Страница 64 из 167
- Твой брат проснулся... Капитан приглашает пассажиров в рубку, он хочет познакомить их с кораблем. Ты пойдешь с нами?
- Обязательно! - воскликнула девочка. - Бабушка, подождите меня. Я лечу.
Она помчалась по безлюдному коридору и на бегу успела подивиться: куда же исчез гражданин Ивен Камерон?
Удивительное зрелище - прорыв кораблем суперповерхностной границы и выход его в привычное трехмерное пространство.
Редкое, захватывающее!..
Жаль, что Кени, вновь усыпленный с помощью облатки, как, впрочем, и остальные нормальные пассажиры, не мог наблюдать за ним.
В последний раз перед посадкой на Каледонию два десятка оперантов, в том числе Гран Маша и Ди, собрались на смотровой палубе, заняли места перед огромным окном в ничто.
Фосфоресцирующая, привораживающая серость за кристаллическим стеклом, привычное небытие чуждого нам мира внезапно как бы треснуло - извилистая черная молния вдруг расколола лимбо, и корабль на мгновение попал в водоворот цвета. Все дело было в психологическом восприятии происходящего за бортом, однако никто пока не мог объяснить, почему каждый наблюдатель полагает, что центр прорыва находится прямо перед ним, из какой бы точки трехмерного пространства он ни следил за этим событием. Свернутая в спираль радуга всегда раскручивалась точно перед глазами зрителя. Мелькание теплых ярких тонов, цветовой аккорд длился около полуминуты, затем перед затаившими дыхание пассажирами открылась усыпанная звездами ширь, и примерно четверть поля зрения иллюминатора занял покатый бок серовато-голубой, с частыми золотистыми бликами планеты. Яркие искорки искусственных спутников пробегали по спелому, налитому, покрытому кожурой атмосферы яблоку Каледонии. Прошло несколько мгновений, и из-за края планеты выплыла плоская, сверкающая, как новенькая серебряная монета, луна - Ре Нуад.
- Боже мой! - воскликнул один из зрителей - доктор, подписавший контракт с администрацией шотландской колонии. - Она - прекрасна!
- Пока не попадешь под местный дождь, - отозвалась женщина-инженер. Взгляни-ка на ту тучу, что выползает из-за края планеты.
- Облачность вертикального развития, - заявил кто-то авторитетным тоном. - В основном состоит из кристалликов льда и изрядного количества вулканического пепла. Толщина слоя порядка нескольких десятков километров...
- Сколько? - раздался удивленный голос.
- Много! - отрезал тот же знаток. - Вам же сказали: все замечательно, пока не попадешь под местный дождь. Я бы добавил: и град... Солнечные лучи с трудом пробиваются через эту пелену, так что на Каледонии полгода можно не увидеть солнца...
Остальные полгода вы постоянно беспокоитесь, как бы не утонуть.
Большинство взрослых засмеялось. Доротея с трудом сдержала улыбку.
Еще на Земле она подолгу рассматривала объемные тридиизображения Каледонии, но все это не шло ни в какое сравнение с увиденным въявь. Никакого сходства со знакомой, мраморно-голубой Землей, с разбросанными по ее поверхности пятнами облаков. Новая родина шотландцев, успевшая повернуться ночной стороной, раздавшаяся вширь, казалась гигантским дымчатым опалом, уложенным на черный вельвет межзвездного пространства.
-... как раз об этом и говорил капитан, - сказал кто-то за спиной Ди. - Наш полет со сверхсветовой скоростью закончен. Сейчас запустят ро-двигатели, и мы начнем снижение.
Дымчатая паутина струек огня покрыла стекло, но через несколько мгновений звездолет вошел в тень планеты, и непроглядная матовая тьма застила округлый иллюминатор. Кое-где по подстилающему мраку то и дело вспыхивали зарницы - их словно разбрасывали горстями. Грозы, объяснил капитан, такие, что и представить невозможно, но, по каледонским понятиям, - это вполне обычное явление. То здесь, то там сквозь черную завесу просвечивали неясные буро-малиновые пятна - в тех областях действовали вулканы.
Когда корабль пробил толщу туч, в бликах частых вспышек молний глазам Доротеи открылась неоглядная даль океана. Корабль наподобие Ноева ковчега беззвучно мчался над первобытными водами. Всполохи молний слепили глаза. Капитан, сидевший возле бара, пояснил, что прокатывающиеся по планете бури, развивающиеся на высоту до двадцати одного километра, способны вдребезги разнести пассажирский рокрафт. Как будто в подтверждение его слов, совсем недалеко от "Друмадуна Бей", в океан ударил разряд - колоссальное, ярче тысячи солнц, ветвистое дерево вспыхнуло справа по курсу звездолета зрители на миг потеряли зрение - и угасло... Ударил гром, прокатились раскаты, и только на сетчатке глаз долго светилось угольное подобие гигантской молнии.
Еще через несколько минут полета на горизонте рваным контуром огней выплыл континент Клайд. Тут же мириады крохотных золотистых и белых вспышек заполонили поле иллюминатора. Корабль как бы попал в непроглядную снежную бурю...
- Наблюдаемое явление, - раздался голос капитана, - это уникальный местный феномен. С ним можно столкнуться только на Каледонии. Свечение вызвано столкновениями со здешними формами летучих растений. Как только на корабле снимают защитное поле, сразу начинается подобная кутерьма. Мы, конечно, стараемся по мере возможности избегать встреч с полями диковинных пузырей - обычно они обитают на высоте шесть тысяч метров над поверхностью и называются "лайнух ановер" - но, случается, мы волей-неволей врезаемся в их скопления.
- Судовладельцы, естественно, скупятся на новое оборудование, позволившее бы звездолетам не снимать защитный экран до самой посадки, чтобы поберечь воздушные растения, - заметил человек, сидевший рядом с Ди. На голове у него красовался шотландский берет. Звали его Лори, его специальность считалась самой дефицитной на Каледонии. Он был биохимиком и прилетел сюда по контракту, заключенному с местной ассоциацией кооператоров.
- Воздушные растения! - встрепенулась Ди. - Мой папа их разводит, у него здесь целая ферма.
Лори глянул на девочку сверху вниз.
- Малышка, твой папа не разводит их. Он только собирает урожай. Небесная трава размножается естественным образом.
Корабль резко сбросил скорость, однако пассажиры, защищенные от перегрузок ро-полем, даже не почувствовали этого - просто пейзаж за окном почти замер, потом звездолет плавно развернулся, и впереди, по правую руку, обнажилась цепочка огней. Дрожащие отсветы легли на воду... "Друмадун Бей" вползал в обширную бухту, где ему предстояло приводниться. Местный аэропорт был еще слишком мал для безопасного приема линейных транспортных звездолетов.