Мичман Изи

Как только они отвалили от корабля, Мести скрипнул зубами, и взглянув на нашего героя, сказал:

- Я с ними рассчитаюсь за все, погодите немножко; клянусь флейтистом, который играл перед Давидом, будет и на нашей улице праздник.

Что касается Джека, то он ничего не говорил, но тем более думал. Через час матросы вернулись за разными вещами, которые могли им понадобиться; забрали без церемонии все, что им требовалось, и отплыли окончательно.

- Чертовски счастливо, что они не знают о долларах, - заметил Мести, следя за их движениями на берегу.

- Да, - отвечал Джек, - хотя здесь им нельзя было бы их тратить.

- Нет, масса Изи, но если б они нашли деньги, то забрали бы их на катер и уплыли, куда глаза глядят.

На шкафуте лежал забытый кусок соленой свинины; Джек, сам не зная зачем, столкнул его в море; кусок был так жирен, что не сразу потонул. Джек следил за ним, пока он погрузился в воду, как вдруг под ним показалось какое-то большое черное тело; это была акула; она схватила кусок и исчезла.

- Что это такое? - спросил Джек.

- Низовая акула, масса Изи, самая скверная из всех акул; ее никогда не увидишь раньше, чем почувствуешь, - отвечал Мести, и глаза его сверкнули злобной радостью. - Теперь я знаю, что делать, они у нас в руках.

Джек содрогнулся и отошел.

В течение дня люди на берегу усердно работали, устраивая стоянку. Разбили палатку, развели огонь, разобрали и пристроили к месту взятые с собой вещи; наконец, покончив со всеми приготовлениями, уселись обедать и почали бочку вина. Тем временем испанец, очень смирный малый, приготовил обед для Джека и Мести. К вечеру на берегу поднялся содом, пляс и песни, крики и ругань; видимо, там шло разливанное море. Но мало-помалу шум начал ослабевать, костер угас и наступила тишина.

Джек стоял на шкафуте и смотрел на поднявшуюся луну. Он вспомнил о своем поведении в Портсмуте, когда вместо того, чтобы явиться на службу, три недели угощался в гостинице с приятелями. Он видел, что его тогдашнее поведение было ничуть не лучше теперешнего поведения матросов, и яснее, чем когда-либо сознавал, что мотивами свободы и равенства не могут быть личный произвол, самоублажение и кутеж. Среди таких размышлений его прервал Мести:

- Теперь, масса Изи, надо спустить маленькую шлюпку, а затем отправимся на берег и приведем катер; они все спят и не услышат.

- Как же мы оставим их без катера, Мести? - возразил Джек, вспоминая об акулах.

- Иначе невозможно, сэр. Сегодня они перепились, завтра опять перепьются, а пьяный человек ненадежен. Кто-нибудь скажет: "убьем офицера и завладеем кораблем", остальные ответят да, и так и сделают. Нет, сэр, надо добыть катер, если не для вас, то для меня: они ненавидят меня и убьют, как пить дать.

- А испанец? Мести, как же мы оставим его на корабле?

- Ничего, сэр, он безоружен, да если и найдет оружие, у него не хватит духа пустить его в ход.

Джек и Мести спустили лодку и отправились на берег, люди были так пьяны, что не могли пошевелиться и ничего не слышали. Они завладели катером, прибуксировали его к кораблю и привязали вместе с другой шлюпкой под кормою.

- Теперь, сэр, давайте спать; утро вечера мудренее.

Джек плохо спал в эту ночь; печальные предчувствия томили его; он сознавал, какую ответственность взял на себя, и был очень недоволен собою.

Мести встал на рассвете, за ним поднялся и Джек, они взглянули на берег, но там еще никто не выходил из палатки. Наконец, когда Джек кончал завтрак, показались двое или трое людей, они осматривались, как будто чего-то искали, потом направились к тому месту, где стоял раньше катер. Джек взглянул на Мести, который оскалил зубы и сказал:

- Подождите немножко.

Затем люди пошли вдоль берега, пока не поравнялись с кораблем.

- Эй, корабль!

- Галло! - ответил Мести.

- Подайте шлюпку и бочонок воды.

- Я это знал, - воскликнул Мести, потирая руки, - масса Изи. Ответьте им нет.

- Но почему же не дать им воды. Мести?

- Потому что они заберут шлюпку, сэр.

- Это правда, - ответил Джек.

- Слышите вы там, на борте? - крикнул боцман. - Сейчас подайте шлюпку, или мы перережем вам глотки, как Бог свят.

- Я не дам вам шлюпки, - ответил Джек.

- Не дадите? Не дадите? Ну, так мы с вами разделаемся, - ответил боцман. Затем он ушел с товарищами в палатку, а минуту спустя все высыпали на берег с ружьями.

- Праведное небо! Не будут же они стрелять в нас, Мести?

- Подождите немножко.

Матросы остановились на краю берега, против корабля, и боцман снова окликнул его и спросил, пришлют ли на берег лодку.

- Вы должны сказать нет, сэр, - заметило Мести.

- Вижу, что должен, - отвечал Джек, и крикнул боцману: - Нет!

Хитрый негр угадал план матросов: добраться вплавь до шлюпок, стоявших за кормою, стреляя с берега в Джека и Мести, если они вздумают помешать. Несколько человек остались на берегу с мушкетами наготове, а боцман и двое других стали раздеваться.

- Стойте, ради Бога, стойте! - крикнул Джек. - Бухта кишит низовыми акулами, клянусь вам.

- Очень мы испугались ваших акул! - возразил боцман. - Держите мушкеты наготове, ребята, и всякий раз, как он или негр высунут головы, палите в них, а ты, Джек, пошли-ка ему пулю.

- Ради Бога, не пускайтесь вплавь! - кричал Джек в тревоге. - Я найду способ доставить вам воду.

- Нет, уж поздно, карачун вам! - ответил боцман и бросился в воду; другие двое последовали за ним, а в то же время раздался выстрел, и пуля просвистала мимо уха нашего героя.

Мести стащил со шкафута Джека, который почти лишился чувств от мучительной тревоги. Он упал на палубу, затем вскочил и бросился к амбразуре взглянуть на плывших. Он видел, как боцман с громким криком рванулся вверх и почти в то же мгновение исчез под водой, окрасившейся его кровью.

[Рис. 4]

Мести, заряжавший мушкеты, на случай, если матросы завладеют лодками, отбросил оружие.

- Ружья нам не понадобятся, - сказал он. Джек закрыл лицо руками. Но трагедия еще не кончилась. Двое людей, плывших за боцманом, повернули к берегу, но прежде чем они успели добраться до него, еще два прожорливых чудовища, привлеченные кровью боцмана, нагнали их, и они также исчезли в их пастях.