Страница 35 из 50
А на утр Доминик ушел на работу. Сегодня он должен был нанести визит маме с дядей Толей, и провожая его, Алиса давала последние инструкции, поправляла галстук и рубашку, спрятанные сейчас у него под плащом.
Стоило ему уйти, как она просто бегом кинулась в библиотеку. Да, вот тут, в самом низу огромного шкафа была отодвигающаяся панель. И как она раньше не замечала!
С первого раза открыть не удалось, сил не хватало, видимо со временем эту дверцу заклинило. Но Алиса старалась, и примерно с пятого раза, панель медленно поехала в сторону.
Уфф… Алиса перевела дух, еще поднатужилась и сильнее отодвинула ее. На секретной полке действительно царил бардак. Валялись какие-то коробочки, книжки, проводки и старинные перьевые ручки. Все это бодро посыпалось Алисе под ноги. Поднялось небольшое, но вполне заметное, облачно пыли.
Алиса рассмеялась, села на пол, и принялась разбирать «сокровища», чтобы разложить потом аккуратно.
Разбиралась Алиса долго, и, честно говоря, совершенно не понимала, зачем Доминику когда-то был нужен весь этот хлам. Понятно лишь, почему забросил его на нижнюю полку — потому что, это и верно хлам.
Здесь были рамки от фотографий — явно старинные. В коробочках — провода. Алиса подозревала, что это оторванные за ненадобностью провода от электроприборов, тем более, что достаточно проводов валялось без всяких коробочек. Несколько книг — в основном по садоводству, еще советского периода. Старинные газеты — разных стран и времен. Вот они представляли собой определенный интерес, и Алиса мельком их просматривала. Самые достойные образцы, например «Таймс» складывала кучкой, чтобы потом изучить подробней.
И вдруг, рассматривая один из номеров малоизвестной английской газеты начала двадцатого века — пожелтевшая от времени бумага, не везде хорошо пропечатанный шрифт — она увидела интересный заголовок. «New historical secrets»[1]. Похоже, это была рубрика в газете. Ничего особенного, могут ведь в газетах быть «исторические рубрики», наверняка, по большей части вранье…
Только вот сердце замерло и тут же громко ударило. Слева от колонки убористого текста было… гравюрное изображение Доминика. Его лицо, его складка губ, его прямой красивый нос…
Руки задрожали, словно она хотела открыть бутылку и выпустить джина (а кто знает, что от него ждать!). Но мне ведь сказала Судьба заглянуть на эту полку, подумала Алиса. Наверняка как раз, чтобы я нашла газету!
Алиса встала, подошла к столу и аккуратно разложила на нем газету, чтобы было удобнее прочитать.
«Долгое время имена многих первых инквизиторов Испании оставались неизвестны…», — гласила статья. — «А ведь некоторые из них по своей жестокости превосходили даже первого Великого Инквизитора — Торквемаду. Получив распоряжение как можно жестче бороться с подозрительными конверсо[2], они искренне искореняли любые скопления евреев, прислушивались к любым доносам и без зазрения совести отправляли виновных на плаху или костер. Были среди них те, кто, проявляя служебное рвение, хотел лишь подняться вверх по служебной лестнице. Но были и фанатики, искренне верящие, что совершают сие во славу Господа и Испании. Хорошим примером может служить Доминик Монгеро, посланный Торквемадой в провинцию Х. Вскоре после его появления на землях Х, его непримиримость вошла в легенду. Ни один из конверсо, заподозренных их в тайном следовании религии отцов, не ушел живым. Вскоре, однако, подобная жестокость вызвала народное волнение, и к Торквемаде стали поступать жалобы о несправедливых казнях, проводимых Домиником Монгеро. Известно, что именно Торквемада, несмотря на то, что его руки, согласно истории, были в крови по самые локти, урезонил самых ретивых первых инквизиторов. Однако, в случае Доминика Монгеро, чьей головы требовал даже наместник провинции, было бы недостаточно увещеваний или снятия с должности. Торквемада подписал указ отдать Доминика Монгеро местным властям, предоставив, таким образом, им право действовать на свое усмотрение. Власти арестовали Доминика Монгеро, а вместо благородного отсечения головы, положенного ему в связи с дворянским происхождением, он был отдан возмущенной толпе, которая в буквальном смысле разорвала его на части. Согласно преданию, незадолго до смерти, Доминик Монгеро осознал всю несправедливую жестокость своих деяний, покаялся и с ужасом ждал ареста и расправы. Но было слишком поздно. Помиловать его уже не представлялось возможным. Позднее, по причине особой жестокости Доминика и подобных ему первых инквизиторов-фанатиков, записи он них были ликвидированы из архивов Инквизиции. В связи с этим, их имена и деяния, оставались неведомыми истории на протяжении веков. Лишь в этом году сэру Чарльзу Грейгу в процессе его исторических изысканий удалось краем глаза увидеть тайные архивы, что и позволило написать эту статью…»
«В общем-то ничего нового, но вот так, когда меня ткнули носом в его жестокость, когда есть документ — как-то угнетает…» — пронеслось в Алисы.
