Страница 137 из 350
Подали чай, и беседа вошла в привычное русло. Нарциссу расспрашивали об учебе, успехах в музыке и рисовании, попросили что-нибудь исполнить. Она даже сыграла. Мысли витали вдали от этой комнаты и этих людей. Аплодисменты, восхищенные вздохи — у девочки талант. Краем уха она слышит о том, что Блэки приехали ненадолго, потому и раньше остальных гостей. Прием был назначен на вечер, а сейчас часы показывали половину двенадцатого.
Еще через двадцать минут Нарцисса поняла, что больше не может находиться в этой комнате. Ей здесь душно и тяжело.
— Простите, я пойду к себе. Мне еще нужно кое-что подготовить.
Отец чуть улыбнулся и кивком головы отпустил именинницу. Девушка подошла к нему и склонилась для отеческого поцелуя. Уже выходя из комнаты, она услышала голос матери Сириуса:
— Понятия не имею, что с ним делать! Вот сегодня, мало того, что еле уговорили поехать с нами, так он еще и не стал заходить в дом.
— Так Сириус здесь? — удивленно спросила мать Нарциссы.
— Да. Здесь, если можно так сказать. Такого пренебрежения к этикету я еще нигде не встречала. Даже не соизволил поздравить нашу милую девочку!
Нарциссе было этого достаточно. Она опрометью бросилась по коридору, но не к своей комнате, а прочь из дома.
— На поиски Сириуса отправилась? — ехидный голос Регулуса Блэка заставил ее приостановиться.
— Не твое дело! — с ангельской улыбкой отрезала Нарцисса.
— А если родители узнают?
— О чем?
— О вас!
— Бедненький, по тебе клиника Святого Мунго плачет, — с сочувствием проговорила Нарцисса. — Там, говорят, от паранойи лечат. Хотя… — она окинула юношу с головы до ног презрительным взглядом, — тебе уже ничего не поможет.
Унизительный смех заставил Регулуса прирасти к полу, а Нарцисса с улыбкой продолжила свой путь. Пусть этот сопляк знает, с кем имеет дело. Нарцисса сбежала по широкой лестнице. Она знала, куда идти. Где еще мог находиться этот возмутитель спокойствия? Девушка пробралась в заброшенную часть сада и остановилась за большим розовым кустом. Сириус с хмурым видом сидел на большом пне и что-то вырезал из куска дерева. Рядом на земле валялась как попало брошенная мантия. Да уж. Нарцисса невольно усмехнулась, очень живо представив, сколько усилий приложили родители для того, чтобы празднично нарядить эту бестию! Но результат того стоил, хотя шелковая синяя рубашка была безжалостно засыпана стружками, впрочем как и брюки, и нарядная мантия, на которую ветер заботливо сносил стружки, падающие на землю.
Нарцисса поправила выбившийся из прически локон, придала лицу строгое выражение и вышла на полянку. При виде девушки Сириус тут же отложил свое занятие и встал.
— Знаешь, кто ты после этого! — вместо приветствия прошипела Нарцисса.
— Нет! Но не сомневаюсь, что ты мне сообщишь. И после чего, «после этого», кстати?
— У меня сегодня день рождения! — девушка приблизилась к нему и одарила сердитым взглядом.
— Я в курсе. Целых пятнадцать лет.
— В курсе? Да ты… ты…
Она размахнулась и сердито стукнула его кулачком в плечо.
— Ты даже не удосужился прислать мне открытку, ты даже на письмо не ответил.
Она снова стукнула его, на что он только усмехнулся.
— Я же приехал к тебе.
— Приехал?! — от возмущения она задохнулась. — Ко мне? Ты даже в дом не зашел! Окопался тут…
— Но ты же меня нашла…
— Вот это наглость! Я в свой собственный день рождения должна лазать по всем закуткам сада в поисках гостей?!
— То есть я для тебя обычный гость?
Нарцисса сердито надулась. Почему она всегда прощала его выходки? Ответ на этот вопрос придет гораздо позже. Возможно, слишком поздно. А в тот день она просто в возмущении еще раз стукнула его. Он даже не покачнулся. Тогда она ударила сильнее. Снова никакой реакции. Только в темно-синих глазах плясали чертики.
— По сценарию ты должен упасть, — надувшись, сообщила Нарцисса.
— Ага. Сейчас. Только сосредоточусь.
