Страница 20 из 158
Вот черт!
«Был» — прошедшее время, все оказывается чертовски плохо.
— Был?! — Вслух переспросил Кэл.
— Ее мужа замочили. Он расследовал дело местной большой шишки, подобрался слишком близко, они убрали его полтора года назад.
Кэл стиснул зубы и выглянул в окно. Он не видел ее дом с этого места, но все равно смотрел в окно, словно собирался разглядеть.
Ее муж был полицейским. Его убили. Теперь она была одна, разгребала свой чертовый снег и растила двух девочек-подростков.
Господи, мать твою, бл*дь.
— И это еще не конец, — сказал ему Колт, и Кэл перевел взгляд на друга.
— Что еще?
— Прайор говорит, что этот парень положил глаз на Вайолет.
Все тело Кэла напряглось. На нее можно, на Вайолет точно можно положить глаз. На нее мог положить глаз кто угодно. Он знал это, потому что он тоже положил на нее глаз.
— Положил на нее глаз?! — Тихо переспросил Кэл.
— Да, это плохие новости, парень. Этот ублюдок считает себя неприкасаемым. По-видимому, пока муж Вай расследовал делишки это мудака, он тем временем наводил справки о ее муже. И через него узнал о ней, она ему приглянулась, и он, если можно так выразиться, прикипел к ней. Прайор думает, что, скорее всего, именно поэтому этот парень решил замочить ее мужа.
— Ты, бл*дь, издеваешься надо мной!
Колт отрицательно покачал головой.
— Нет, — ответил он. — Он стал проявлять интерес к ее делам после убийства, ты можешь поверить в это дерьмо, отчетливо давая ей понять, что заинтересован в ней после того, как сам заказал убийство ее гребаного мужа. Он настолько ясно и отчетливо дал ей это понять, что его предложение попахивало ненормальностью, тогда она собрала вещи и забрала своих девочек, и уехала.
Кэл, не отрывая глаз от Колта, сделал еще глоток пива и заподозрил, что теперь он тоже выглядел таким же несчастным, как и Колт, но только гораздо более несчастнее.
Когда он опустил руку, то спросил:
— Он приезжал к нам в город?
— Нет, но Прайор хороший друг Вай и ее семьи. Она сказала своему брату, что через дорогу от нее живет коп, ее брат поговорил с Прайором, посоветовав позвонить мне и дать наводку за кем нам стоит следить, а кого оберегать. Вай уверена, что он сюда не сунется, но брат и Прайор думают, что он с ней еще не закончил.
Кэл провел языком по нижней губе и снова стиснул зубы.
Колт продолжал говорить:
— Нам нужно быть начеку, Кэл. Ты должен пойти и поговорить с ней. Я знаю, что у нее в доме установлена сигнализация, но эта сигнализация стояла там еще до ее переезда. Ты должен взглянуть на нее и посмотреть что, да как.
— Это невозможно, — ответил Кэл, и Колт уставился на него.
— Почему?
— Она не позволит мне взглянуть на свою систему сигнализации.
— Кэл, она классная женщина, и, наверное, будет благодарна тебе за это.
— Она не самая большая моя фанатка.
Глаза Кольта удивленно прищурились.
— Почему она не самая большая твоя фанатка, а?
Кэл не ответил, но глаз от Колта не отвел.
А потом увидел, как Колт весь подобрался, будто встал в стойку, готовясь к бою.
— Господи, ты ее трахнул?
Кэл по-прежнему молчал.
— Ты трахнул вдову копа? — Кольт с недоверием смотрел на него и начинал злиться, его можно было понять, он сам был копом, поэтому чувствовал такие потери, как никто другой.
— Я не знал, что она вдова полицейского.
— Черт, Кэл, у нее на лбу написано, что она пережила потерю, — отрезал Колт, явно разозлившись.
— Не твое дело, Колт, не суди об этом так.
— Это полный отстой.
Да, это был полный отстой. Потому что еще тогда, он все понял относительно нее. Он видел тоже дерьмо в глазах Вайолет, в выражении ее лица, в том, как она держалась, в ее безжизненном голосе, когда говорила, и, как и в чертовой Бонни, он хотел все это в ней изменить. Но у Бонни все было по-другому, ее жизнь начиналась не лучшим образом, но, в конце концов, все это оказалось ее собственным делом, а не навязанной трагедией, которую она сама же и создала. Он не смог изменить Бонни. Он пытался, но не смог. И он не хотел пробовать то же самое во второй раз, просто не хотел.
