Страница 100 из 279
– Где остановить тебе, Аван? – обернулся старик.
– Тут, – пискнула я, позабыв, что мой вид предполагает голос пониже. – Здесь, – подтянув подбородок к груди, повторила я ниже. Но неумелый бас удивил Морика сильнее, чем девчоночий писк. Обветренное лицо старика вытянулось и стало похоже на сушёную рыбину.
– Здесь, так здесь, – косясь с подозрением, согласился он и потянул поводья. – Тпру-у-у. Стой, дурная!
Я спрыгнула с телеги и махнула старику на прощание. Морик поднадал лошадке, и телега вновь заскрипела колёсами, когда я спохватилась:
– Морик, подожди! Знаешь рыбака по имени Гастус?
– Как не знать? – хохотнул старик, завернув ко мне голову. – Старого пса тут все знают.
– И где его найти?
– Гастуса? Да во «Флигеле» поищи, – крикнул старик через плечо и покатил по мощёной улочке.
Цокот копыт тотчас утонул в криках торговцев и чаёк, а я закрутила головой. Лампы Барбуса уже зажглись, но нужной вывески было не видать.
– Флигель, значит, – повторила я под нос и без раздумий ринулась к самому безопасному, как по мне, провожатому – молоденькой девице с внушительной корзиной у груди. – Простите! Постойте!
Девица обернулась и остановилась. Подтолкнула коленкой корзину, забитую свежей зеленью и картошкой, а мне некстати вспомнилось жаркое Офелии.
Желудок настойчиво затребовал еды.
– Меня звал? – вскинула брови девушка.
Мысленно увещевая живот меня не позорить, я подошла ближе.
– Да... я... Не подскажите, где тут «Флигель»? – улыбнулась я самой располагающей улыбкой, и девчонка ни с того ни с сего запунцовела. – Извини, если отвлекаю... – заторопилась я оправдаться. – Не местный.
– Уж вижу, – улыбнулась девица и взглянула на меня из-под ресниц. – Слишком вежливый. Тебе во «Флигель» надо? На постоялый двор?
– Ага... – сунула я руки в карманы сюртука.
– Он вон там. Дальше по улице. Прямо за теми лотками.
– Спасибо большое, – снова улыбнулась я и чуточку склонилась. Девчонка совсем мило поалела.
– Точно не местный... – хохотнула она и заправила светло-пшеничную прядь за ухо. – Я Берта, кстати.
– Берта? – невольно провела я по своим обрубышам и чуть от досады не заревела.
– Ага, – снова рассмеялась девчонка, охаживая меня взглядом с головы до ног. – А твоё имя как?
– Лиз… Аван! – спохватилась я.
– Лиз Аван? Странное имя, – засмеялась Берта и в который раз кокетливо подтолкнула корзину коленкой. – Что ж, Лиз... Ты милый. Я в лавке на том углу работаю. Там же и ночую. Если снова потеряешься... заходи.
Берта напоследок повела тёмной соболиной бровью и потихоньку побрела по улице, покачивая бёдрами. Раз или два оглянулась, а я так и стояла как вкопанная.
...Ты милый. Приходи, если потеряешься. Я Берта...
Стойте. Девчонка что... меня за мужчину приняла?
У меня аж щёки полыхнули. Я вновь рассеянно провела ладонью по изувеченным волосам и неровным шагом двинулась к «Флигелю». Завернула за угол и взбежала на просторное крыльцо постоялого двора. Оглянулась. Прохожие на меня не косились, не тыкали пальцем, а значит, план Нолана работал. Душные ухаживания мужичья мне – худощавому пареньку – не грозили. Но вместо этого объявилась новая забота – не обзавестись гурьбой поклонниц, не избалованных, судя по удивлению Берты, банальной вежливостью.
– Лучше вообще больше рта не раскрывать, – шагнула за порог я и сквозь распахнутую дверь нырнула в тягучую полутьму «Флигеля», насквозь пропахшего табаком, копчёной рыбой и хмелем.