Страница 58 из 82
Поэтому продолжение разговора — завтра. В таком же формате.
***
Конференц-зал — основное место сбора руководителей «Продавцов снега», после последнего заседания изменился очень незначительно — на одной из стен появилась чёрная матовая панель с одной куцей строчкой.
Пила — заместитель главы клана, стояла напротив этой панели, её глаза были направлены на единственную строку, но не видели выбитого на ней. Она вспоминала аналогичную панель, только сверху донизу испещрённую мелкими надписями, которая традиционно украшала все комнаты заседаний верхушки клана «Вестники». Переезжая первой при смене места заседания.
На такой панели в «Вестниках» было заведено выбивать имена тех, кто покинул клан. И только цвет каймы вокруг имени, фона, на котором это имя было выбито, и цвет самих букв имени говорил знающим, как и почему человек покинул клан.
Предательство интересов клана. Уход в реальную жизнь. Переход в другой клан. Изгнан навечно. Изгнан до раскаяния. Изгнан до прощения. Заслуженный ветеран клана. Вариантов было много, клан «Вестники» жил долго и историю вокруг себя собрал богатую. Но за всю свою историю на чёрной мемориальной панели Пила не могла припомнить вот такого сочетания:
Чёрный фон — погиб. Алая кайма — в бою. Серебряные буквы — за интересы клана.
Она не могла припомнить, когда за интересы её клана кто-то бы отдал жизнь. Был похожий случай, но он был лишь похож. Там игрок погиб на Земле в рейде, не зная, на что идёт и чем это чревато. Просто не выдержало сердце. Тут же каждый выход рейдовой группы за границы комплекса — это вот такая осознанная жертва. Каждый боец осознанно готов отдать жизнь за интересы клана и это будило в девушке какие-то странные глубинные чувства.
Оставить такую жертву неотмеченной Полина не могла. Поэтому по собственной инициативе заказала эту панель, закрепив своей властью определённые настройки, и повесила её в Конференц-зале.
А также узнала всю подноготную погибшего парня. Родные, близкие. На Айне у него никого не было, и Полина сделал себе пометку, как только появится связь с Землёй, связаться с его родными и рассказать им о его судьбе. И попытаться помочь пережить эту потерю.
Сейчас начнётся заседание. Девушка зябко поёжилась, пытаясь предугадать, кто и как может прореагировать на такое проявление чувств и памяти.
***
Собрание сегодня было нештатным. Какой-то запрос извне, по словам Пилы, который требовалось обсудить.
И, как обычно бывает, если добираться мне ближе всех, то и приходил на собрание я последним. Хотя, время в запасе ещё было.
— Раз все собрались и даже на пару минут раньше, давайте начнём, — тут же прекратила шепотки и разговорчики Пила, — Ник, что по взрыву в мастерской? Итог есть?
— Да, Контролёр окончательно подтвердил все предварительные прикидки, определил все параметры взрыва, нашёл источник и назначил виновную, как вам всем уже известно, это моя младшая сестра Елена. Баловалась перком и протянула шаловливые ручки не туда. Наказана. Пока получила запрет на использование перка. Постоянно провожу с ней беседы, — очень аккуратно ответил я на поставленный вопрос.
Присутствующий на заседании народ был уже в курсе всех деталей расследования, но пока они проходили под припиской «предварительно». Теперь же Контролёр озвучил окончательный вердикт и нам, в том числе, нужно было что-то с этим делать.
— И что будем делать? — эхом озвучила мои мысли Пила
— Девчушка по глупости устроила большой тарарам, не стоит её наказывать слишком сурово! — сразу же встала на защиту моей же сестры Яркая. Сидящий с ней рядом Бруно только молчаливо кивнул в знак согласия с позицией супруги.
— Тем более воскрешение от системы она прошла, значит реальной вины за ней нет! — отрезал Проныра.
