Страница 101 из 182
Бэзил: "Рискнем?"
Нирупам: "Ты - начальник, тебе и решать. Однако каждый лишний час на солнце может окончательно доконать Чеза. Парень может ослепнуть".
Бэзил: "Послушай, Чез, старик. А что, если мы втащим тебя в третий промежуточный лагерь на тросе? Для нас всех будет безопасней, если мы упакуем тебя и втащим на седло с помощью лебедки".
Чез: "Ребята, простите, что стал для вас обузой".
Дерек: "Не говори глупостей, парень. Давай-ка мы с тобой поменяемся в связке. Если порвется репшнур?.. Ну что же, вам будет легче. Вы навсегда запомните мои ботинки с кошками, а те внизу, в Бетафорке, послушают мои вопли".
Бэзил: "Успокойтесь, ребята. Не надо нервничать..."
...Бэзил постоянно оглядывался, старался не спускать глаз с неопытных товарищей, двигавшихся сзади. Пока они оба бодро переставляли ноги. Чез для безопасности был связан с Дереком тонким репшнуром, тот, в свою очередь, был готов при необходимости мгновенно закрепить всю связку. На душе стало полегче - ребята не сдаются. Или точнее - не сдадутся! Что бы ни произошло. От этой мысли потеплело на душе. Тем временем нудное попискивание все больше и больше тревожило Бэзила.
Первым опасность заметил Нирупам, постоянно следивший за идущими впереди товарищами. Он и хруст услыхал первым, интуитивно глянул вверх... Там что-то ярко блеснуло - в следующее мгновение обнажилось нечто подобное пасти с острыми клыками, а чуть ниже сбегал вал снега.
- Она пошла! - закричал Нирупам. - Держись! Держись!
Его крики потонули в нараставшем грохоте, словно кто-то придавил педаль органа, и звонкий шум перерос в неумолимый рокот. Лавина промчалась как раз перед ними. Альпинисты прижались к склону, втянули головы в плечи... Бэзил машинально выхватил из чехла молоток и с силой левой рукой вогнал его в лед, тут же схватился за ледоруб и молоток. В этот момент вторая лавина пошла прямо на них.
Он едва успел вскрикнуть:
- Держись, ребята! _Д_е_р_ж_и_с_ь_!
Чез ответил первым - ответил криком ужаса. Его закрутило колесом в массе снега и битого льда. Дерека сбил с ног огромный пласт снега - только ледоруб его мелькнул в воздухе. В отчаянной попытке зацепиться он перерубил трос, соединявший Бэзила и Нирупама. Индийцу досталось больше других. Сбитого с ног рывком от падения Дерека, его мгновенно поволокло вниз... Остановиться он уже не мог - шея у него была сломана.
Обрушившаяся лавина пролетела в метре от Бэзила. Когда основная масса льда и снега пронеслась мимо, он отважился оторвать голову от наста и невольно глянул вниз. Как раз в этот момент лавина достигла подножия кулуара и, вздымая снежные брызги, рухнула на камни, погребая под собой еще живых людей. Чез успел напоследок выругаться, Дерек просто сказал: "Прощайте!" Нирупам спокойным телепатическим голосом начал читать молитвы. Он обращался к Шакья-Муни. Голос его был тих, безмятежен. Позвоночнику него был сломан в нескольких местах, и он быстро, спокойно умер. Бэзил долго окликал друзей, выкрикивал в эфир их имена, потом не выдержал, уткнулся лицом в снег и беззвучно заплакал. Снег, скалы не услышали ни стона, ни всхлипа, только слезы, обильные, горькие, текли по его лицу. Он перевернулся на спину - солнце светило ярко, торжественно, бездонным куполом маячило над головой голубое небо, было тихо...
Успокоившись, Уимборн вызвал по дальней связи лорда Елейна.
"Нет, - ответил Бэзил, когда тану-психокинетик предложил ему возвращаться в базовый лагерь, - я не поверну назад. У меня лебедка и тросы, склон теперь сбросил лишний снег, да, я попытаюсь... Я установлю лебедку, я сделаю это. Для чего мы шли? Зато второй команде поддержки будет легче одолеть эти чертовы ледники и скалы. Нет, я вернусь в первый промежуточный лагерь до темноты".
Блейн неохотно согласился. Чем он мог помочь ему? Тану сидел и слушал, как этот человек, вновь отправившийся вверх, бормочет стихи на каком-то неизвестном земном языке. Они вроде бы называют его латынью.
Тану внимательно вслушивался в звучание непонятной речи. Помнится, перед выходом на маршрут Бэзил цитировал какого-то Киплинга, но эти стихи, кажется, рождались сами по себе... Неожиданно цепочка слов продолжилась на английском:
Иди, безумец, поспеши одолеть грозные Альпы.
Теперь они восхищаются отважными первопроходцами,
Но кому теперь нужна ваша коварная лесть.
Иди, человек, и добудь победу!
Все-таки люди, покачал головой Блейн, странные существа.
9
Эйкен в одиночестве стоял на балконе и с помощью дальновидения наблюдал за происходившим на "Кулликки". В Гории уж совсем стемнело, но на просторах Атлантики еще стояли закатные сумерки. Свежий бриз наполнял отливающие темной бронзой паруса, одновременно служившие и гигантскими солнечными батареями... Море на западе пламенело, тяжкое багровое око солнца почти лежало на океанской глади... Эйкен перевел взгляд на восток туда, где в горных долинах уже царила непроглядная ночь, где звезды разбежались по угольно-черному, парящему над землей лужку...
Над ее плечом тоже сияла яркая белая звезда, она тоже стояла на балконе.
Эйкен позвал: "ЭЛИЗАБЕТ!"
"Как у тебя дела, дорогой?"
"Лелею в себе львиное начало. Издалека рассматриваю "Кулликки", попиваю пиво и обжираюсь вареными яйцами. Меня охраняют три слоя защитного поля, никак не могу заснуть, все думаю о том, что луч рентгеновского лазера прошьет эти силовые поля, как иголка ткань. Ты, случайно, не знаешь, где сейчас Марк?"
"Нет. Когда он покинул нас в четверг, после того, как мы вылечили Брендана, он ни слова не сказал насчет возвращения в наш дом у Черной Скалы. Если ты настаиваешь, я могу проверить Горию..."
"Пожалуйста".
"...Все чисто, если только он не пользуется метапсихическим зонтиком".
"Ты уверена?"
"Эйкен, я не могу вот так запросто отыскать его, как обыкновенного человека. Когда он проходит через суперповерхность - с хлопком, с треском, - любой, даже невыдающийся оперант может определить его местонахождение. Я точно знаю, что пока он неспособен проносить с собой какие-либо объемистые или тяжелые предметы. Только что-нибудь маленькое, незначительное, что можно спрятать под доспехи. Ни о каком рентгеновском лазере и речи быть не может. Ты в полной безопасности. Кроме того, я не думаю, что он поставил своей целью убить тебя. Пока..."