Подъем

- Папа, - подойдя ко мне, Софийка заваливается верхом, кусая меня за плечо. И это самое худшее, на что способна годовалая девчонка. Намертво сцепляя зубы, она вызывает возглас даже у такого сдержанного крепкого мужчины, как я. - Дай!

Я вручаю ей свои солнечные очки, опасаясь, что дочь отгрызет от меня кусочек, и вновь принимаюсь любоваться той, кто привнесла в мою жизнь улыбку. Во мне еще живы воспоминания об обуявших меня эмоциях, словно только вчера, она в ужасе округлила глаза, глядя на электронный тест, пока я сидел и, не шевелясь, ждал вердикта. Будто лишь пару часов назад, я как последняя размазня торопливо вытирал глаза, ожидая, пока акушерка вручит мне маленький сверток, считая эту сморщенную девчушку самым лучшим творением природы. За одно это она достойна пьедестала, особого места в моем сердце, которое принадлежит ей на веке, потому что иначе я уже не умею.

- Машка.

- Что?

- Я тебя сейчас поцелую.