Страница 86 из 120
Старым друзьям Луговому Жаворонку Бурке, Бэзилу Уимборну и Амери Роккаро в Скрытых Ручьях устроили трогательный прием; их встречали как героев, принесших свободу первобытным. Почести распространились и на тридцать сорвиголов-пилотов, инженеров, техников, на которых население Ручьев возлагало огромные надежды. Штат новой экспедиции тут же окрестили "бастарды Бэзила" - с легкой руки Денни Джонсона, начальника первобытного гарнизона. Бывший альпинист и профессор Оксфорда был весьма польщен этим прозвищем.
После небольшой разминки в общественной бане вновь прибывшим был дан торжественный ужин из жареной рыбы и клубничного торта, на скорую руку испеченного Мариаленой Торрехон. Заведующий винными погребами Перкин самолично разливал рислинг, ароматное вино и сладкий белый мускат; заздравные тосты следовали один за другим, в результате чего многие жители деревни, а также бастарды Понго Уорбертон, Уклик и Шеймус Максуини не присутствовали на благодарственной мессе, которую отслужила Амери по завершении столь знаменательного дня.
Наконец старик Каваи привел измученную монахиню в коттедж под соснами, хотя та противилась, говоря, что теперь это его дом и таковым должен оставаться.
- Об этом после, - заявил бывший электронщик. - Теперь ступай отдохни в спальне. Дух мадам благоприятствует этому, а я, честное слово, не стерплю, если ты откажешься от такой чести. Мне привычнее спать на тюфяке в кошачьей компании.
Он открыл дверь и пропустил Амери вперед. Она застыла на пороге, потом внезапно опустилась на колени и воскликнула:
- Дея!
Изящный маленький зверек, одетый в золотисто-песочную шкурку с черным кончиком хвоста, подбежал и прыгнул ей на руки - ни дать ни взять пума в миниатюре, если б не уши и не большие глаза.
Амери ласково гладила свою мурлыкающую любимицу, на глазах у нее блестели слезы.
- Думала, никогда больше ее не увижу. Она скучала обо мне, Каваи-сан?
- Вообще-то у нее были развлечения, - невозмутимо ответил японец и указал на ящик под столом, откуда выглядывали три крошечные головки. - Им девять недель, все коты и пока что безымянные. Решил тебя дождаться. Знаешь, я дал обет мученикам Нагасаки...
Он свесил голову, и подозрительные капли покатились по кимоно. Амери опустила кошку на пол, встала и обняла его.
- Бестолковый старый буддист!
Потом она занялась котятами, а он пошел проверить, хорошо ли взбита постель в спальне.
- Назову вас Тарс Таркас, Каргорис и Эдгар, - сказала монахиня, сажая котят, а заодно и мать обратно в ящик. - Вам суждено стать родоначальниками всех домашних кошек.
Она кряхтя поднялась с пола, ощущая ломоту в костях и головокружение от усталости после всего, что пришлось пережить. Но недомогание как рукой сняло, едва она обвела взглядом маленькую комнату, служившую кухней и одновременно гостиной. Ее единственный дом в плиоценовом изгнании! Она прожила здесь всего несколько недель, пока Анжелика была в экспедиции, но успела запомнить и полюбить каждую мелочь. Вот занавески ручной работы, вот любимая кружевная скатерть мадам, вот коврики, сшитые из шкур. У камина стояли медная кочерга, совок и таган, отлитые Халид-Ханом, рядом корзинка для рукоделия Мизы Черил-Энн. Ее собственная богословская и медицинская библиотечка тоже на месте, в шкафу, и монашеский клобук целехонек - недаром она перед отъездом насовала в карманы мешочков с травами. А вот тут, в шкатулке, деревянные четки - их выточил для нее Клод Маевский.
Каваи появился из спальни.
- Все готово.
- Как хорошо дома! - откликнулась она дрогнувшим голосом.
Старик низко поклонился.
- О-каэри насаи, Амери-сан. Добро пожаловать домой, дочь моя.
Бурке и Бэзил так вымотались, что все равно бы не заснули, к тому же надо было обсудить несколько неотложных дел.
- Пошли в мой старый вигвам, - пригласил великан индеец Денни Джонсона. - Познакомишься с тридцать первым бастардом Бэзила.
- Он очень стесняется, - добавил альпинист. - Наотрез отказался участвовать в празднике, поэтому мы проводили его в дом Жаворонка и натащили туда еды и выпивки. Надеюсь, он не объелся клубничным тортом. Маленький народ чересчур падок на сладкое.
Хижина вождя стояла вплотную к южному берегу каньона, в нескольких метрах от того места, где смешивались холодный и горячий ключи. Тонкая струйка дыма выползала из трубы на крыше и терялась среди нижних ветвей секвойи.
- Калипин! - тихонько окликнул Бурке и, откинув кожаный полог, ступил внутрь.
Денни и Бэзил последовали за ним в почти кромешную тьму. Возле каменного очага зашевелилось что-то красное, бесформенное.
- Луговой Жаворонок! Ну наконец-то!
- Утомился ждать? Не возражаешь, если я зажгу свечу?
- Придется напяливать маску, - ворчливо отозвался голос из темноты. Но что поделаешь, я же не у себя дома.
- Да ладно, не утруждайся, - сказал Бэзил.
- У меня свои инструкции. Ну вот, готово!
Бурке чиркнул спичкой и зажег две свечи в глиняной плошке. Их пламя осветило карлика средних лет в окружении грязной посуды и пустых бутылок из-под пива.
- Начальник нашего оборонительного гарнизона Денни Джонсон, представил Бурке. - Денни, познакомься, это Калипин. Лорд Суголл назначил его сопровождающим бастардов Бэзила к Могиле Корабля.
Денни протянул руку. Мутант после некоторого колебания пожал ее.
- Вас, людей, хлебом не корми - дай друг друга потрогать, - брюзжал Калипин. - Уж на что я стараюсь привыкнуть к вашим обычаям, но это ох как тяжело! Одна Тэ знает, как тяжело! - Он горестно вздохнул и хлебнул пива из бутылки.
- А как же мы тебя при въезде не заметили, дружище Калипин? удивился Денни.
- Да очень просто. Стал невидимкой - и все. - Карлика вдруг передернуло. - О-о, эти гомонящие первобытные умы! Странно, многие из моих собратьев готовы с вами породниться. А мой повелитель вообще уверяет, что нам без вас не выжить... Однако это тяжело. Ох, тяжело!
- Позади вигвама есть холм, а в нем пещера, которую я использую под кладовую, - сообщил Бурке. - Может, тебе там будет удобнее?
- Пещера?! - просиял мутант. - Мне так недостает земной защиты, с тех пор как мы перебрались с Луговой горы в Нионель! Слов нет - город большой, цивилизованный и немутагенный. Но для отдохновения души, для сладкого спокойного сна ничего лучше пещеры не придумаешь.