Эндора

— Вставай, — произнес он. Голос изменился тоже, став бархатнее, богаче на оттенки. Где-то в его глубине извивалось обещание мучительной смерти в случае неповиновения. Опершись на руку, Лиза легко поднялась на ноги и подумала, что мучительно хочет воды. Любой, даже самой грязной и гнилой. Хотя бы в лужу лицо опустить.

— Вы очаровательны, мадам, — здоровая половина лица Рудина дрогнула в улыбке, вторая, испещренная белыми росчерками шрамов, осталась неподвижной. — Добро пожаловать домой.

Лиза жалко улыбнулась: желание погрузиться в воду становилось нестерпимым, и она почему-то знала, что Рудин прекрасно это понимает. Откуда-то сзади появился мелкий дробный звук, неприятно стегнувший по натянутым нервам, и, оглянувшись, Лиза увидела белый отряд всадников. Серебряные латы тускло блестели в свете заходящего солнца, молочные растрепанные султаны на головах лошадей трепетали на ветру, треугольные знамена казались высунутыми окровавленными языками. Всадники приблизились и, взяв Рудина и Лизу в кольцо, дружно сняли шлемы и склонили головы.

— Приветствуем тебя, владыка, — прошелестели голоса. Рудин скользнул по ним тяжелым пристальным взглядом и произнес:

— Приветствую достойных.