Страница 11 из 13
– Я поговорю с бабушкой, попробую ей объяснить, что я ее не бросаю. Ты пару дней сможешь подождать с моим переездом?
– Значит, ты согласна? Я даю тебе один день на бабушку и один день на твое увольнение, – говорил он, целуя ее. – Пока у тебя каникулы, проходи практику и увольняйся. Я рад, что ты меня правильно поняла.
В этот же вечер Вика поговорила с бабушкой. Так уж вышло, что их натянутые отношения давно остались в прошлом. Бабушка признала свою вину еще до переезда Вики. Теперь они жили, как две родственные души. Софья Павловна даже наведалась вместе с Викой в Лебяжий, чему Михаил Иванович был удивлен. Выслушав внучку, Софья Павловна спокойно сказала:
– Ты думаешь, я начну тебя сейчас осуждать за то, что ты будешь спать с ним, живя в одной квартире? Вы и так, наверняка, уже спите. Сейчас каждая вторая пара так живет. Девочка моя, глупо было даже думать, что у вас платоническая любовь. Нравится он тебе – живи, не обращай ни на кого внимания, чтобы люди не говорили или думали. Это твоя жизнь. Виктор, если и не сделает тебя счастливой, то сделает свободной от твоих дежурств. Обещай мне только одно: забегать ко мне в гости через день, а в выходной навещать деда. Пусть это будет твоей маленькой прихотью, и пусть он попробует тебе в этом отказать.
Виктор принял «маленькие» условия Вики, и они стали жить вместе, но постепенно условий для Виктора становилось больше. Так, Виктория отказалась от услуг приходящей «помощницы по хозяйству».
– Готовлю я не хуже твоей Галины, и если ты соизволишь мне рассказать, что ты предпочитаешь в еде, я справлюсь и без нее. А, если не станешь раскидывать свои вещи по всей квартире, я буду и убирать и стирать самостоятельно. Видишь ли, я не хочу, чтобы мои вещи проходили примерку в мое отсутствие, чтобы мне, не дай Бог, плевали в тарелку из-за ревности. Она ведет себя так, как будто я заняла обещанное ей место. Мне это неприятно.
– Хорошо. Пусть Галины не будет. Я готов перейти на твои ужины, а свои вещи, обещаю, бросать только в спальне. Я узнал кое-что о характере Виктории, прочитав значение имени, – говорил перед сном Виктор. – То, что ты по жизни победительница, я уже понял. Но, оказывается, даже выйдя замуж, ты долго будешь сомневаться в правильности этого шага. Твой партнер должен быть чутким и внимательным мужчиной, а ты подаришь ему доверие и искреннюю любовь. Будешь для меня заботливой женой и хорошей хозяйкой, – обнимая ее, говорил он.
– Вить, ты не до конца прочел текст. Там есть еще одна очень важная строка: «Она никогда не простит своему супругу обмана или неверности». Вот теперь, кажется, все.
– Все только начинается…
С родителями Виктора Вика виделась не часто. Они были знакомы раньше по-соседски. Впервые, они встретились в квартире Виктора в день его рождения. Это был понедельник, и Виктория поднялась раньше, чтобы успеть приготовить ему праздничный завтрак. Она уже усвоила, какие блюда ему по душе, что он больше предпочитает, и что он больше всего любит. К семи утра завтрак был готов, по кухне разнесся запах молотого и сваренного кофе, а на пороге квартиры стояли родители Виктора, приехавшие поздравить сына с днем рождения.
– Я понимаю, что любопытство не порок, но зачем, же так рано явились? – спрашивал он родителей. – Теперь я вынужден свой завтрак разделить с вами. Проходите, татары, буду делиться.
– Праздник перенесешь на выходной? – спросил отец, проходя в кухню и здороваясь с Викой.
– В субботу у нас другой виновник торжества и другие планы, – ответил Виктор, обнимая Вику и глядя на свою мать. – Десятого июля день рождения Вики, и мы поедем к ее деду. Давайте к столу. Вика готовит не хуже вашей Оксаны. Попробуйте, оцените и скажите: я не промахнусь, женившись на ней?
