Мичман Изи

- Ну, если так, то пусть наша кровь останется на вашей совести, мистер Изи, - отвечал первый матрос. - Если уж нам приходится умереть, то мы не станем околевать понемножку. Если вы отказываетесь принять нас, то акулы не откажутся,- по крайней мере мучиться недолго, одна минута и кончено. Что вы скажете, ребята? Бросимся разом! Прощайте, мистер Изи, надеюсь, что вы простите нас, когда мы умрем. Идем, ребята, не стоит раздумывать, чем скорее, тем лучше - пожмем друг другу руки и марш.

По-видимому, бедняги уже заранее решили, что делать, если наш герой откажется принять их на борт; они пожали друг другу руки, отступили шага на два от берега, выстроились в ряд, и первый матрос скомандовал: раз-два...

- Стой! - крикнул Джек, не забывший ужасной сцены, которая произошла на его глазах. - Стой! Люди остановились.

- Что вы мне обещаете, если я возьму вас на борт?

- Добросовестно исполнять наш долг, пока вернемся на корвет, а там пусть нас повесят, - ответили матросы.

- Это хорошо, - сказал Мести, - примите их на этом условии, масса Изи.

- Очень хорошо, - отвечал Джек, - я принимаю ваши условия, сейчас мы явимся за вами.

Джек и Мести засунули за пояс пистолеты, сели в лодку и отправились на берег. Матросы, войдя в лодку, молча поклонились нашему герою. По прибытии на борт Джек прочел вслух статьи военного устава, сулившие им приятную перспективу смертной казни, и произнес речь, пытаясь объяснить разницу между восстанием ради великих принципов свободы и бунтом ради пьянства и кутежа, - речь, показавшуюся голодным людям бесконечной. Но всему приходит конец, - кончилась и речь Джека, и Мести накормил голодных. На другой день ветер был попутный, они снялись с якоря и вышли из гавани. Люди были в подавленном настроении; они работали усердно, но молчали, не ожидая ничего приятного в будущем. Впрочем, надежда никогда не оставляет человека; они знали, что Изи добрый малый и рассчитывали, что он не расскажет всего, что было, умолчит о выстрелах. К вечеру ветер переменился на противный, и корабль отклонился на три румба к северу. Но Джек не смутился этим: "Не беда, - заметил он, - мы во всяком случае будем у испанского берега, а там пройдем и в Гибралтар; теперь я гораздо лучше знаю мореплавание, чем раньше".

На следующее утро они шли при легком бризе, под каким-то высоким мысом, и когда взошло солнце, заметили большой корабль близ берега, в двух милях к западу, а со стороны открытого моря другой, милях в четырех от них. Мести взял зрительную трубку и взглянул сначала на корабль со стороны моря, который внезапно развернул все паруса и направился к мысу, где находился корабль Джека. Мести опустил трубку.

- Масса Изи, а ведь это "Гарпия".

Один из матросов взял зрительную трубку и посмотрел, между тем как другие стояли в волнении.

- Да, это "Гарпия", - сказал матрос. - О, мистер Изи, пожалейте нас, не рассказывайте всего, что было.

Изи взглянул на Мести.

- Я думаю, сэр, - сказал тот, - что они уже довольно натерпелись; хватит с них, если отделаются линьками.

Джек согласился с ним и сказал матросам, что, хотя он не может скрыть того, что случилось, но не станет рассказывать всего и постарается смягчить все происшествие. Он собирался произнести длинную речь, но пушечный выстрел с "Гарпии" заставил его отложить ее до более удобного случая. В то же время корабль, находившийся ближе к берегу, поднял испанский флаг и тоже дал выстрел.

- Мы попали меж двух огней, - воскликнул Мести. - "Гарпия" принимает нас за испанца. Ну, ребята, заряжай орудия. Масса, давайте стрелять в испанца - тогда "Гарпия" перестанет стрелять в нас - у нас нет английского флага - это все, что мы можем сделать.

