Страница 6 из 36
* * *
— Теперь твоя очередь, — сказала Арлин и слегка наклонила голову, чтобы переплести волосы на затылке. — Расскажи мне о своих родителях.
Каждая мышца в моем теле мгновенно напряглась. Все эти годы я старалась их забыть. Говорить о них — последнее, чего бы я хотела.
— Пропускаем.
— Ну, Нат. Ты никогда не рассказывала о них.
— А ты не думала, что на это есть причины?
— Но это несправедливо, — закапризничала она. — Я же ответила на все твои вопросы. Зуб за зуб и все такое…
Я не смогла сдержать вздох, и Арлин поняла, что победила.
— Хорошо. Но это та же история, что ты сто раз слышала от других сирот в Центре.
Арлин промолчала, но осталась непреклонной, ожидая мою историю — историю, которая при каждом воспоминании болезненно сжимала мое сердце.
— Знаешь, я никогда им не нравилась. Моим родителям.
— Я уверена, что это неправда, — она попыталась меня успокоить.
— Нет, это правда. Они были музыкантами. Моя мама купила все возможные добавки и прошла кучу сумасшедших процедур, чтобы ее ребенок родился музыкальным гением. Вместо этого им досталась я.
— Но ты же гений! — возмутилась Арлин, закончив плести косу.
— Научный гений. К тому времени, как мне исполнилось пять лет, я превзошла их. Они понятия не имели, что со мной делать. Мало того, у меня ужасный музыкальный слух. Мое пение звучит так же ужасно, как издаваемый гримусом визг, когда Солан сражался с ним.
Арлин рассмеялась.
— Мне ты можешь не рассказывать. В Центре, на уроках пения, когда мне приходилось стоять рядом с тобой, я засовывала в уши ватные шарики. И, тем не менее, это было очень мило.
— Мои родители, похоже, так не думали. Как только мне исполнилось тринадцать, и они на законных основаниях могли сдать меня в Центр, они сделали это. Прямо на мой день рождения. Они даже не попрощались.
Воспоминание о том, как мои родители повернулись и вышли из набора тройных дверей с воздушным замком, сдавило мое горло металлическим обручем. На глаза навернулись слезы, но я отказалась проливать их из-за таких ужасных людей. Возможно, в Центре я не чувствовала себя лучше, но, по крайней мере, я встретила там свою настоящую семью — Арлин и Сиенну.
— Мне очень жаль, Нат. Я не понимала этого.
Арлин положила руку мне на плечо и легонько сжала его. Тепло ее любви согрело мое израненное сердце и вытянуло его из темного одиночества на свет.
— Все нормально. Это уже пройденный этап.
«Достаточно лжи на сегодня!»
— Готово! — Арлин развернула меня и протянула крошечное карманное зеркало, найденное в лаборатории, которую спасли от разрушения Терраном.
Красивая ажурная коса начиналась с правой стороны моего лба и следовала до левого уха. Собранные волосы переплетались в толстую косу, которая закручивалась вокруг головы. Ощупав плетение, я поняла, что скрученные по спирали локоны, в конце концов, оказались в косичке, которую Арлин красиво уложила корзинкой и закрепила.
— Вау, — выдохнула я и посмотрела на сияющую от гордости сестру.
— Жаль, что у меня нет другого зеркала. Ты могла бы увидеть, что сзади коса напоминает цветок.
Я взглянула на нее и мои глаза увлажнились. Если обращение в Варга усиливает все эмоции, то, возможно, этот укус не для меня. Я едва могла выдержать прилив любви, которую испытывала сейчас к ней.
— Спасибо, — растроганно прошептала я, а Арлин заключила меня в крепкие объятия.
* * *
— Эй, а почему меня не пригласили на праздник объятий? — Сиенна стояла в дверях и улыбалась. Но я знала ее достаточно хорошо, чтобы разглядеть ее недовольство.
— Что случилось? — спросила я.
— Хе-хе, меня так легко прочитать, да?
— Для нас ты, — Арлин обняла ее и повела к столу, — открытая книга.
Сиенна пожала плечами, усевшись поудобней между Арлин и мной.
