Страница 20 из 60
Маленькое подобие женщины-змеи вынырнуло из воды и цапнуло Гидеона за край плаща. Принц, недолго думая, отпихнул гаденыша ногой. Тот шмякнулся об стену и противно заверещал.
- Не тронь моих детей! - зашипела мамаша, оборачиваясь, но скорости не убавила - перла напролом через кости своих старых жертв.
- Помогите, - прошелестело эхо. - Кто-нибудь...
- Уходи, пока цел! - змея, наконец, остановилась, и Гидеон едва не наступил ей на хвост. Золотой глаз блеснул точно впереди. - Прочь!
- Где люди? - Гидеон вскинул меч. - Где ты их держишь?
- Здесь! - она шлепнула себя по брюху. - Чего грозишь? Думаешь, не слажу с тобой?
Она разворачивалась с удивительной для такой туши грацией. Гаденыши затаились вдоль стен коридора - желтые глазки выродков мерцали во тьме словно огоньки свечей.
- Отдай людей, и я уйду.
- Условия мне ставишшшь? - гадина ударила хвостом по воде, подняв тучи брызг, и двинулась к нему. - Изорву. Изувечу.
Гидеон прижался к стене, прищемив пару змеенышей. Остальные бросились врассыпную, и только один, вцепившись в кость голени, полез наверх, как надоедливый клещ. Женщина-змея завопила, ощерила пасть, полную клыков-колышек, и ринулась в атаку, взмахнув костлявой рукой. Гидеон не ушел в сторону, не пригнулся. Смерть давала ему право не уклоняться от ударов. Зато сам он ударил быстро и точно. Меч вошел в брюхо твари, аккурат между чешуей и синюшной, но всё же человеческой, кожей. Тварь ударила его в плечо, схватила за шею, пытаясь переломать позвонки, но у Гидеона только голова закачалась из стороны в сторону. Сам он продолжал ворочать мечом в набитом человечиной брюхе. Тварь ударила его об стену, потом ещё и ещё раз, срывая со свода мелкие камни. Только вот бой уже был проигран. Пронзительный, злобный крик наполнил пещеру. Челюсть, в очередной раз подведя хозяина, соскочила с привязи и свалилась в воду, а вслед за ней, подбирая свободной рукой кишки, тяжело, но не без змеиного изящества, рухнула в воду и хозяйка колодцев-ловушек. Гидеона тварь подмяла под себя, и тот ещё долго ждал, лёжа у склизкого тела, пока оно перестанет биться и ослабит хватку.
- Помогите... Пожалуйста..., - тяжелым вздохом пронеслось по пещерам.
Стряхнув с себя внутренности твари, Гидеон подергал мечом в её брюхе, да так его там и бросил. Сперва следовало найти челюсть. Без неё он был нем.
- Помогите...
Гидеон видел в темноте, но не в мути, что растекалась от трупа твари, черня воду. Змееныши шныряли всюду, и, кажется, спешили пожрать мать, устроив потасовку у её тела. От их визгов дрожали стены.
- Помогите... Кто-нибудь..., - всё тише звал пленник.
Гидеон по локти опустил руки в воду и принялся шарить по дну.
- На.
От неожиданности он шарахнулся в сторону. Маленький змееныш, поднявшись на черном хвосте во весь рост, протягивал Гидеону его челюсть.
- На.
Гидеон кивнул. Взял кость осторожно, с благоговением, и приторочил к черепу веревкой из капюшона.
- Благодарю.
Змееныш повторил его кивок. Глаза этого умника, в отличие от остальных змеиных выродков, сияли зеленым, да и выглядел он не сказать, что мило, но довольно непротивно - человеческого в нем почти не осталось, разве что верхняя часть туловища сохранила очертания силуэта - плечи, руки, шея были вполне развиты. Маленький, не выше локтя, плосколицый, с двумя дырочками вместо носа, он напомнил Гидеону изображения наагов - мифического народа с ушедших под воду островов, вершины которых образовали Гребень Каменного Дракона в Великом море.
- Где у вас пленники?
Змееныш нахмурился. Гидеон указал на себя.
- Двуногие.
- А, - малыш шлепнулся на воду и, прижав руки к туловищу, заскользил мимо тела своей матери и беснующихся вокруг братьев и сестер куда-то вглубь коридора. Коридор постепенно поднимался, и вода отступала, но змееныш и по земле скользил не менее проворно.