— Ах, ты…
Девушка рассердилась окончательно и с новой силой заколотила по его плечам. Злость на него за испорченное утро боролась с радостью от того, что он все-таки приехал, он все-таки здесь. Неизвестно почему, но именно его внимание было так нужно сегодня. И восемь писем от поклонников из школы, и подарок отца — потрясающий белый скакун, которого она давно хотела, а сегодня едва взглянула — все померкло перед мыслью, что он забыл.
Кулачки все стучали и стучали по его плечам, а он все не желал не то что падать, но даже покачнуться. Нарцисса уже готова была разреветься от досады, но Сириус внезапно перехватил ее запястья и весело произнес:
— Пора тебе трезво оценить свои возможности, — он окинул ее задорным взглядом. — Маленькая, тощенькая, на тебя дунь посильнее — улетишь.
Он чуть потянул ее на себя.
— Это я маленькая? Я тощенькая? Ну, знаешь, с такими заявлениями мог бы вообще не приезжать. Устроил праздник!
Она сердито закусила губу.
— Ладно. Я пошутил. Ты сегодня просто здорово выглядишь. Я не хотел тебя обижать.
— Твоя мама сказала, что ты не хотел ехать сюда, — обиженно проговорила она.
— Я не хотел ехать с ними. Не хотел наряжаться в эту дурацкую одежду. Не обижайся, а?
Она подняла на него недовольный взгляд.
— Ну, хочешь, я уеду?
О Мерлин! Он что твердо решил доконать ее сегодня?
— Дурак! — выпалила Нарцисса, вложив в это слово все, что передумала о нем за это утро.
При этом она резко рванулась назад, подцепив его ногу своей. Сириус дернулся, пытаясь ее удержать, и не сразу заметил подножку. А когда заметил, было поздно: опорная нога поехала, и юноша со всего маху грохнулся на спину, потянув Нарциссу за собой. Он никогда не отличался щепетильностью в подобных вопросах.
— Ударился? — шепотом произнесла она.
— Ничего, — так же тихо ответил он, стараясь восстановить сбившееся дыхание.
— И все равно ты… ты…
Он резко потянулся вперед, звонко чмокнув ее в щеку.
— Прости. С днем рождения тебя.
Нарцисса почувствовала, что щеки начинают гореть, но постаралась придать лицу строгое выражение.
— Не прощу!
— Пожалуйста, — его голос был еле слышен. — У меня и правда сегодня было паршивое утро. Если еще и ты не простишь, то я…
Нарцисса почувствовала, как заколотилось сердце, отдаваясь гулким стуком в ушах. Непонятное волнение, смешанное с жалостью к нему и собственной пьянящей властью.
— Хорошо… Я подумаю…
— Отлично.
Его губ коснулась улыбка. Он чуть шевельнулся, явно намереваясь встать, предварительно отодвинув Нарциссу. Девушка не позволила. Она решительно толкнула его в плечи и оперлась о них локотками, подперев голову. Синие глаза мгновенно потемнели, а на скулах проступил румянец.
— Нарцисса, я…
Он кашлянул и снова пошевелился.
— Не так быстро. Ты должен мне… — девушка сделала вид, что задумалась, ощущая его напряжение каждой клеточкой своего тела.
Прохладный летний ветерок, ласково касающийся лица, показался нестерпимо горячим. Таким же горячим, как его руки, сжимающие ее талию. Смешно. Он сам себе противоречил. Утверждал, что хочет встать, а сам изо всех cил держал ее, будто боялся, что девушка исчезнет, обернувшись серебристой птицей. Эту странную ассоциацию навеяло ее невесомое платье цвета хрусталя. Так как Нарцисса демонстративно размышляла над карой для него, юноша не выдержал первым.
— Слушай, ты… кхм… платье испачкаешь… кхм.
— Ничего. Эльфы постирают.
— Нарцисса, мне жестко и неудобно.
— Когда ты только упал, сказал, что тебе «ничего».
— Передумал, — хмуро сообщил парень.
— Зато мне удобно, а я сегодня именинница, — Нарцисса чуть шевельнулась, устраиваясь удобней.
Сириус резко вдохнул и решительно заявил:
— Ну, хватит. Говори, чего я там тебе должен и вставай. Тебя уже ищут, наверное.
Нарцисса победоносно улыбнулась. Он редко сдавался. Очень редко.
— Ты мне должен… ответ на один вопрос.
— Эй! Это нечестно, — дернулся юноша, но был вновь прижат к земле.