Страница 66 из 82
В-третьих, возможность уничтожения аватара простейшим управляющим импульсом. Защита шургов от разрушения клеток через свёрнутое пространство нурнами так и не была расколота, а если и была, то не была применена при разработке аватаров.
Воля нурнов чётко определила нишу для аватаров, методы наблюдения за ними, контроля их поведения и уничтожения при выходе за границы допустимого.
Теперь их волю выполняли все ИИ, которые продолжили проект «Аватар» после гибели их создателей.
Выполняли, опираясь на данные «нулевой категории». На Базис.
Две трети которого теперь находилось под угрозой уничтожения.
Впервые модуль модуль контроля и дистанционной диагностики состояния аватара завершил свою работу нештатно. Впервые он не отправил отчётный протокол.
Контролёр не мог определить, что было бы менее разрушительно — уничтожение «Воли Айны» до полного уничтожения аватара, что было невозможно, или блокировка сигнала, что тоже было невозможно. Или одновременно два невозможно вместе.
Со скрипом анализ завершался, и Контролёр сбрасывал нагрузку, готовясь перенаправить всю доступную ему вычислительную мощность на поиск. Часть оборудования Комплекса уходила в спящий режим, часть отключалась.
Разумные почувствуют определённые неудобства. Но Контролёр игнорировал второстепенные запреты и протоколы. Это не приведёт к гибели разумных, значит, не нарушает первичного протокола. Он обязан найти причину происходящего. Он обязан принять решение.
Контролёр видел в ближайшем будущем конфликт первичных протоколов и очень не хотел дать ситуации развиться до этого конфликта.
Пока статус данных «нулевой категории» ещё окончательно не пострадал, пока текущая логика опиралась на ещё не развалившийся фундамент, нужно было спешить.
Статус «Воли Айны», как единственного инструмента контроля и оценки состояния «аватаров», ещё не был аннулирован, но была ненулевая вероятность, при переоценке надежности этого модуля в связи с происходящими событиями, изменения текущего статуса. Других же механизмов контроля аватаров создателями предусмотрено не было.
А аватар, состояние которого невозможно оценить и действия которого невозможно контролировать — подлежит немедленному уничтожению.
Пока модуль контроля и дистанционной диагностики состояния аватара вживлённый в каждого аватара, передавал информацию, которой протоколы присваивали наивысшую степень достоверности, Контролёр не переживал по поводу возможных конфликтов с новыми первичными протоколами. Особенно с полным запретом на снижение популяции разумных ниже пяти миллионов особей.
Что случится, когда события завершатся и под давлением реальности он будет вынужден внести изменения в базовые протоколы, Контролёр старался не думать.
***
Пятнадцать — двадцать жалоб в сутки — эта та норма, к которой Полина уже привыкла. Иногда, в редкие дни, число жалоб доходило до пятидесяти. В эти дни её обычно донимали «беженцы».
Споры по поводу условий проживания, мелкие внутренние конфликты, которые, как оказывается, никто кроме представителя клана — владельца Комплекса решить не может, провокации и прочая мелкая текучка.
Свои, клановые, тоже не всегда были способны разрешить конфликтную ситуацию самостоятельно или через Контролёра. Причём, чаще не хотели, чем не могли. Вмешательство в такие вопросы стало для неё чем-то привычным. Дополнительной нагрузкой на посту заместителя главы клана. И дополнительной отдушиной.
Сегодня всё было по-другому.
Голова была занята мыслями о рейдовой группе, о том, когда ребята вернутся, и о том, что за такую услугу с «Большой восьмёрки» нужно обязательно что-то слупить. Конечно, уже оказанная услуга ценится ощутимо дешевле, но текущая ситуация не исключала повторного появления тех, кого могли уничтожать пока только «Продавцы снега». А это враз многократно повышало эту самую «оказанную» услугу в цене.
На счётчик активных обращений Полина обратила внимание, когда он уже стал четырёхзначным. На удивлённый запрос девушки Контролёр не ответил, подтверждая тем самым ненормальность происходящего.