— Я немного обиделась. У Солана сверхсекретная встреча с новым Альфой племени Холма. Они выгнали меня из нашей хижины.
— Новый Альфа? Трайн ушел? — спросила Арлин, и ее голос задрожал. Вероятно, ее потрясло, что племя изгнало вождя лишь за то, что он остался жив после поражения в схватке с другим Альфой.
— Похоже, так, — подтвердила Сиенна. — Его зовут Маркон, и он брат Трайна. Думаю, он довольно долго шпионил на Солана. Он полностью согласен с идеей объединения племен, но потребуется время, чтобы убедить всех Варгов. Вот почему он здесь со своим Бетой — обсуждают стратегию с Соланом и Чорном.
— Это звучит многообещающе, — сказала Арлин и схватила Сиену за руку. — Так почему ты обижена?
Та рассмеялась.
— Это так глупо. Я обиделась, потому что меня выпроводили.
Мы с Арлин обменялись многозначительными взглядами. Сиенна всегда была ответственной, по крайней мере, за нас.
— Ты ведь знаешь, что у меня тоже есть идеи, — пожаловалась она. — Мужчины постоянно кричат, что почитают женщин и хотят их защитить. Но они хоть когда-нибудь прислушивались к нам? Нет!
Так и есть. Самцы Варгов так долго опекали быстро сокращающееся женское население, что утвердились в едином мнении — тот, у кого имеется влагалище, неимоверно слаб. Видимо, мужчины — везде идиоты.
— Может, ты поделишься своими мыслями с мужем позже? — стала размышлять Арлин. — Может, они просто хотели встретиться в частном порядке и сделать, ну, я не знаю, мужские заморочки…
— Не-а. Сразу после встречи Маркон немедленно возвращается в свое племя. Он опасается засады.
Серебряная нить, предшествовавшая идее, вращалась в моей голове так быстро, что я едва успела ее поймать. Резко вскочив и откинув стул, я, не раздумывая, помчалась к двери.
— Куда ты? — закричала мне вслед Сиенна.
— Узнать, насколько глупы эти мужики! — выкрикнула я на бегу.
Глава 6
Маркон
— Было бы намного легче, если бы Варги Долины не были бы такими дикарями.
Слова вырвались из уст Рикора, прежде чем я смог остановить его. Возможно, я ошибся, когда выбрал его помощником. Из всех наших лучших воинов у него была самая хладнокровная голова, но оказалось, он не мог удержать язык за зубами на простой дипломатической встрече.
Бета Солана, Чорн, ударил кулаком по столу так, что вся посуда на нем подпрыгнула.
— Посмотри на себя, кто бы говорил! — вспылил он.
— И что это значит? — насупился Рикор.
— Значит именно то, о чем ты подумал! — не унимался Чорн.
Мы с Соланом разочарованно переглянулись, когда наши самые надежные советники начали препираться. С каждым вздохом и рычанием их голоса становились все громче, а высказывания все грубее и резче.
«Видишь? Это то, с чем нам придется постоянно сталкиваться», — говорил взгляд Солана. — Хватит! — крикнул он, успокаивая воинов. — Слишком много лет мы спорим о том, кто виноват в Великом Расколе. Напомню — никто из сидящих за этим столом там не был. Это была вина двух упрямых, эгоистичных Варгов, которым должно было быть стыдно называться братьями.
Рикор и Чорн уставились на него.
— Ты плохо говоришь о Тобиасе и Вантере?
— А как еще он должен говорить о них? — вмешался я. — Вся эта ненависть. Все это соперничество. Это древняя история. Буквально. Мы всегда должны помнить прошлое, но пришло время смотреть в будущее.
— Мне не нравится эта ситуация, — добавил Солан, — но прямо сейчас наше будущее чертовски мрачно. Мы не проживем дольше двух поколений, если не удастся победить «застой» рождаемости девочек, а терранцы уже вторглись в южную часть леса. Это только вопрос времени, когда они нападут на нас.
— Они нападут на тебя! — усмехнулся Рикор.
Если бы он был самым рассудительным на Холме Варгов, то идея сотрудничества была бы лишь фантастикой. Лицо Солана покраснело, но он попытался успокоиться, проведя языком по губам и давая мне возможность вклиниться в разговор.