Страница 24 из 69
Когда образ был завершен, воспользовалась стихией Воздуха, хорошо просушила статую, а после, подвергнув ее обжигу, наблюдала с гордостью результаты своих трудов. Безликая вышла спокойной, печальной и весьма походила на свой общедоступный образ.
— Сильна, — хмыкнул тролль, хитро блеснув глазами.
— Талант, — поддакнул Шут, обойдя мое творение со всех сторон. — И главное, символичненько так.
— А кто проведет обряд? — не поддавшись общим восторгам, спокойно уточнила Кенниари.
— Знамо кто, — ответила, ехидно поглядывая на Чара. — Вон у нас какой самородок говорливый. Плюс, являет собой царственную особу, приближенную к вершителю всея и всего. Ему и карты в руки.
— Думаю, ты с этой ролью справишься ничуть не хуже, Лия, — не стал так просто соглашаться венценосная киса, еще и добавил с хитрецой: — К тому же будет уместней, если брачующихся соединит узами маг владеющей магией Смерти, ты не находишь? А из нас двоих именно ты добилась небывалых высот на этом поприще.
И вот вроде бы хвалит, а ощущение такое, словно издевается. Причем, искусно. Не подкопаться, и не оспорить…
— Ладно, — скрипнула зубами, досадуя на столь логичное объяснение. — По местам тогда, — скомандовала строго, принимая образ благостный и одухотворенный, уговаривая свою язвительную натуру, пойти куда-нибудь погулять на ближайший час, дабы не осквернить таинство остротами, которые так и просятся на язык.
Все повиновались. Я заняла место аккурат возле установленной статуи. Листик, облаченный в зеленый сюртук, золотистые брючки и черную шляпу цилиндр, с обещанной мной фрезией, волнуясь, замер рядышком.
— Хорош, — похвалила я нечистика шепотом, дабы внушить ему уверенности. Ведь костюм, наколдованный Чаром, хоть и являлся иллюзией, однако же, качественной и бесспорно нечисти идущей.
Парни выстроились шеренгой по краю тропки с одной стороны, девчонки с другой. И как-то так совпало, хотя, думается мне, не обошлось здесь без коварного Рыжика, что Далин замер, как раз напротив Инкинии и глаз решил с огненноволосой красавицы не сводить. Отчего у соседки к пламенному оттенку волос, еще и щеки приобщились.
Ну, а Шута к Кенниари, подпихнул Чарчер, который поначалу сам стоял напротив эльфийки, но потом резко о чем-то вспомнил, и беспардонно оттеснив Эрика на свое место, принялся вполголоса втолковывать это Биру. Недолго так, аккурат столько времени, сколько понадобилось Шуту, чтобы посетовать на наглость некоторых принцев и замереть спокойно.
Правда, платы и спокойно — понятия, друг друга исключающие, посему через мгновение Эрик потянулся к заплечному мешку и вытащил на свет футляр, как выяснилось со скрипкой.
Даже не знала, что он играет.
Судя по искреннему удивлению на физии Косматика, главный платовский подельник тоже был не вкурсе.
Но смущаться Шут не стал и, водрузив музыкальный инструмент на плечо, да подперев его подбородком, выдал первые звуки мелодии. А дальше… то, что сотворил со скрипкой Эрик, даже мою душу заставило сжаться, затрепетать и вознестиськ богам, настолько сие трогательно и прекрасно. Музыка — нежная, ранимая, словно только-только поверившая в счастье быть взаимновлюбленной, лилась из под смычка нашего пройдохи до того волшебно, что церемония грозилась отложиться на срок неопределенный, дабы все могли насладиться ею до конца. Даже платовские грифоны, повылазили из рукавов и, устроив морды на костяшках Шута, благоговейно смежили веки, наслаждаясь магией звуков. Чего уж говорить обо всех остальных?
Сам же виновник уставился, естественно, на Кенниари и так он на нее глядел… В общем, не у кого не осталось сомнений, для кого он играет.
— Ох, чудится мне, мы сегодня не одну свадьбу состряпаем… — со значением буркнул тролль, подпихнув локтем Демира подначивая, мол, шанс приятель не упускай.
Но мой огненный говорун не растерялся и с присущей ему ленивой насмешкой согласился:
— Да, думаю, Мариса будет не против. Так что дерзай.