— Дело не в вине сестры нашего Вождя, — вмешался в разговор Варпис, — дело в принципе. Мы прямо в лоб получили проблему того, что мы все тут опасные ребята. Реально опасные. Практически любой из нас может отправить на перерождение кого угодно! Вот так, просто глядя в глаза. Сами понимаете, выбраковку на психов мы пока не проходили и как скажется текущая ситуация на кукушке любого из нас никто не знает. А у нас тут могут быть собраны, вроде как в безопасности, люди, по тем или иным причинам не имеющие возможности больше воскресать. Живущие последнюю жизнь, так сказать.
— Можно законодательно запретить применение боевой части ЗК на территории Энриувойре, — внёс предложение Бруно — оставив только защитную функцию. Но в этом случае мы берём на себя функцию государства и постепенно можем додуматься до всякого-разного!
— Она и сейчас запрещена законодательно, — снова вмешался Проныра, — но это не мешает применять. Если готов мириться с наказанием — тебе ничего не мешает хоть атомную бомбу тут ахнуть!
— Бруно прав. Технически мы можем реализовать принудительное отключение вооружения любого ЗК, находящегося на территории Энриувойре. Но если мы отберем у людей средства защиты — мы будем обязаны их защитить. Причём, защитить от любых угроз, что нереально, — пояснил я свою позицию.
На какое-то время совещание потеряло официальность, народ свободно перебрасывался репликами, спорил, доказывал свою точку зрения, хотя спорили в целом об одном и том же. Общий настрой подвёл Проныра:
— Народ, давайте не будем заниматься хернёй! Все прекрасно всё понимают, и никто не видит смысла закручивать гайки только потому, что одна девчонка что-то сотворила. Пусть руководители направлений доведут до всех своих миньонов опасности бездумного ковыряния детонатором в бочке со взрывчаткой и пока прикроем этот вопрос.
Обсудив ещё пару проходных рабочих вопросов, Пила дошла до основной темы, ради которой нас всех и собрала:
— К нам пришёл запрос от «Большой восьмёрки». Им нужна помощь! Желательно, срочно.
«Большая восьмёрка» — такое громкое и немного провокационное название взял себе альянс из восьми кланов, получивших от нас две криптограммы пятого класса.
За спиной Пилы засветилась голопанель и началась трансляция записи с систем наблюдения нескольких ЗК.
На записи шёл бой. Слышались взрывы, гул, вой каких-то боевых систем. Картинка только была малость неинформативна. Пыль вперемешку с дымом. Сначала было не совсем понятно, кто на кого нападал, но спустя буквально несколько секунд лицезрения серой взвеси, ударная волна очередного разрыва смела в сторону дым и скальную пыль и пока новая пылевая завеса ещё не затянула всё на записи, стала видна проблема во всей своей красе: Каратель Ур’Тар. Характерный силуэт, щит плотно прилегающий к телу, турель на плече и неторопливые и не очень ловкие движения.
Тварь постепенно пробивалась сквозь груду камней, выбивая за один выстрел по одному — два хороших булыжника из той груды, что, как я понял, обрушили на неё защитники. Вот, спустя ещё несколько секунд Ур’Тар перешагнул остатки завала, не доходившего ему уже и до пояса и шагнул вперёд открывая огонь по защитникам. Один против хорошо укрепленных позиций, на которых окопались не одна сотня обороняющихся.
Судя по разворачивающемуся на голопанели, всю стаю Карателя давно выбили, их даже в мелких кусках нигде не было видно. Завал, из которого выбрался Ур’Тар, далеко не первый, даже с того ракурса, с которого велась запись, скрывающая многое, было видно ещё четыре аналогичных завала за спиной Карателя.
— Сколько они его так уже держат? — первый озвучил очевидный вопрос Варпис
— Сутки, — коротко ответила Пила.
Со всех сторон раздались короткие возгласы, в основном ругательного характера.
— И не смогли справиться?
— Как видите, — кивнула Пила.
— Мы можем у них запросить информацию о попытках его уничтожить? — вклинился в диалог Варписа и Пилы Бруно.
— В этом нет необходимости, — спокойно ответила Пила, — все записи они прислали нам вместе с просьбой о помощи.
Следующие десять минут мы просматривали записи попыток «Большой восьмёрки» уничтожить Карателя Ур’Тар.