Страница 10 из 100
– Дарья Александровна! Вы… настолько восхитительны, что… Я даже не знаю, какими словами можно выразить… – тут я окончательно запутался в великом и могучем русском языке…
– Пойдемте, нас уже хозяин ждет, – улыбаясь, она прошла к столику возле «голландки», которая источала мягкое тепло.
Оставив шинель с шашкой в гардеробе, я застегнул ремень с кобурой, оправил китель и присоединился к ней. Кондитер уже стоял возле столика.
– Чем Вы нас угостите, уважаемый?
– Для такой прекрасной дамы, как Ваша спутница, старый Лейба может предложить только самые изысканные угощения! – было заметно, что и он потрясен Дашиной красотой, – я осмелюсь предложить Вам свежайшие эклеры, приготовлены за полчаса до Вашего прихода, есть также пирожные «Мадлен» и «Макарон». Если пожелаете, есть очень вкусные «трюфеля», и, конечно же, я сварю Вам кофе по своему фирменному рецепту! Такой кофе, как варит старый Лейба, не варит никто! Я делаю это вот уже тридцать лет и за это время ни один человек не сказал, что мой кофе ему не понравился! Подождите несколько минут, и Вы в этом сами убедитесь! – с этими словами он понесся со всей возможной для него скоростью за буфетную стойку.
– Денис Анатольевич, признайтесь, Вы меня разыграли. Обещали мне знакомство с таинственным героем, а кондитерская пуста, кроме нас здесь никого нет.
– Это знакомство сейчас произойдет, только прошу, закройте глаза и не открывайте, пока не скажу.
– Хорошо, я закрою глаза, но обещаю, что буду подглядывать…
Я с таинственным видом достал из кармана фигурку маленького самурая, поправил на нем мечи и поставил на стол перед Дашей.
– Все, можете открыть глаза, Дарья Александровна!
Самые красивые глаза в мире открылись, увидели куколку, открылись еще шире в восхищении:
– Боже, какой красивый! Это кто – японец? Какая прелесть!
– Знакомьтесь, отныне это – Ваш преданный слуга и защитник, японский самурай… Денио Гуро. Отныне его жизнь принадлежит Вам и единственная задача в этом мире – защитить Вас от любой опасности и неприятности, какими бы они не были. Сейчас он принесет клятву верности и освободить от этой клятвы можете только Вы, или смерть. Ты клянешься, Денио Гуро, защищать госпожу не щадя своей жизни?
Я наклонил фигурку в почти традиционном японском поклоне и ответил за нее: «Хай!»
Даша медленно взяла фигурку в руки и посмотрела на меня каким-то новым, глубоким, серьезным взглядом.
– Денио Гуро… А почему самурай? Они лучшие воины, чем наши богатыри, например?
– Нет, самураи, как и богатыри, были кастой профессиональных военных. В наше время их бы назвали нетитулованными или служилыми дворянами. Они с детства воспитывались как Воины, готовые умереть в любой момент. Самурай скорее сделал бы сеппуку, чем нарушил свою клятву или кодекс Буси-до, а там сказано: «Если самурай стоит перед выбором: жить, или умереть, то он должен выбрать смерть.»
– У каждой клятвы есть две стороны. Я тоже клянусь, что буду любить и оберегать тебя, мой отважный рыцарь! А что такое «сеппуку»?
Увидев, что к нашему столику уже спешит Лейба с подносом, на котором «дымится» небольшой кофейник и стоят две маленькие чашечки, я был вынужден поторопиться с ответом:
– Сеппуку – это особая форма ритуального самоубийства… Подробнее могу рассказать на обратном пути. А сейчас мы будем пробовать самый лучший в мире кофе самого лучшего в мире кондитера…
– Я таки вижу, что Вы не успели даже соскучиться, как я успел сварить кофе, – кондитер аккуратно расставил на столе чашечки и кофейник, – И еще раз не успеете соскучиться, как будете пробовать вкусные пирожные, – он опять убежал, но через минуту появился у стола с большой тарелкой различных пирожных и печений, – Таки пробуйте все, чтобы потом помнить где Вы получали такое удовольствие. Особенно порекомендую эклеры, таки я не зря предчувствовал, что сегодня будут в гостях такие хорошие люди… Не буду мешать, если я понадоблюсь, Вы только подумайте, и я таки сразу буду здесь…
– Денис Анатольевич, а Вы подробно знаете японские обычаи? Расскажите что-нибудь…
– Я знаю не так уж и много. И в основном, про японских воинов – самураев, ниндзя…
– Про самураев я немного знаю, а кто такие нидзя?
– Правильно называть их «ниндзя». На русский язык «нин» переводится как «красться, скрываться», еще «ниндзя» часто переводится, как «скрывающие личность». Это – профессиональные шпионы и диверсанты, отлично организованные и обученные. Никто в мире не может с ними сравниться. А самураи – это каста воинов, по аналогии с Европой это – рыцарское сословие, но есть и отличия. Если рыцари в своем большинстве хорошо умели только воевать, то настоящий самурай должен был разбираться в буддийской философии, живописи, музыке и поэзии. Особым шиком считалось сочинять трехстишия – «хайку», в трех строках порой заключался огромный смысл: и жизненный, и философский.
– А Вы можете что-нибудь прочитать, господин самурай? – Даша насмешливо прищурилась.
– А могу, слушайте:
Или вот еще:
– Как здорово! Несколько слов, а нарисована целая картина!.. А чьи стихи Вы читали на посиделках? Стиль не японский, а смысл… – тоже несколькими словами создан целый мир ощущений… Кто их автор?
– Я их вычитал в каком-то литературном альманахе и не запомнил автора…
(Да простит меня Мария Семенова, но она напишет своего «ВОЛКОДАВА» только в 90-е. А как я это объясню Даше?)
– Но запомнили стихи…
– Такие стихи стоит запомнить, они сразу на душу ложатся.
– Почитайте, пожалуйста еще, если помните.
– С удовольствием, слушайте…
– Да… Такие стихи стоит запомнить… В них такое… даже не объяснить словами… просто чувствуешь, что прикасаешься к чему-то сокровенному, тайному… Хотя, все самое обыденное – кот, пес, хозяин…
– Тут вопрос не в том, кто действующее лицо, а в том, как он воспринимает окружающий его мир. У тех же японцев есть пословица – «Будда в капле воды», в том смысле, что даже капля дождя на листике – это одно из бесконечных проявлений Божественного. Кто-то это видит, а других это оставляет равнодушным.