По сконфуженному тролльему лицу враз стало заметно — дерзать он готов не был. Посему благоразумно прикрыл тему и варежку заодно.
А я только глаза к потолку закатила. Мне с одной стороны смешно наблюдать этакую боязнь Рина перед брачным обрядом, а с другой… После того, как его отец поступил с ним и его мамой, я прекрасно понимала разочарование друга в этом плане. Видимо, подсознательно и сам троллик опасался такого предательства, оттого и ершился на всех, почем зря.
Но отвлекались мы от основного действа недолго, потому как оно не пожелало стоять в сторонке, и спокойно дожидаться пока о нем вспомнят, и явило нам себя.
На поляне появилась… нет, не невеста, как бы сие не было закономерно, а толпа неучтенных, но негордых гостей весьма разнообразного, но характерно неживого плана.
Водяницы вынырнули из озера, и кокетливо хихикая, закружились в танце, бесстыдно выставляя напоказ тела, украшенные лишь тонким слоем чешуи. Водяной, восседая на коряге, словно на возке, запряженном огромным сомом, подплыл к самому краю воды и царственно уставился на нас рыбьими, плоскими глазищами, будто высокий ценитель искусства, занявший место в первом ряду. Мавки, лешие, кикиморы, замаран-девы и прочие пакостники, сбежались таким множеством, что будь они настроены враждебно — нам бы пришлось туго. Из-под земли повылазили скрипсы, в ветвях деревьев устроились вестники. И все были более чем заинтересованы происходящим.
Стоит ли говорить, что мы, мягко говоря, удивились?
— А праздник перестает быть томным, — счастливо потирая руки, возвестил Роник, заглядываясь на одну из мавок, призывно улыбающуюся парню.
— И не говори… — так же заинтересовано выдал Бир, страдая от разнообразия лестных, коварных прелестниц, мелькающих перед глазами, что дождевые капли — попробуй, уследи или поймай.
А вот на Листика стало жалко смотреть. Нечистикпобледнел и, видимо, усомнился в своей стойкости противостояния традиционным устоям, но отступать оказалось некуда. И мельком взглянув в мои решительные глаза, зеленый человечек в этом удостоверился полностью — с поляны ему два пути: или рука об руку с плакальщицей, или же, панически повизгивая, прикрывая пятую точку, тикать от огненных пульсаров, которыми я от души попотчеваю мелкого нарушителя обещаний. А поскольку второй вариант леприконуАурельский лес будет припоминать гораздо дольше, чем женитьбу, то и нечисть благоразумно осталась стоять на месте.
— Не дрейфь, — решила еще раз подбодрить брачующегося, — по-моему, все довольны происходящим, и никто не спешит тебя высмеять.
Ответом мне стал лишь прискорбный вздох, который намекал, дескать, плохо вы сирина Лия знаете здешних обитателей.
Я, конечно же, могла с утверждением поспорить, ибо сама уже на себе прочувствовала чувство юмора и гостеприимство сих мест, но… В общем, решила лишний раз не дергать зеленого.
От мыслей отвлекла песня.
Затянула ее нечисть, собравшаяся возле нас плотным кольцом, и откровенно говоря, слышать нечто подобное ни мне, ни ребятам раньше не доводилось. Для нее слова оказались не нужны, каждый из нас чувствовал смысл кожей, интуицией, эмоциями. И было в этом нечто такое… мистически-завораживающие, что происходящее и впрямь стало торжественным.
Оборвалась она так же неожиданно, как и началась, притом, что и Эрик, погрузившись в какой-то замысловатый творческий транс, прервал мелодию резко, волнующе, спонтанно. Однако через секунду мы убедились, что сие неспроста…
Плакальщица появилась на тропинке, ведшей к алтарю в ликующей тишине. И по изумленно взволнованной мордахе нечистика, стало понятно — от красоты невесты леприкон впал в ступор. И даже моргать забыл.
Завидев такие перемены и возродившуюся в Листике решительность довести действо до конца, я довольно улыбнулась, готовясь начать вещать. Даже такое количество гостей, не сломило мою тягу, скрепить сей союз. Посему, когда Айза, сверкая белизной одежд и бледным ликом поравнялась с не менее нарядным женихом, я взяла слово, стараясь не очень обращать внимание на медовые очи, следящие за мной со свойственным им доброй насмешливостью и лукавостью.