Они постепенно привыкали к обществу друг друга, которое их устраивало. Первое время Вика не знала чем заняться в свободное от брошенной работы время. Возвращаясь от бабушки, которую она навещала через день, заходила в магазин и готовила ужин. Стирка была раз в неделю, а убирать было не за кем. Все вещи лежали на своих местах, а мусорить было не кому. Вике нравилось отношение Виктора к ней. Очень скоро она поняла, его внимание к ней связано не только с сексом. Как правило, он возвращался с работы не позже девятнадцати и всегда с цветами. Это были три розы или хризантемы, герберы или лилии. Принесенные цветы в вазе, она ставила на стол, накрытый к ужину. На следующий день цветы меняли место прописки, перекочевывая в гостиную. Он не уходил на работу без жаркого поцелуя, а после ужина, они могли гулять или беседовать, сходить в кино или в клуб.
Виктора в Вике устраивало все. Его тянуло к этой молодой особе, словно магнитом. Провожая ее в машине на учебу, он уже ждал вечера, когда вернется с работы. Легкая на подъем, она даже после бурной ночи, выглядела прекрасно. Невысокий рост, темные волосы, зеленые глаза и стройная фигура сводили его с ума. Она была хорошей хозяйкой, интересной собеседницей, умеющей слушать, веселой и очень разносторонней. Его напрягало только одно: еженедельные поездки к деду Вики. Нет, он ничего не имел против самого деда, как и против самих поездок, но поговорив с Михаилом Ивановичем в первую поездку, он не знал чем себя занять, а букой казаться не хотелось.
– Ты, парень, меня извини, я человек простой и спрошу тебя по-простому: зачем тебе моя внучка?
– Я, Михаил Иванович, не знаю, что сказать. Нравится она мне. Настроен я серьезно, но чего в жизни не бывает.
– Одно то, что не сулишь золотых гор уже хорошо. А то, что работу заставил оставить, уважаю. Женщин, особенно молодых, беречь надо. Как бы ни сложилось, не обижай ее. У богатых свои причуды, только помни о том, что не все можно купить. Оставайся человеком, а не мешком с деньгами. Худой мир лучше ссоры, да и душе спокойнее, – говорил дедушка Виктории. – Ты не томись бездельем: привози ее утром, вечером забирай. Сейчас каникулы, привози в будний день, а выходной проводите вместе. Ты что же думаешь, я молодым не был?
Первое время Виктор пытался покупать ей вещи сам, они были дорогими, элегантными, но не по размеру.
– Вить, ты считаешь, что у меня нет никакого вкуса? – смеясь, спрашивала Вика, надевая обновку и демонстрируя ее перед ним.
– В твоем гардеробе нет ничего из того, что можно надеть на фуршет. Мы завтра должны там быть.
– И ты думаешь, что я за сутки могу поправиться на два размера? Говори мне адрес магазина, я завтра утром его заменю и буду готова вовремя. Не доверяешь, можем поехать вместе.
– Возьми карточку, здесь достаточно денег, код на обороте. Будь самой красивой.
Покупка удалась, и теперь Виктор только предупреждал ее о предстоящем событии, она готовилась к нему самостоятельно, и он всегда оставался доволен. Правда, у нее появились и новые заботы. Ей стоило научиться делать себе быстро прически, отрастить ногти, которые раньше коротко стриглись, научиться скромному макияжу и хождению в обуви на каблуке. Она не могла себе позволить выглядеть на приеме или вечеринке плохо, когда Виктор знакомил ее с кем-то и представлял: « Моя королева Виктория». На календаре было начало августа. Сидя на диване, он рассеяно смотрел телевизор и не слышал в первый раз вопроса Вики.
– Вить, что происходит? – спросила она, усаживаясь к нему на колени лицом к лицу, закрывая экран. – Ты меня не слышишь. Что-то не так?
– Завтра у меня встреча на корте. Я должен быть там с тобой.
– А проблема в чем? – спросила Вика, заглядывая ему в глаза.
– В том, что ты не играешь в теннис, – с чувством легкой досады, ответил он.
– А кто тебе об этом сказал? Мне конечно до Шараповой далеко, но кое-что я умею.
– Ты говоришь серьезно? Мне абсолютно не важно, как мы сыграем. Это, как прелюдия к беседе. Своего рода протокол.
– Не дрейфь! Пару сетов я, пожалуй, выдержу без тренировки, – улыбаясь, говорила Вика. – На будущее запомни: у меня много скрытых возможностей. Я хорошо держусь в седле, неплохо плаваю, умею водить машину, катаюсь на коньках, бегаю на лыжах и метко стреляю из ружья. Ты помнишь, как у Пушкина: « Мы все учились понемногу…», вот и я могу кое-чем блеснуть. Но, только запомни: светить своей красивой попой я на корте не буду, а майка и белые шорты у меня есть.