Страница 29 из 158
Но Кира расхваливала изысканность моих кексов, не потому что она была влюблена в Джо, нет.
Она хотела Джо для меня.
Черт побери!
Ее поведение с Джо одновременно меня раздражало и удивляло. Тима не так уж долго не было с нами, если уж на то пошло.
С другой стороны, наша жизнь в корне изменилась также, как изменилась я, не скрывая своей боли, когда убили Тима. Девочки тоже страдали, и мне не хотелось, чтобы они скрывали от других свою боль. Я не хотела, чтобы они прятали ее в себе, чтобы она пожирала их изнутри, как ни странно, я хотела, показать и вернуть нашу боль, страдания Тиму. Мне хотелось, чтобы мои дочери и все остальные знали, что я была вывернута буквально наизнанку от потери своего мужа. Я хотела, чтобы люди видели, знали, кто такой Тим, и что он значил для меня и для нас, что он был из тех людей, чья смерть способна причинить подобную, адскую боль. Потому что так оно и было.
Но моя дочь очень любила меня, свою мать; Кира хотела, чтобы я избавилась от этой боли и страданий.
Черт побери!
— Кира сумасшедшая, — заключила я Фебрари, переведя взгляд с дочери на Джо, который взял кекс и собирался в этот момент откусить огромный кусок.
— Кэл хороший парень, — ответила она, и я почувствовала, как все мое тело содрогнулось от выражения ее глаз, по которым я поняла, что она знает о нас — обо мне и Джо. Откуда она узнала, я не могла сказать. Но она точно знала.
— Я…
— Мы должны с тобой выпить как-нибудь, ты и я. Я все объясню и, возможно, когда все тебе расскажу, ты не будешь к нему так строга и дашь ему второй шанс.
Так строга? Второй шанс? О чем она говорит?
Во-первых, что значит так строга? Во-вторых, он сам не хотел второго шанса.
— Феб… — начала я.
— Фебрари! — Прокричал Колт. — Детка, у нас есть еще «Бад»?
— У меня такое чувство, будто я сегодня работаю, — пробормотала она и крикнула через весь двор: — Да, в холодильнике в гараже.
Колт посмотрел на свою женщину, Феб — на своего мужчину. Я знала, к чему приведут такие взгляды. Несмотря на то, что он подстриг газон перед сегодняшней тусовкой, поставил тент и простоял у гриля два часа, делая хот-доги и гамбургеры, а она, скорее всего, планировала и вела подготовку неделями, ходила по магазинам, готовила и бегала, закупая продукты, сейчас они мерились взглядами относительно того, кто будет пополнять холодильник у гриля. Она сидела на траве, отдыхая. Он стоял за грилем, считая это важной работой, хотя, в основном, просто стоял рядом с грилем, который делал все остальное. Таким образом, Фебрари должна была сдаться.
— Черт, — пробормотала она, сдаваясь, посмотрела на меня, вставая. — Ты можешь приглядеть за Джеком? Мне нужно пополнить запасы пива.
Я улыбнулась ей.
— Не сомневайся.
— Мама! — завопила Кира, когда Феб двинулась в сторону гаража. — Джо просто влюбился в твои кексы!
Все головы повернулись в сторону Киры, Хизер и Джо, но я видела только глаза Джо, устремленные на меня. Я сомневалась, что он сказал Кире, что он «влюбился» в мои кексы (хотя, если они ему не понравились то, он однозначно природный урод, потому что они были восхитительными), и я еще больше сомневалась, что он пребывал в восторге от того, что Кира объявила об этом во всеуслышание.
Но все равно.
Я отвела взгляд от его глаз и прокричала в ответ:
— Теперь я могу умереть счастливой.
Потом посмотрела на Джека, нежно воркуя ему и улыбаясь. Он улыбнулся в ответ и захихикал, как хихикают малыши, я подхватила его на руки и подкинула в воздух, он испустил еще один детский смешок-гугуканье, а затем я потерла своим носом о его нос, отчего услышала с его стороны еще одно хихиканье.
Малыш Джек меня не разочаровал.
* * *
— Хорошие кексы, соседка, — услышала я через полчаса у себя за спиной, а Фебрари, стоящая передо мной, с которой мы мило беседовали, подняла глаза над моим плечом.
Джо явно стоял у меня за спиной.