Она знала, что было «как-то так», но сейчас нелицеприятная правда стояла перед ней во всей красе. И от этого было не по себе, очень не по себе… Давно забытый страх перед Домиником тонкой холодной струйкой сочился в душу.
Изменился ли он в должной мере? Не сидит ли внутри него тот жестокий человек, что пытал и отправлял на костер евреев и еретиков? Алисе хотелось верить, что да, изменился. Она видела это! Но… видела также и моменты вспышек, когда он становился похож на чудовище. Правда эти вспышки происходили как раз, когда она упоминала его прошлое…
Алиса вздохнула. Наверно, нехорошо, что она прочитала эту статью, но…
…Да, она сказала, что не будет копать в этом направлении. Так она и не копала! Эта газета просто выпала ей в руки вместе с остальным хламом! Она и не собиралась выискивать информацию о Доминике. Поэтому… ее совесть может быть спокойна.
Только вот… зачем девочка-Судьба навела ее на эту статью? Что изменится, от того, что она узнает чуть больше о его зловещем прошлом?
Алиса потерла рукой складку на газете и, вздохнув, решила перечитать еще раз. А потом… наверно, нужно просто сжечь эту газету, чтобы Доминик никогда ее не нашел. Ведь для него статья может стать спусковым крючком, что вызовет взрыв, ужасный, сильнее всех, что она когда-либо видела…
Алиса прочитала первый абзац, когда ощутила нечто странное. Словно воздух в библиотеке стал густым, другим. И взгляд…
Сердце ударило в панике, она обернулась.
Прямо у нее за спиной стоял Доминик и, внимательно глядя на мелкие буквы старинной газеты, читал статью.
_______________________
[1] «Новые секреты истории» (англ.)
[2] Евреи, принявшие христианство
_____
Лицо его в тот момент выражало полное спокойствие. «Неужели, пронесло!» — подумалось Алисе. Неужели, он сможет принять это с таким стоическим спокойствием?
Бояться нечего?! На это намекала Судьба, отправив Алису в библиотеку?
— Надо же, никогда раньше не читал эту статью. Интересно как, — совершенно непринужденным, чуть-задумчивым тоном сказал Доминик. И Алиса, счастливо улыбаясь, потянулась обнять его за шею (заодно закроет собой статью — на всякий случай).
И в этот момент его лицо перекосило: свело мышцы на щеках, брови устремились к переносице, сошлись на ней, губы искривились, как от боли, в преддверии крика или слез.
Алиса резко — на всякий случай — отстранилась от него, шагнула чуть в сторону. Даже прикинула для себя шаги отступления — вот так, чтобы, если что бежать к выходу из библиотеки.
Проследила за его взглядом.
Доминик молча, не отрываясь смотрел на гравюру в статье. И не замечал ничего вокруг. Потом его взгляд потерял осмысленность. Он пошатнулся — лишь тренированность нечеловечески крепкого тела удержала его на ногах.
Алиса точно знала, что с ним сейчас происходит. Потому что совсем недавно пережила это же сама.