Клановый чат накалялся. Народ начинал ругаться и жаловаться на отказывающие портальные кабины, на вышедших из под контроля ботов, на отключившееся оборудование. И на полный игнор ИИ Комплекса.
Первой мыслью Полина подумала на Елену Бардину, младшую сестру Ника. Буквально накануне поставившая на уши весь клан, отправив изрядную его часть на перерождение, мелкая, изнывающая от нерастраченной энергии сорвиголова, вполне могла отчубучить что-то такое…
Но нет, все Бардины были заняты и, по их словам, абсолютно непричастны к происходящему. Старшие были заблокированы по своим рабочим местам, младшие — в домашнем блоке. Правда, обе сестры попытались достучаться до Полины с каким-то своим, не относящимся к происходящему вопросом, что-то по поводу портала в стационарном кармане Ника, по поводу того, что он сломан и загромождает половину коридора, но ей было не до них. Скоро, похоже, весь Комплекс может быть сломан. Настрого наказав им сидеть, ничего не предпринимать, общаться с родителями и ждать, Полина переключилась на разрешение текущей ситуации.
Ещё через пол часа в Комплексе не работал ни один портал, все системы были заблокированы, как и большая часть дверей и всем становилось понятно, что происходит что-то из ряда вон!
Так же не работала внешняя связь. Даже клановый чат работал только у тех, кто находился в Комплексе. Все внешние запросы оставались неотправленными, и никому не было известно, что происходит. В том числе за стенами Энриувойре.
— Ник запретил выходить из Комплекса! Только порталами! — на предложение попытаться выйти и осмотреться первым возразил Проныра.
В закрытом голосовом чате на какое то время воцарилась тишина. Руководство клана пыталось решить что делать. Времени и возможностей для сборов и заседаний не было, кто-то был заблокирован, кто-то проверял, как далеко он может зайти по открытым коридорам, кому-то просто жалко было тратить время на преодоление километров в одном направлении, потом тех же километров в обратном. Ругались через чат.
И первое членораздельное предложение, которое последовало — найти способ выйти за внешнюю обшивку Энриувойре и осмотреться.
Происходящее было абсолютно непонятно, а значит, могло быть опасно. Не исключалось наличие тварей прямо за стенами Комплекса, и вполне допускалась возможность воздействия шургов, приведшего к такой ситуации.
— И что, теперь сидеть сложа руки и ждать? — возмутился Всевид, — и как долго? Ты что-то знаешь о ситуации? Знаешь, когда она разрешится?
— Ну не в первый же час непоняток сверлить стену и выглядывать наружу? Где здравый смысл? Вполне может быть, что ещё через час всё нормализуется! — не сдавался Проныра, — а мы за время коротенького сбоя сообщим шургам наше местоположение! Вот они мы! Приходите, жрите нас!
— Ты железно уверен, что наше местоположение им ещё неизвестно? Ты можешь дать гарантию, что через час шурги не прогрызут внешнюю броню Комплекса и не ввалятся сюда, к нам?
— Так! Стоп! — прервала пустую перепалку Пила, — пока вопрос о выходе наружу не ставится, мы даже не имеем технической возможности это сделать! Давайте решать вопросы постепенно! Бруно, с чем-то удалось разобраться?
— Окончательно нет, но предварительные выводы уже можно делать, — Бруно был необычайно задумчив и мрачен, — не работает всё, что управляется только через ИИ Комплекса. Ручное управление — как работало, так и работает. Пока непонятно, что происходит со сложным оборудованием, имеющим замкнутые алгоритмы и, на первый взгляд, работающим автономно. Оно не откликается, но по нагрузке видно, что мозги работают на полную мощность. Похоже на вирус, парализующий Контролёра, или мощный сбой ИИ. Ну, или сам Контролёр забил на нас болт и нашел какие-то дела поважнее.
Раздались несколько смешков, показательно оценивающих озвученные версии.
— Динамику нагрузки отслеживаете?
— Конечно, — кивнул Бруно. — Пока только рост, но его интенсивность идёт на спад. Если верить прикидкам, то пик будет достигнут в течение пяти — семи часов. Что дальше — пока предположений нет.