Это был полный отстой, потому что я не услышала, как он в очередной раз подкрался ко мне.
— Черт, Скаут схватил мой шлепанец, — пробормотала Феб. — А, ну верни. — Крикнула она собаке.
И я увидела, как Феб побежала по двору к щенку, который стал рычать, утащив ее шлепанец. Пес мотал головой взад-вперед, лязгал зубами, потом положил лапу на резинку, пытаясь оторвать перепонку.
— Вайолет.
Я перевела взгляд с собаки на Джо.
— Что?
— Нам нужно поговорить о твоей сигнализации.
Я промолчала, но и не отодвинулась от него, а просто смотрела на него и ждала продолжения.
— Чип напортачил с соединением, ничего страшного, конечно, но мне потребуется еще какое-то время.
— Неважно, — пробормотала я, отводя от него взгляд.
— Я зайду утром, чтобы все доделать.
— Хорошо.
Последовала пауза, затем он коротко произнес:
— Видно, ты еще не надумала повзрослеть.
Мои глаза вернулись к нему, я открыла рот, чтобы ответить, но тут услышала крик:
— Мама!
Кричала пронзительно Кейт, у меня кровь застыла в венах от ее крика.
Я ощутила, как Джо весь напрягся рядом со мной, мы оба обернулась, вглядываясь в наш дом через задний дворик Колта и Феб. Желтый пикап Дэйна стоял на подъездной дорожке рядом с моим мустангом, Кейт со всех ног неслась ко мне через улицу, Дэйн следовал за ней.
Я побежала к Кейт навстречу, чтобы встретиться с ней во дворе у дома Колта и Феб. И пока я бежала к своей дочери, то чувствовала, как Джо бежит за мной.
Мои руки тут же обхватили мою Кейт за плечи, как только я остановилась перед ней.
— Дорогая, что случилось?
— Там, на крыльце, — только и смогла произнести она.
Дэйн остановился позади нее, но я устремила свой взгляд мимо него на наше крыльцо.
И тут мое сердце замерло.
На моем коврике, на крыльце, лежал огромный яркий букет пурпурных роз с изящными фиалками. Огромными и большими, я отчетливо различала их с другой стороны улицы. Букет был огромным, он загораживал почти весь низ двери.
Это была визитная карточка Дэниела Харта.
Он нашел меня.
И Кейт тоже знала, что означают эти цветы. С тех пор как умер Тим, я получала точно такие же букеты, розы, как по часам каждое утро в субботу в течение многих месяцев. Тогда я позвонила флористам и сказала, чтобы они перестали мне присылать букеты, они перестали, но потом появились новые букеты от других флористов. В конце концов, Барри или кто-то из приятелей Тима утром в субботу выжидал на нашей подъездной дорожке доставку букетов, забирал их с собой, чтобы их не видели мои дочери, пока я не продала дом и не переехала в другой город, букеты не переставали доставлять.
Я посмотрела на Кейт и заметила, как ее трясет.
— Все хорошо, детка.
— Но, он знает, где мы теперь живем.
— Все хорошо, — соврала я своей дочери.
Я почувствовала какое-то движение и, посмотрев налево, увидела, как Джо направляется к моему дому. Затем я почувствовала еще движение и увидела Колта и его напарника Салли, следующими за Джо.
Я посмотрела на Кейт.
— Иди и возьми себе и Дэйну бургер, хорошо?
— Но…
Я улыбнулась ей и понадеялась, что моя улыбка не отображала страх.
— Дэйн — звезда футбола, дорогая, ему нужно есть.
— Мам…
Я приблизила лицо к ней и сжала ее плечи.
— Иди, присмотри за сестрой. Хорошо?
Мои слова заставляли ее взять себя в руки и проявить ответственность, заставляя почувствовать, что таким образом она помогает мне. Кейт бы смогла переключиться с паники, которую испытывала, на чувство долга.
— Хорошо, — прошептала она, я отпустила ее плечи, кивнула Дэйну, выглядевшему взволновано (я поняла по его виду, что Кейт рассказала ему о ситуации), он последовал за Кейт, она двинулась в сторону заднего двора.
Я обернулась и увидела Киру, с извивающемся в ее руках щенком Феб, ее глаза были прикованы к нашему дому. Фебрари и Шерил стояли с двух сторон рядом с ней.