Оказавшись перед клеткой с деревянными решетками, врытыми в сухую землю, Гидеон понял, что опоздал. В живых из отряда остался всего один, печальный пятый, который и не собирался возвращаться домой. Вернувший Гидеону челюсть змееныш, пробравшись в клетку, кулачком стукнул по башке родственника, который прогрыз грязный сапог пленника и теперь обгладывал ногу. Мужчина печально смотрел на своего мучителя, изредка подергивая стопой. На большее теперь он был не способен.
- Помогите, - повторил пленник и, медленно, с трудом повернув голову, глянул на Гидеона мутными глазами. Веки умирающего потемнели. Кляксы болезни расползалась по его лицу неровными черными пятнами. - Помоги... уйти...
- Как долго ты здесь? - спросил Гидеон, кладя руку на деревянный колышек и проверяя его на прочность. Такую решетку здоровый мужчина мог бы высадить без лишних усилий.
- Долго... Она считала... три... дня...
Гидеон рванул колышек из земли и склонился над умирающим.
- Так ты - смерть, - едва шевеля пересохшими губами, прошептал больной, оглядывая гостя.
Гидеон ничего не ответил. Свернул пленнику шею и вышел из клетки, кутаясь в тряпье.
Три дня... Или это бред?
На три дня он где-то застрял. На холме ли, у поющего мертвеца или в зарослях жимолости настигло его помертвение - так он называл провалы в памяти, когда время для него останавливалось. Гидеон тогда не замечал смены дня и ночи, не слышал, не видел, как движется вокруг мир. Вот только... Следы у колодца, которые он нашел, были свежими, да и шум, шедший изнутри ловушки, свидетельствовал о бое. Значит, он застрял у самых ям. И его промедление стоило жизни пятерым людям.
- Наверх? - кто-то настойчиво теребил край его плаща.
Гидеон опустил голову. Змееныш таращил на него зеленые глаза.
Три дня... Как бессмысленно долго. А что, если он замрет до тех пор, пока кто-нибудь его не потревожит? Ведь большинство жителей Запада так и переживают свое унылое бессмертие. И кто разбудит его посреди пустыни?
- Наверх? Ой, - змееныш, перестаравшись, оторвал кусок плаща и, подняв его перед собой, с ужасом посмотрел на Гидеона. - Ой-ёй.
- Идем наверх, - снисходительно прозвучал ответ.
Глава 3. Скорпион
- Ты водишь нас кругами.
Королевский чародел недовольно смотрел на служителя Водолея. В пламени костра лицо мага походило на зловещую маску, какие в древности носили жрецы кровожадных языческих божков. Патриция откинулась на брошенное на землю седло и, вытянув ноги, приготовилась наблюдать за представлением.
- Я ищу лучший путь, - Нит не поднял головы, продолжая пальцем размазывать по сухарю медовый сыр.
- Тут кругом пустыня, - Фирмос вскинул руку, тыча в ставшее с наступлением ночи черным пространство мертвого Запада. - Дай мне карту, я сам разберусь, куда нам следует идти.
Из темноты донеслось встревоженное ржание лошади. Патриция было дернулась, но её опередил Бык. Коинт лежал на плаще и смотрел в небо. Фирмос глянул на него, ища поддержки, но король только зевнул во весь рот и почесал бороду.
- Третий день мы проходим мимо тухлой речки, огибаем селение и снова оказываемся здесь, - Фирмос топнул ногой. - Что...
- Эй, головастый, - Бык вернулся и навис над костром. - Водолеев умник. Чего ты там говорил про зверей?
- Здесь нет крупных животных, - ровно ответил Нит, словно разъяснял некую всем известную истину бестолковому ребенку. - Ящерицы. Змеи. Мелкие птицы. Крысы. Очень редко - кошки.
- Кошки - рыси?
- Нет. Мелкие, одичалые твари.
- А я видел рысь.
Фирмос закрыл глаза, шумно втянул носом воздух и, обернувшись, воззрился на Быка.
- Ты уверен?
- Да. Лошади её учуяли. Круги крутит, крупная такая, длинноногая.
- И чего ещё ты не учел, служитель Водолея? - холодно спросил маг. - Мы третий день петляем по полю мимо селений. Мы ходим кругами, как рысь, существование которой здесь ты не допускаешь.