Люди ретиво принялись за дело; тем временем ветер упал, и паруса всех трех кораблей бессильно повисли вдоль мачт. "Гарпия" находилась в это время в двух милях от корабля Джека, испанец на расстоянии мили; он спустил все свои шлюпки, которые повели его к кораблю Джека. Мести рассматривал испанский корабль.

- Это военный корабль, масса Изи, какой же мы флаг выкинем? Надо найти что-нибудь.

Он побежал вниз, вспомнив, что у него имеется пестрая юбка, забытая в каюте старой испанской дамой. Она была из зеленой шелковой материи, с желтыми и синими цветочками, но очень полинявшей - вероятно, обреталась в семействе дона уже лет сто. Мести нашел ее под матрацем одной из постелей и спрятал в свой мешок, намереваясь наделать из нее жилетов. Вскоре он вернулся с нею на палубу и вывесил ее вместо флага.

- Вот, масса, так будет ладно, - это, можно сказать, флаг всех наций. Теперь давайте стрелять - придется только палить не разом, а по очереди, и целиться хорошенько; одни будут стрелять, а другие заряжать.

- Он выкинул флаг, сэр, - сказал Саубридж на "Гарпии" - только не могу разобрать, какой нации; а вот и пушка.

- Это не в нас, сэр, - заметил мичман Гаскойн, - а по испанскому кораблю; я видел, как ядро упало перед его носом.

- Должно быть, капер, - сказал капитан Уильсон, - во всяком случае, это удача, иначе корвет ушел бы на буксире в Картагену. Еще выстрел, и хорошо нацелено, он ловко действует, должно быть мальтийский приватир.

- Говоря попросту, пират, - ответил Саубридж, - не могу разглядеть его флага, - кажется, зеленый - турок, должно быть. Еще выстрел, и чертовски меткий; как раз по шлюпкам.

- Да, у них смятение; теперь мы захватим его, только бы хоть немного ветра. Поднимается бриз с открытого моря. Обрасопить паруса, Саубридж!

Реи были поставлены поперек, и "Гарпия" двинулась. Тем временем Джек со своей малочисленной командой поддерживал упорный, непрерывный, хотя и медленный огонь по испанскому корвету, и две его шлюпки уже были выведены из строя. "Гарпия" быстро приближалась, стреляя только из передних пушек.

- Теперь наша взяла, - воскликнул Мести, - цельтесь хорошенько, ребята. Ветер поднимается; пусть кто-нибудь идет к рулю. Силы небесные, это что такое?

Восклицание Мести было вызвано ядром, ударившим в правый борт. Оказалось, что три испанские канонерки показались в виду и открыли огонь по кораблю Джека. Дело в том, что по ту сторону мыса находился порт Картагена, выславший канонерки на помощь корвету. К счастью для Джека поднялся ветер; иначе его корабль, вероятно, был бы захвачен. Корвет, видя себя отрезанным "Гарпией" и другим кораблем, переменил курс и попытался уйти на запад вдоль берега. Еще два ядра пробили корпус "Ностра Сеньора дель Кармен" и ранили двух матросов, но так как корвет повернулся к западу, то "Гарпия" последовала за ним. Джек, разумеется, сделал то же самое, и спустя десять минут был вне выстрела канонерок, которые не решились поставить паруса и пуститься в погоню. Ветер крепчал и развевал зеленую юбку, но "Гарпия" обменивалась залпами с испанским корветом и была слишком занята, чтобы рассматривать флаг Джека. Испанец бодро отстреливался и пользовался защитой береговых батарей, но ему пришлось сделать много миль, чтобы найти якорную стоянку. Около полудня ветер снова начал стихать, а к часу дня совсем заштилело но к этому времени "Гарпия" была уже всего в трех кабельтовах от своего противника, которому помогала с берега четырехпушечная батарея. Джек находился в полумиле от корвета, когда ветер упал. По совету Мести он прекратил огонь, чтоб не умалять победы "Гарпии", так как огонь испанца, видимо, ослабевал. В три часа он спустил флаг, и "Гарпия", отправив на корвет шлюпку, сосредоточила весь свой огонь на батарее, которая скоро умолкла.