Страница 25 из 67
Ма суетилась возле повозки, как шакалиха возле львов. Услужливо кланялась и улыбалась.
Сопровождавшие повозку воины держались строго и были начеку. Когда Пер попытался приподнять край шкуры и взглянуть на уже собранное «добро», каменное острие копья преградило ему путь.
— Девочки, переодеваемся, — скомандовала я и хлопнула в ладоши.
Ка вздрогнула, но полезла в угол пещеры за «реквизитом». Мна на сей раз не стала показывать свой гонор и пошла помогать сестре.
Мне и Ка предстояло выполнить ведущую партию. Приодевшись для выступления, мы встали по бокам от костра и приготовились. Еще прежде мы условились, что Мна будет танцевать, находясь за костром — так, чтобы посланники жрецов видели ее, но не замечали ошибок. Пламя и дым немного «скрасят» ее суетливые и непластичные движения.
Для сегодняшнего выступления я выбрала русскую «Барыню», слегка адаптировав ее для варварок. Несложные ритмичные движения легче всего усваивались Мной. К тому же ей было проще выбивать дробь ногами и приседать, чем постичь искусство вращения бедрами.
Если бы не настойчивые требования Ма взять ее старшую дочь «в долю», я бы придумала что-то более эротичное. Правда, своевременное появление «в избе» самовара немного изменило мое мнение. Кто знает, вдруг это провидение указало на нужный танец. К тому же, посланники жрецов — это еще не сами кандидаты в мужья, нечего перед ними особенно выкладываться. Главное, чтобы они поняли, что танцевать мы умеем, и выдали приглашения. Дальше каждая сама за себя. И если мы с Ка обязательно продолжим тренироваться, то Мна может спокойно идти дальше лесом. И желательно — подальше от пещеры.
Разумеется, сарафанов и черевичек с каблучками в лесу не нашлось, но «корзинки» на головах отлично имитировали кокошники. В руках вместо белых платочков мы держали заранее приготовленные листья лопушков. Пышные сарафаны пришлось заменить специально изготовленными по торжественному случаю юбками из листьев папоротника. Такие вот первобытные матрешки получились из нашей троицы. Приходила мне в голову идея нанести на лица макияж, но в пещере слишком скудное освещение — посланники жрецов все равно ничего не разглядят.
Едва мы с варварками успели занять позиции, как в пещеру вплыли посланники жрецов, сопровождаемые Ма и Пером. Покосившись на нас, они протопали к «складу» и придирчиво осмотрели предназначенную для жрецов «дань». Похмурились для приличия и отправили Пера грузить добро на телегу. Сами же с удовольствием приняли предложение Ма выпить чаю и перекусить. Судя по «спасательным кругам», выпирающим из-под набедренных повязок, посланников пытались задобрить все варварские семьи.
Ма самолично заварила чай в калебасах и, подобострастно кланяясь, подала гостям. Те расселись возле огня в позах китайских болванчиков и привычным жестом подтянули к себе дощечку с угощениями. Один, самый толстый и надменный, глянул на нас с Ка и щелкнул пальцами.
Похоже, не только нам пришла идея заполучить приглашения, повертев перед посланниками пятыми точками. До чего довели бедных варварок — на все готовы ради перспективы выйти замуж. Наверняка забаловали этих посланников, как теперь их удивлять?
Но попробовать стоило. Не думаю, что в каждой пещере вниманию почетных гостей предлагалось выступление русско-варварского трио. После вынужденной диеты на зефирку я уже не походила, а потому дала новому проекту кодовое название «дикие мармеладки с привкусом лопуха». «Лопухадки», если сокращенно.
Хотела побыть в роли звезды ансамбля — получите, распишитесь. Зазывно улыбаясь и отбивая босыми пятками нужный ритм, я постоянно приглядывала за двумя другими «лопухадками». Ка хорошо запомнила шаги и повороты и даже искренне улыбалась, помахивая над головой лопушком. Мна не всегда успевала и с такой силой ударяла ступнями о каменный пол, словно собиралась раздробить его в песок. Эх и поболят у нее ноги после выступления. Но это уже не моя забота. Лишь бы в костер не свалилась и не испортила общее впечатление.
