Ледяная птица

- Да уж, вижу, какой ты... скромник! - Герман засмеялся во весь голос. Ладно, не буду тебе мешать, но не забудь надеть бронежилет и шлем. Нам твоя голова сейчас важнее своих.

Он встал и отошел в сторону, туда, где Панама, довольно поглаживая себя по животу, в котором наконец перестало бурчать от голода, рассуждал о том, что, мол, как хорошо было бы, если б еще и спирта с собой прихватили. Оба горца, Лера и вошедший в доверие после успешной экспедиции за оружием Мохов сидели, прислонившись к стене и лениво слушали его треп.

- Вот ты говоришь, летчики, летчики... белая кость, - протянул Геннадий, увидев, что майор решил присоединиться к их обществу. - А вот ты, как старший по званию, со своими задачами не справляешься.

- Да я и не претендую ни на что. - Герман равнодушно пожал плечами и присел на корточки рядом с Лерой. - Хочешь, давай, командуй! Только что вы, зенитчики, без нас стоите? Кому без авиации нужны? Никому! Вот я и говорю, паразиты вы. На нас живете и за нами же охотитесь. Вредите тем, от кого кормитесь. Глисты, одним словом.

- Мы... мы... глисты? - взвился Панама. Он уже и не рад был, что зацепил майора. - Да вы, да мы... вас... как воробьев! Рогаткой!

- Вот-вот, я про то самое и говорю, - под общий смех сказал Герман. - И вообще, что ты с авиацией тягаешься? Кто вы, а кто мы!

- Ах, ну конечно, куда ж нам до вас! - Панама вошел в азарт и лихорадочно соображал, как бы уесть Германа. - Ты вон даже позывной себе взял "Небожитель"!

- Иронизируешь? - Герман приобнял Леру за плечо и прижал ее к себе. Девушка расслабленно прильнула к нему и положила голову ему на плечо. - А кто из вас... спецназа, пехоты, танкистов, моряков... разведчиков, комитетчиков... да бери кого хочешь, только летунов оставь в покое... Так вот скажи, кто из вас может похвастаться, что ему под силу сразу трех министров обороны в отставку отправить?

Курбан, с серьезным видом слушавший разговор, задумался.

- Подводники? - выдал он наконец.

- Не-а! - Герман чувствовал кожей теплое дыхание Валерии, и от этого его охватил какой-то необыкновенный подъем и желание чем-то удивить и поразить ее. - Ну, кто ответит? - спросил он.

- А ракетчики? - вставил Гарун. - Стратегические. Шарахнут так, что не только звездочки отлетят.

- Грубо, дружище, очень грубо! - Засмеялся Герман. - Можно сказать, примитивно. Мы тоже можем ядерный заряд нести, но этим не козыряем! Ты мыслью бери, мышцей извилистой.

- Ну, давай, выкладывай! - не выдержал Панама. - Какую еще байку вспомнил?

- Не байку, капитан запаса Пономарев, а то, что на самом деле с братухой моим старшим произошло.

С двоюродным. - Гера повернулся к Лере. - Вот вылезем отсюда, обязательно к нему в Питер заедем. Как, поедешь со мной?

- Ты сначала выберись! - Девушка состроила насмешливую гримаску. Она прекрасно поняла, что стоит за этим приглашением. - А там посмотрим, куда ехать!

- Ну так что натворил твой брат? - не унимался Панама. В зенитных войсках традиционно существовало ревнивое отношение к летчикам. - Утопил, что ли, маршалов? Вез и не довез?

- Масштабнее мысли, запасной капитан, масштабнее! - Герман прочел в глазах Леры намного больше, чем сказали ее слова. Его настроение улучшалось с каждой секундой. - Все, ребята, проще и прозаичнее. Министры - я даже не знаю, маршалы они у себя в странах или нет, - сидели у себя в кабинетах, и ни один из них и слыхом не слыхивал о летчике Сашке Врубеле! Было это в самом начале славных семидесятых, и однофамилец художника пребывал тогда в звании майора, хотя представление на подполковника в Севастополь уже ушло.

- Стоп, а почему в Севастополь? - Панаме очень хотелось поймать Германа на вранье. - У вас где штаб стоял?

- В Севастополе тогда был штаб Краснознаменного Черноморского флота, пояснил Герман. - КЧФ в простонародье. Шурик в морской авиации служил, и стояли они в смешном гарнизоне, который так и назывался - Веселое. Гвардейский полк, между прочим. Был он заместителем командира третьей эскадрильи и летал на "барсуке" - так янкесы наш ТУ-16 обзывали. А третья эскадрилья, это я вам скажу, не просто самолеты, а летающие танкеры. Заправщики воздушные. Для чего они нужны, надеюсь, всем понятно? Чай не в тайге выросли! Чтобы в случае войны можно было улететь подальше да шарахнуть там по авианосцу, не ждущему их на таком удалении.

А для того чтобы в реальном бою промашки не случилось, вылетали наши летуны на регулярные тренировки, причем все по-настоящему, без дураков. Приписок, как в восьмидесятые, еще делать не научились. Вот и приходилось братухе и членам его эскадрильи вылетать заправлять кого ни попадя - от первогодка-стажера и до командующего авиацией флота.

Утрирую, конечно. Кто летеху-салажонка допустит к штурвалу в таком сложном деле, как заправка? Ты попробуй это на полном ходу на дороге сделать, и то вряд ли получится! А тут в воздухе, когда бомберы наши многотонные бросает как щепки. А ты должен выпустить заправочную штангу, попасть ею в магнитную воронку, что в шланге заправочном находится, а потом дать захват и держать оба аппарата так, чтобы интервал между ними не уменьшался и не увеличивался.

Ну, короче, упражнение то еще. А не пройдешь, не сдашь его, повышения по службе можешь не ждать, бесполезно. Дальше правака не поднимешься! Правак, Герман повернулся к Валерии, - это помощник командира экипажа. Летает в правом кресле. Так вот был у моего брата дружок один. Еще с курсантской скамьи они вместе были. Денис Гамаюн. Летчик от бога! Мог, как говорится, на одном крыле летать. А вот по службе у него... одни приключения. Начштаба, когда узнавал, что Денис в наряд заступает, ответственным за него комэска назначал. Чтобы тот чуть ли не каждый час проверял, как у того дела идут. И то Гамаюн умудрялся в непонятки встревать, за что и страдал. Все его одногодки уже в майорах, кто зам комэска, кто командир отряда, а Гамаюн все еще капитан. Хорошо еще, с правого кресла в левое пересел. Ну, короче, вызвал его командир полка и говорит: прилетел проверяющий из Москвы, вывези его на заправку, ему для подтверждения классности нужно, а за это, так и быть, пойдет тебе представление на майора. Да и отрядным станешь, пора уже. Только чтобы все было тип-топ! У этого проверяющего о-го-го какие связи.