— Вытащи ее из дома как-нибудь, — сказал Кэл Колту. — Пригласи ее с Феб вместе с дочерями, дайте мне знать, когда она покинет свой дом, я осмотрю его и доложу все тебе. Ты можешь что-нибудь для них придумать с Чипом.
На этот раз Колт не ответил, просто пялился во все глаза на него.
— Я буду приглядывать за ней, — закончил Кэл.
Колт же решил вернуться к предыдущей теме.
— Ты закончил с ней?
— Что?
— Ты закончил с ней?! Вы, мать твою, закончили? — выплюнул Колт.
— Да.
Колт снова посмотрел на него, отрицательно качнув головой и сделав глоток воды.
Потом более внимательнее посмотрел на Кэла.
— Не мое дело, конечно, но, чувак, ты что, рехнулся?
Тело Кэла снова напряглось.
— Да, это не твое дело, Колт.
— Я уже знаю тебя какое-то время, Кэл, ты забыл?
— И опять хочу тебе напомнить, что это не твое дело.
— Она настолько милая и может быть забавной, когда забывает о грусти. Она хорошо относится к своим девочкам, отличная мама и чертовски великолепна. Ее задница почти так же хороша, как у Феб.
В этом Колт явно ошибался. Задница Вайолет была намного лучше задницы Феб. У Феб была отличная задница, но тело Вайолет было создано для того, чтобы мужчина хотел ее трахнуть, причем хотел с такой силой, что трудно было думать о чем-то другом.
Нет, дело было не только в этом, она была создана для того, чтобы мужчина хотел ее, и она была создана, все ее тело было создано, чтобы трахаться. Ее сиськи, ее задница, ее киска — это был настоящий рай.
— Я это заметил, — отметил Кэл.
— И все же ты трахнул ее и поставил точку?
Кэл начал злиться.
— Как я уже тебе сказал, это не твое дело.
И тут Колт допустил ошибку.
— Она не Бонни.
Кэл выпрямился, все его тело напряглось еще сильнее.
— Мы не будем говорить об этом.
Колт был не согласен с ним.
— Бонни уже в прошлом… и довольно давно.
— Колт, хватит, это не твое собачье дело, мать твою, — предупредил его Кэл, теряя терпение.
Колт уставился на него, плотно сжав губы и сердито глядя ему в глаза. Затем он покачал головой, давая тем самым понять, что считает Кэла придурком и идиотом. Это разозлило Кэла еще больше, но пытался держать себя в руках. Ему нравился Колт, он уважал его, долгое время жил напротив него, знал его еще до того, как тот поселился напротив него, по ту сторону улицы. Колт принимал участие со всем этим кошмаром Кэла. Кэл всегда любил и уважал его.
— Я дам тебе знать, когда ты сможешь проскользнуть к ней в дом, и буду признателен, если ты будешь все время начеку, — Колт тоже решил оставить эту тему.
Кэл кивнул.
Колт кивнул в ответ, поднял бутылку с водой в знак благодарности, сказав:
— Увидимся.
А потом он ушел.
Кэл поставил бутылку пива на стойку кухни и пошел во вторую спальню, которая была практически пустой. В ней стояла только давнишняя специальная кровать с тех пор, как его отец был болен и жил в этой комнате
Он раздвинул шторы и посмотрел в окно на дом Вайолет.
Ее мустанга не было, но «Фиеста» ее дочери стояла перед домом. Было четыре тридцать дня, Вайолет, скорее всего была на работе, ее дочери вернулись из школы, одни, и он понадеялся, что они включили сигнализацию, соединенную с дверьми и окнами, как только вернулись домой.
Наблюдая за ее домом, разные мысли теснились в его голове.
Итак, у Вайолет имеется придурок, одержимый ею, который убил ее мужа, а также сосед, трахнувший ее, а теперь поставивший точку.
Боже, но он чувствовал себя полным мудаком. Ему не следовало даже прикасаться к ней.
Он прошел через дом, открыл боковую дверь на кухне, на ходу сняв с крючка ключ. Потом открыл дверь гаража, где стоял его «Станг», стал рыться в ящиках с различным оборудованием. Все содержимое было полным дерьмом, вот почему оно лежала в ящиках, а не работало в системе сигнализации.