Страница 88 из 182
Теперь засмеялся монах.
- Сколько вам было лет, когда началось восстание?
- Семнадцать.
- Неудивительно, что вы решили, что Ремилард - воплощение дьявола.
Элизабет открыла глаза, удивленно вскинула брови.
- Его сжигает непомерная гордыня - это же очевидно! Она без конца понуждает его искать способ проявить свое "я", - сказала женщина. Затем она рассказала, как Марк в заключительной стадии лечения силой подчинил ее мысли, создал с ней ментальное единство.
- Я не то что шелохнуться - подумать ни о чем не могла. Он мог убить меня, подчинить своей воле, но он не сделал этого. Что за странный альтруизм? Он поразил меня сильнее, чем его желание помочь вылечить Брендана. Брат, что он хочет на самом деле?
- Бог его знает, - ответил Анатолий Северинович. Он вылил остатки коньяку в кружку Элизабет и сказал: - Пейте.
Она покорно взяла кружку, сделала большой глоток.
- Марк в течение двадцати семи лет изучал звезды - все пытался найти обитаемую планету с таким же метапсихическим потенциалом, что и Земля. Когда я спросила, что же он собирается делать, когда отыщет подобную планету, он только рассмеялся.
Монах покачал головой.
- Я всего лишь старый бедный священник. Вырос и жил в Сибири. Метапсихическими способностями не обладаю. Как я могу определить, что замыслил Марк Ремилард... или вы?
Элизабет бросила на него мимолетный испытующий взгляд. Словно бы изучала... Монах улыбнулся, глядя в кружку.
- Жаль, - заметила Элизабет, - что вы никогда не встречались с моим старым приятелем Клодом Маевским. Вы бы составили с ним отличную парочку слава о вас пошла бы по всему плиоцену. Он на вид был еще почище вас, этакий чудаковатый старикашка...
- Сестра Роккаро говорила мне о нем. И примерно в том же духе... - Он потряс пустую фляжку, вздохнул, затем навинтил крышку и убрал посуду. Думаю, там, в подвале нашего дома, найдется еще пара бутылок "Мартеля". Мне без этой лурдской [источник святой воды во Франции, в Лурде] водицы нелегко. Исповедаться, Элизабет, не хотите?
- Нет-нет!
Он всплеснул руками.
- Мне же легче. - Монах поднялся и направился к двери. - Если надумаете, я готов.
- Почему бы вам не предложить _е_м_у_?
- Я предлагал, три или четыре дня назад. После того, как стащил его черный комбинезон. Мне показалось, что именно с его помощью он летает по воздуху.
- Ну и?..
Брат Анатолий положил руку на щеколду.
- Бесполезное дело. Он не нуждается в комбинезоне, чтобы совершить d-переход. Этот наряд нужен ему только для того, чтобы не появиться в незнакомом месте в неприличном виде, так что пришлось вернуть. Марк сделал вид, что ничего не заметил.
Женщина рассмеялась.
- Так же, как он отреагировал и на ваше предложение исповедать его?..
Монах хихикнул и вышел из кухни.
5
- Я прошу вас пересмотреть решение, - сказал старик Каваи.
Древний, высохший японец стоял на ступеньках крыльца, ведущего в бывшую хижину мадам Гудериан, и держал на руках рыжую кошку. Та блаженно мурлыкала, а три маленьких котенка ползали по ступенькам, тыкались в голые ноги старика, беспомощно пищали. Два человека на верховых халиках стояли у хижины - лица их были едва видны в прохладном предутреннем полумраке.
- Ты единственный, кто все помнит, ты - живая история Скрытых Ручьев, и ты же решил остаться, Танданори-сан! - Пеопео Моксмокс Бурке - вождь Бурке, как его звали свободные люди из поселения, - сидел на халике, скрестив ноги. - В любой день фирвулаги могут захватить деревню. Не имеет значения, предупредил ли нас об этом Фитхарн Деревянная Нога или нет. Он-то настроен по отношению к нам дружески, но что он может один. Вспомни, как эти ублюдки разнесли форт Русти. Мы больше не можем доверять "маленькому народу". Шарн и Айфа столько раз лгали нам.
- Король и королева фирвулагов хотели бы разрушить все поселения в долине Мозеля, - согласился старый японец. - Их можно понять, мы представляем для них угрозу.
- Какую угрозу, старик! - в сердцах бросил Дени Джонсон. - В форте Русти погибли восемьдесят три человека, более двух сотен захвачено в плен. Их погубили через пару месяцев, с той поры нас постоянно выживают отсюда, сжигают поселение за поселением, что расположены в Вогезах. Кроме того, сколько ранено и пропало без вести. Этот перешеек, поросший лесом, расположен слишком близко от фирвулагов. Болота нас не спасут. Как только Шарн отдаст приказ, они навалятся на нас всем скопом. Теперь у нас мозги просветлели, и мы постараемся вовремя удрать от них. И ты тоже. Зачем помирать так бессмысленно? Никто не предлагает тебе участвовать в захвате Ронии. Ты можешь отправиться с караваном в Нионель. Там тоже живут свободные люди, они примут тебя.
- Нет, я не уйду, - ответил Каваи и спустил кошку с рук. - Я вполне понимаю, почему вы решили оставить эти места, но я не могу все бросить.
Вождь Бурке протянул старику огнестрельный карабин.
- Возьми хотя бы эту штуку, все-таки какая ни есть оборона.
Каваи отрицательно покачал головой:
- У вас и так мало оружия, вряд ли его хватит, чтобы напасть на Ронию. Если фирвулаги увидят, что я безоружен, они оставят меня в покое. На что им такой ветхий старикашка! Мне уже за восемьдесят, наполовину слепой, а всего богатства - дом, полный кошек. Нет, я остаюсь, присмотрю за хижиной, ведь она когда-то приютила нас. Когда это было?.. Ах, уже и не вспомнить. А в той стороне садик - я ухаживал за ним. Дорожки у меня всегда были чистые-чистые. А там мельница на протоке. Как я могу все бросить, когда сюда придут эти?.. Кто-то должен присмотреть за хозяйством. У меня тут еще козы остались, и несколько цыплят, и большой гусак - так и не захотел, дурак, лезть в корзину. Так что с пищей у меня порядок. Жалко гусака - сожрут ведь, поганцы, ему годков, наверное, столько же, сколько и мне... Ну куда я пойду, ребята? В Нионель?.. А вдруг все обойдется и сюда вновь вернутся люди, а я вот он. Тут как тут.
Наступило молчание, потом Дени Джонсон неожиданно громко прокашлялся, провел рукой по глазам.
- Ты, дед, словно песнь родному очагу поешь! Кончай, дед, а-а? Бог видит, как я хочу остаться. Если бы только можно было поверить в то, что будет мир. Но ты же слышал, о чем говорил Фитхарн?