Страница 114 из 279
Не вывалюсь. Не помру.
Не дождётесь.
Злобный ветер, бьющий по перепонкам, понемногу смолкал. Лодку качнуло напоследок вверх-вниз. Волны облизали борта, осыпали меня дробью брызг и... всё стихло.
Не разжимая на верёвке холодные, посиневшие от напряжения пальцы, я приоткрыла один глаз. Затем второй. Рывком села и... себе не поверила. Единое море – гладкое как стекло! – раскинулось, куда ни глянь. Серые пики камней безмолвной стражей застыли далеко позади, а тёплый ветер легонько трепал меня по макушке. Дескать, ты чего, глупая? Испугалась?
– Что за бесовщина? – прошептала я непослушными губами и крепче стиснула верёвку. Подняла взгляд к небу.
Неужели… откликнулся? Сорес?
Мысленно на все лады восхваляя бога морока и тени, я приспустила с багрового запястья кольца верёвки и взялась за единственное выжившее весло. Остров зелёной кокосовой шишкой будто покачивался на горизонте. Звал. Но если по первости нервная дрожь помогала сражаться с водной стихией, то вскоре обернулась бессилием. Вернулась усталость. Изувеченное грубой верёвкой запястье жгло. Ещё и вода во фляжке совсем на исходе... а остров в изумрудной шапке ни на кроху ни ближе. Как мираж! Вокруг одна вода. Тонны горькой от соли воды! И пить хочется всё сильнее...
Я плотнее стиснула губы. Солнечные блики отражались от стеклянной радужной глади и выжигали глаза. Волны баюкали лодчонку, и разум всё чаще давал отставку. Не различал, где явь, а где сон.
– Плыть... надо плыть, – шептала я, вяло подгребая то с одного борта, то с другого. – И Велора найду. И домой вернусь. Только сейчас бы доплыть…
Солнце уже покатилось к закату, когда берег приблизился ровно настолько, что стали различимы деревья и кусты, зелёной пеной покрывшие заветный остров.
Проверив веслом глубину, я вновь накрутила верёвку на другое, целёхонькое ещё запястье и, поджав ноги, выпрыгнула из лодки. Поразительно прозрачная, ласковая вода на миг накрыла меня с головой. Пузырьки, будто любопытные мальки, защекотали шею, щёки, а я уже оттолкнулась от дна ногами и со вздохом вынырнула. Вода скрыла грудь, билась о подбородок, но я шагала, как бурлак по зыбкому песчаному дну и волокла за собой лодку. Слабые волны то толкали вперёд, то шутки ради волокли назад в пучину переменчивого моря.
Дойду. Смогу. Я человек!
И «наши» испокон веков не сдаются.
Выбравшись наконец на берег, я выпустила канат и без сил повалилась на горячий песок. Изнурённая жаждой, морской болезнью и отсутствием нормального сна я хотела одного – лежать. Лежать и не двигаться. Но волны поволокли лодку обратно в море, будто забирали плату за жизнь.
Я охнула и на четвереньках ринулась в воду. Схватилась обеими руками за верёвку, упёрлась пятками в дно и, вопреки здравому смыслу, как здоровенную непослушную псину на поводке поволокла лодку на берег.
Почему просто-напросто не выудила мешок и не отпустила корыто бороздить просторы? Не знаю. Устала. Голова отказалась соображать. Работали только инстинкты.
«Останешься без лодки – пропадёшь», – занудно напомнила себе голосом Гастуса, скинула с обожжённого солёной водой запястья петлю и повалилась на прогретый за день перламутровый песок.