Страница 112 из 182
Нейл странно засмеялся.
- Что ж, сразу навещу тебя. Пошли, Велкон, скоро отплытие. - Он приложил руку в бронированной перчатке к нагрудному панцирю - на нем были изображены девять маленьких звездочек. Кугал тоже прижатием кулака к груди попрощался с ними.
- Я... я сделаю _в_с_е_ в лучшем виде, - не удержался Тони. - Желаю счастья тебе и твоей даме.
Он повернулся и побрел, проталкиваясь сквозь толпу грузчиков. Через некоторое время, словно опомнившись - куда он идет? зачем? - остановился, глянул назад. Лорд Нейл отчаянно ругался с десятником, отвечавшим за погрузку. Это был крепкий мужик с обвязанной платком головой, постоянно святотатственно поминавший Деву Марию и все ее прелести. Тони вздохнул, присел на один из ящиков, в которых хранился таинственный груз, подпер голову ладонью... Начальнику каравана было явно не до гостя. Минут через десять его разыскал начальник охраны и сообщил, что багаж Тони доставлен на самый дальний отсюда корабль, там и место ему приготовлено. Вейланд торопливо засеменил в указанном направлении. В каюте, расположенной на корме, тесной и грязной, он нашел свой мешок. Сидеть здесь было невыносимо, и Тони вышел на палубу. Корабль был довольно вместительный, с высоко поднятым полубаком, нависающей над стремниной кормой. Казалось, что эта посудина не поплывет по реке, а попросту начнет раскачиваться, как поплавок, - вверх-вниз, вверх-вниз... На корме вдоль бортов были устроены мягкие скамьи, обитые плюшем с набивкой. Тони, всеми брошенный, забытый, прикорнул на сиденье, глянул на закатное солнышко - приятно было погреться в его лучах, - потом стал наблюдать за проплывающими судами. Слова лорда Нейла о скором отплытии так и остались словами. Как всегда и везде - хоть бы раз, в прошлом ли, в будущем, был точно выдержан назначенный срок! Шли часы, солнце прилегло на вершины деревьев за рекой. Тони невольно смежил веки и уже в полудреме услышал насмешливый зов:
"Что, кемаришь?"
Это было так неожиданно, что Вейланд вздрогнул, быстро огляделся вокруг было пусто. Все те же шлепающие о днище волны, водовороты на стремнине, шум и гам на пристани, разве что теперь поверхность Роны окрасилась охряными и багровыми бликами. Может, из города пришел оклик? В той стороне, на эспланаде, уже горели светильники, в конце мола зажгли сигнальный бакен.
"Эй, слепота! Поближе к воде нагнись. Вперед по течению, метров семьдесят".
Нет, ему не померещилось... Тони прошел немного вперед, сфокусировав дальновидящий взгляд, и только теперь обнаружил на реке какой-то темный движущийся предмет. Это же боевое каноэ!.. Точно, и через борт наклонился полуголый верзила с рельефно выступающими мускулами. Он приветственно помахал Тони рукой. Это же Пеопео, разрази его гром!..
Тони: "Здорово, Бурке".
Бурке: "Взаимно. Я думал, тебя уже продали на плантации ниже по течению, а ты еще торчишь здесь".
Тони: "Уже который час. Эта компашка по разгильдяйству ничем не уступит вам, низкорожденным".
Бурке: "Ишь как заговорил - низкорожденным... Ну да, ты теперь у нас лорд. Рисковый мальчик... Шустрый... Ты не беспокойся, все будет хорошо. Я еще тогда, в болотах, был уверен, что вы с Эйкеном Драмам договоритесь. Своим ребятам я, конечно, об этом и заикнуться не посмел..."
Тони: "Я думал, ты получишь за меня что-то более весомое, чем шнурки для ожерелий из раковин и обратный билет из утопии".
Бурке: "А эта лодка? Да в придачу со всем вооружением, что мы добыли в Финии. Да вечный мир и союз... Припасы... Не-ет, мы взяли за тебя хорошую добычу. Теперь держим путь в Нионель, там нас ждет наш народ - все те, кто уцелел после набега фирвулагов".
Тони: "В Нионель?.."
Бурке: "В Вогезах остались единицы. Нионель - самое лучшее место для поселения... пока "врата времени" не будут построены".
Тони: "Тогда покеда, писем от тебя не жду".
Бурке: "Не очень-то и хотел писать. Что это ты затосковал, услыхав про Нионель?"
Тони: "Ты, как всегда, попал в самую десятку, Бурке... у меня жена в Нионели. Я бросил ее. Ну, был глуп как осел. Пытался связаться с ней, но с моими возможностями - глухой номер. Если тебе доведется встретить ее, Тони передал вождю изображение Ровены, - скажи, что я обязательно вернусь. Скажи, чтоб ждала... Ее зовут Ровена".
Бурке: "Передам. Она выглядит очень соблазнительной маленькой леди. Шолом, малыш. Держи хвост пистолетом".
Тони не ответил. Его опять неудержимо потянуло в тоску. Он погрузился в воспоминания, невеселые, долгие... Подручные лорда Нейла теперь рыскали по прибрежным тавернам и пивнушкам и пинками сгоняли к пирсу пьяных членов судовых команд. Гвардейцы из гарнизона Ронии усердно помогали им.
...Тони встрепенулся - что-то острое кольнуло его в грудь. Он даже вскрикнул от боли, потом открыл глаза и изумленно глянул на широкий, наточенный наконечник копья, упершийся ему в ребро. Повел взглядом вдоль древка и увидел одетого в лохмотья бандита.
- Если ты, низкорожденный, еще раз пикнешь, - прошептал тот хриплым голосом, - или позовешь кого по дальней связи, я проткну тебя, как вареного цыпленка.
Нечто напоминающее сколоченные из неотесанных бревен лестницы вздыбилось над бортом, и негодяи, одетые в неописуемое тряпье, полезли на палубу. Набралось их около десятка, двое были вооружены лазерными карабинами, остальные оружием, изготовленным из стали.
- Сколько человек на корабле? - спросил вожак, приставивший копье к груди Тони.
- Я никого не видел, только у сходней стоит на часах рыцарь.
Копье переместилось вверх, и острие кольнуло его в горло пониже адамова яблока.
- Ради Бога, я говорю правду. Я сам заключенный. - Тони потряс кандалами. - Большая часть солдат была на пристани, когда я поднялся на борт.
- Обыщите корабль, - приказал вожак.
Легкий плеск донесся и от других стоявших на якорях судов. Луна еще не встала, и в густой темноте поверхность реки отсвечивала, словно огромное черное туловище. Над Роной уже поплыл туман. Со стороны гавани и города долетали звуки музыки. Рония была разукрашена огнями, янтарным и ярко-голубым цветом светились окна домов. Город, казалось, праздновал наступающее перемирие - вот почему, вопреки строжайшему приказанию короля, отправка конвоя была отложена.