Страница 4 из 59
Я поставил бутылку на стойку и чувствовал, как жидкость согревает мои внутренности. Минуты тикали, и я обнаружил, что стою, глядя на электронные часы микроволновой печи. Прежде, чем осознать это, я сделал еще четыре больших глотка, и уже не мог сказать, что за цифры на циферблате: десять пятьдесят три или десять пятьдесят восемь. Ого, да я надрался быстрее, чем думал. Еще несколько минут и я улягусь прямо здесь, на полу в кухне и отключусь, так что я потащил свою задницу по коридору, покачиваясь и хватаясь за стены. Когда я очутился в гостевой спальне, то сразу плюхнулся лицом в подушку.
Я оцепенел. Миссия выполнена. Моя щетина издавала скрежещущие звуки, царапаясь о ткань наволочки. Я повернул голову в сторону, так как не мог дышать, с лицом, впечатанным в подушку. Мои глаза были плотно закрыты, и я чертовски сильно пытался позволить выпивке вырубить меня. Под закрытыми веками, я увидел разрывающиеся бомбы и шрапнель (прим. пер. — вид артиллерийского снаряда, предназначенный для поражения живой силы противника), бьющую в различные части моего тела. Я чувствовал, как мои мышцы непроизвольно дергаются. Опьянение погружало меня глубже в сон, но этого было недостаточно, чтобы забыться. Мне нужно выпить еще. И прежде чем я окончательно уснул, в голове мелькнула последняя мысль: я забыл снять мои чертовы ботинки.
Глава 2
Тимбер
2 месяца спустя
Стучась, я знал, что Слим собирался надрать мне задницу за двухминутное опоздание, но если честно, мне было плевать. Я был его самым усердным работником и знал: он никогда не уволит меня. Кроме того, кого выгоняют за то, что он опоздал на две минуты? Только вот я опаздывал на две минуты почти каждый день, с тех пор как начал здесь работать.
Спустя три недели после возвращения домой, я решил, что пора выходить в реальный мир. Я отправился на поиски работы и каждый чертов день возвращался с пустыми руками. По новостям не шутили, когда говорили об экономическом спаде и трудностях при поиске рабочих мест. Пока я был за границей, то копил каждую заработанную копейку, но я знал, что если буду продолжать пропивать свои сбережения, то должен найти работу, чтобы содержать новообретенную привычку. Однажды ночью, будучи в баре, я подслушал разговор нескольких деловых ребят о нефтегазовой сфере, куда требовались новые работники. Это было в нескольких часах к югу от Хьюстона. Я полагал, что это мог бы быть мой шанс, потому что ни хрена не находил здесь. Плюс, я был бы достаточно близко к отцу, и если бы ему понадобилась помощь, то я вполне мог быстро съездить туда-обратно. На следующее утро около полудня я покинул дом и три часа ехал в Порт О'Коннор, Техас, также известный как Ничья земля.
Компания в первую очередь качала нефть, но делала и дополнительные работы по добыче газа. Она называлась «A&S Emissions». Я пошел поговорить с человеком, который являлся тулпушером (прим. пер. — человек, который управляет процессом бурения на нефтяной вышке), а по существу был главным начальником месторождения и проводил собеседования. Когда я нашел его, он сидел с очень большим человеком, его голову украшала лысина, а любимым спортом, по-видимому, был пивной литрбол. Оказалось грузный, потный человек зовется Слим (прим. пер. — с англ. тонкий). Попробуй, разберись. Ответственным же лицом был Роджер. Они оба взглянули на меня, сказали несколько слов друг другу, и Роджер обратился ко мне:
— Ты здоровый сукин сын. Ты нанят. Начинаешь в понедельник и здесь будешь отчитываться перед Слимом.
Вот так и было. Меня совсем не спрашивали о моем предыдущем опыте работы или даже, как меня собственно зовут. Через неделю я узнал, что Роджер нанял меня из-за армейских татуировок на правой руке. Они выглядывали из-под рукава моей рубашки. Он служил двадцать лет и полагал, что любой человек, который может служить своей стране, достаточно хорош, чтобы работать на его месторождении.
Теперь, когда прошло чуть больше месяца, я прошел путь от Червя — самого последнего человека на площадке — до моториста. Я имел дело с проблемами, возникающими в области механики и обслуживания. Они узнали о том, что руки у меня растут из нужного места, когда в один неудачный день от одной из установок послышался ужасный скрежет. Несколько прокладок полетело, и я примчался и отремонтировал все прежде, чем мы потеряли огромный объем черного золота и денег. Мы стояли там, покрытые густым слоем грязи, Слим посмотрел на меня и сказал:
— Похоже, ты наш новый моторист.