Посланники одобрительно кивали, воодушевляя нас продолжать. Моя внутренняя дикарка взяла в руки бубен и принялась помогать всеми силами. В который раз восхитившись ее смелостью, я раскрыла рот, и понеслось:
«…я всё не пряла, только ночь провела.
Прялочку под лавочку, сама с милым легла…
Барыня, барыня, сударыня барыня…»
Сначала мне показалось, что посланников смутило слово «прялочка» — дикие же, откуда им знать, о чем в песне поется? Вдруг я Калки оскорбляю или жрецов.
Но нет, похоже, проблема была в другом. Постепенно к звукам песни стали добавляться посторонние шумы, похожие на крики мартовских кошек. Или пение жаб. Сложно было сразу определиться.
Потому я захлопнула «песенник» и прислушалась. Посланники начали остервенело чесаться и жалобно попискивать. Сначала у них покраснели лица, а потом и глаза выпучились, как у осьминогов. Их тонкая бледная кожа покрылась красными волдырями, похожими на укусы пчел.
Мы с девчонками замерли, не зная, что предпринять. Ма переводила взгляды с нас на гостей и о чем-то напряженно размышляла. Когда поняла, что приступ у посланников не пройдет сам по себе, схватилась за голову и упала на колени.
— Убьют, — возвестила она. — Всех. Нас.
Ка подошла ко мне и взяла за руку. Доверчиво заглянула в глаза:
— Варя. Что?
Притворяться, будто не понимаю, о чем речь, я не стала.
— Намухлевала, каюсь, — призналась и сникла. — Но откуда ж мне было знать, что у толстопузов аллергия на эти цветочки?
Привлеченные подозрительным шумом, в пещеру вбежали воины. Уставились на остервенело почесывающихся хозяев и замахнулись на нас копьями. Издали воинствующее рычание.
— Спокойствие, только спокойствие, — прикрикнула я. — Тревога ложная, сейчас все исправим.
Все же есть в этой жизни справедливость. Как хорошо, что «Супрастин» так вовремя попался мне на глаза, когда я собиралась «в дальний путь». Эх, знала бы, как далеко залечу, взяла бы чемодан побольше.
— Ка, воды, — попросила я и полезла в клатч.
Через двадцать минут чудом воскрешенные посланники так расщедрились, что вручили нам не три, а четыре приглашения на танцы. Так у Ма появился шанс обзавестись третьим мужем. Внешность у нее, конечно, не то, что на любителя — скорее на извращенца. Зато она сильная и работать может за четверых, проверено. Вдруг и дождется наша старушка порнушки…
Глава 12
Наступил долгожданный день икс. Ма растолкала нас чуть свет и приказала поторопиться со сборами. Попеременно зевая и охая, я поднялась на ноги и выглянула из пещеры.
Словно в ответ на мольбы жрецов, небо раздобрилось и спрятало серые тучи в глубокие карманы. Блестящий солнечный диск лениво выкатил на прогулку и подарил нам несколько теплых лучей. Впервые за прошедшую неделю воздух прогрелся до такой степени, что можно было покинуть пещеру, не стуча зубами от холода.
В отличие от людей, земля с нетерпением ждала наступления дождей. Несмотря на холодные ночи и утреннюю росу, лес нуждался в воде. Пожухлая трава обиженно шуршала на ветру; корявые деревья тянули ввысь свои иссохшие «руки», прося у неба пощады. Растрескавшаяся земля исходила пылью.
Для меня такая погода казалась сущей нелепицей. Ну как может быть одновременно холодно и сухо? Такое ощущение, что тут не обошлось без колдовства. Или неизвестной моему миру технологии. Задрав голову вверх, я долго смотрела и пыталась увидеть своды купола. Нет, не так — Купола, именно с большой буквы. Наверняка вся фишка в его влиянии на местный климат, больше мне нечем объяснить подобный феномен.
Как ни крути, а все изнывало по дождю. Даже я. Нет, мне совершенно не хотелось оказаться промокшей до нитки. Мой план был несколько иным: срочно попасть в жилище к жрецам. Отсидеться на время ливней в теплом помещении, вкусить запретных радостей гарема. Навсегда забыть об изнуряющем физическом труде, грязи и скудной пище. От работы кони дохнут, а люди превращаются в мулов — безвольных и апатичных.