала в мою сторону.
Алисия спала на самой дальней койке. Я тихо поинтересовался у врача, Карела Игниса, что с ней случилось, а он сначала спросил, в каких условиях проходил полет. Я объяснил.
— Сначала у неё началось кислородное голодание, вы поднялись на слишком большую высоту и без кислородных масок. У неё даже кровь из носа потекла.
— Мы же были в одинаковых условиях, а у меня все нормально было, — удивился я.
— Так вы же горец, — ответил мне врач. — Вы приспособлены к жизни на больших высотах и разреженному воздуху.
— Вот как…
— Да. Хорошо, что вы находились на высоте относительно недолго, иначе последствия могли быть печальнее. Но и так нагрузка на организм оказалась очень большой, после к этому добавилось напряжение воздушного боя, сильные переживания, все это вымотало её и ослабило, и в итоге при критичных перегрузках девушка просто не выдержала и все.
— Понятно.
Неудивительно, что этой хрупкой девчонке не хватало выносливости. Но в следующий раз такая её слабость может погубить нас обоих. Поблагодарив врача, я пошел обратно в ангар. Устал или нет, а бой в самом разгаре и каждый человек на счету.
Самое страшное для воздушных кораблей — это пожар. Огонь быстро распространяется, пожирает деревянные части кораблей и проводку, корежит металл, а тушить его нечем — воды нет. Небольшое пламя можно затушить огнетушителями или просто сбить мокрыми тряпками. Но если он разгорелся, то шансов на спасение остается мало.
«Вепри» не были трусами. И когда я сбросил на их авианосец добрый десяток зажигательных бомб, они не бросили корабль, а стали бороться за него. Несмотря на то, что от взрывов и пожара сразу стали рваться бомбы на самолетах, а бензин из пробитых баков огненной рекой побежал вниз, наемники сумели опустить авианосец к морю, сбросили в него насосы и стали заливать пожар.
Но из-за этого им пришлось забыть о «Изгнаннике», лучшие их силы бросились на спасение авианосца и прикрытие. Строй эскадры был разорван, одни корабли остались на высоте, другие спустились к морю. Всякая шушера с Вольных островов, собранная специально для этого сражения и вовсе разбрелась в стороны.