Я понял, что Слим и большинство здешних парней, были немногословными людьми. Меня это устраивало, потому что я вообще не хотел разговаривать. Я просто хотел работать, от начала рабочего дня и до конца, и напиваться до бесчувствия.
В тот особенный день перед тем, как я отправился в свою очень небольшую квартиру в пятьдесят шесть квадратных метров с одной спальней (прим. пер. — считается небольшой квартирой по меркам США), Слим и Роджер подошли ко мне.
— Эй, Нельсон! — кричал Слим из рабочего вагончика. — А ты был в «Норе»? Это бар в городе.
Я вообще нигде не был в городе, после того как переехал сюда. Ходил на работу, в продуктовый магазин, здание мэрии, чтобы оплатить счета, и свою квартиру.
— Нет, — просто ответил я.
— Ну, значит, собираешься пойти сегодня вечером. Роджер хочет зайти туда и сказать привет своей племяннице. У нее день рождения, а она работает там. Будь готов через тридцать минут. Мы тебя заберем.
Я кивнул. Отлично. Последнее, что я хотел делать, это провести свой вечер с какой-то маленькой девчонкой, которая, вероятно, весьма заносчива, но ты не сможешь сказать боссам «нет». Я добрался до дома и вошел в переднюю дверь. Коробки до сих пор так и валялись вокруг. Не думаю, что буду жить тут постоянно, так что я даже не потрудился распаковать их. Я просто рылся в них, когда возникала необходимость. На столе лежала упаковка из-под пиццы с прошлой ночи и бутылка «Кроун», что была на три четверти пустая. Я подошел к ней и сделал глоток. Вытирая рот тыльной стороной ладони, я прошлепал в ванную, чтобы быстро принять душ. По крайней мере, я мог заставить себя выглядеть презентабельно для именинницы.
Не прошло и тридцати минут, как Роджер постучал в мою дверь. Когда я открыл ее, он просунул голову внутрь и сказал:
— Иисус Христос, это место пахнет потными носками.
Я пожал плечами и насмешливо парировал:
— Так купи мне чертовых освежителей воздуха Glade.
Он усмехнулся и хлопнул меня по спине. Я вышел из квартиры и запер дверь. Когда я устроился на заднем сиденье грузовика, Слим тронулся вниз по улице. Оказалось, «Нора» находилась в двух кварталах от места, где я жил. Полезная информация, я мог бы приходить в бар, надираться до синих чертей и возвращаться домой пешком. Когда мы подъехали, Слим припарковался на месте для инвалидов, явно не заботясь о том, что у него не было соответствующей наклейки на машине.
Мы вывалились наружу. Я вышел на тротуар и осмотрелся вокруг. Порт О'Коннор состоял из продуктового магазина, почты, полицейского участка и одной улицы, так что это было похоже на картинку из фильмов пятидесятых годов. В любой момент кто-нибудь по имени Уолли мог бы подбежать ко мне со словами «да ладно тебе, черт возьми» или «ерунда». Да, в этой части города я еще не был. Я усмехнулся про себя. И собственно не так уж много пропустил.
Обернувшись, я заметил ребят у входа в «Нору». Снаружи было достаточно ярко, да и жара казалась изнуряющей. Когда мы прошли через двойные двери, спертый воздух ударил мне в ноздри. Внутри было прохладнее, но не было холода от кондиционеров. Это было прохладное болото, место просто не имело необходимой системы вентиляции. Сигаретный дым атаковал обоняние. Мои глаза скользили взглядом вдоль четырех стен. Справа два бильярдных стола. Один сейчас занят: играют парень и две девушки. Одна из девушек отлипла от парня и что-то шептала ему на ухо, когда он нагнулся к столу и сделал удар. Всегда любил звук бильярдных шаров, врезающихся друг в друга. Я был хорош в бильярде, или, по крайней мере, раньше был хорош. Далее за столами был танцпол, и небольшой джукбокс (прим. пер. — музыкальный автомат. Работает по настройке, а также любой желающий может выбрать песню за деньги) в углу. Никто не пользовался им, но старая песня Джорджа Стрейта (прим. пер. — американский певец, один из наиболее популярных исполнителей кантри) звучала в колонках, напоминая нам, что все присутствующие находятся в Техасе. Типично. Слева был бар. Он имел форму подковы и вокруг него выстроились барные стулья. Кулер с различными сортами пива, а также винные шкафы у стены за прилавком. Мой мозг производил ментальное сканирование планировки, чтобы я мог выйти, если мне понадобится, а также людей, находившихся внутри. Это как остаточные явления армейской службы и обучения. Я заметил очень большого человека, сидящего на табурете рядом с дверью. Слим и Роджер говорили с ним, поэтому я подошел к ним и присоединился.