Страница 11 из 158
Я уперлась локтем в барную стойку, обхватила голову руками и впилась губами в соломинку. Ухватившись за нее, я стала высасывать клюквенный сок с водкой, обдумывая как мне поступить.
— Пива? — спросил Морри у Джо, прежде чем я успела прийти к какому-либо выводу.
— Да, — ответил Джо и проскользнул между мной и пустым барным стулом, стоявшим рядом со мной, на котором сидел Колтом, Джо приблизился ко мне почти вплотную, отрезав меня от бара, мы специально выбрали с Колтом последние два стула у стены.
Однако Джо не сел на свободный барный стул. Он оставался стоять даже после того, как Морри открыл бутылку пива и поставил ее на стойку перед ним, направившись обслуживать других клиентов. И он опять же не сел, а всего лишь сделал глоток пива, почти всем корпусом повернувшись ко мне, кроме торса, который был направлен в сторону бара.
Затем он окончательно повернулся ко мне и посмотрел мне в глаза.
— Ты говорила со своей дочерью о презервативах?
Опять мне показалось, что он начал разговор с середины, будто мы только что обсуждали эту тему, но несмотря на мое опьянение, я поняла, о чем он говорит.
— Нет.
Он не ответил, просто смотрел на меня, и я понимала, что означает его молчание.
— Кейт ответственная, — объяснила я, хотя это было не его дело, и, хотя моя дочь была ответственной, мои слова прозвучали с какой-то надеждой.
— Ты была ответственной? — спросил он.
— Нет, — честно ответила я, и так было понятно очевидное.
Он продолжал внимательно смотреть мне в глаза, потом сделал глоток пива.
Я попыталась нацелиться губами на соломинку, поймала ее и сделала еще глоток.
Потом выпустила соломинку и спросила:
— Ты убрал у меня снег?
Его голубые глаза остановились на мне.
— Что?
— В тот день, когда шел снег, ты расчистил мою подъездную дорожку?
Он молчал, потом произнес:
— Ага.
Когда мои умозаключения подтвердились, я затаила дыхание, не зная, что сказать, это было приятно, хотя он не казался мне хорошим парнем, но я все же решила его поблагодарить, сказав: «Спасибо».
Он промолчал.
Я пила водку с соком, все еще обхватив голову рукой, локоть упирался по-прежнему в стойку бара, когда он снова заговорил.
— Твой мужчина уехал?
У меня грудь сжалась от его слов, и я подняла на него глаза.
— Что?
— Твой мужчина вернулся домой на прошлой неделе. А сейчас он уехал?
Я моргнула, глядя на него, представляя, как Тим вернулся домой и тут же понимая, что это невозможно, хотя я очень этого бы хотела, а затем я поняла, кого он имел в виду.
— Это был не мой мужчина. Это был мой брат Сэм.
Он кивнул и отхлебнул пива. Я уставилась на него.
Затем по какой-то совершенно не понятной причине, скорее по глупости, я спросила:
— А твоя женщина?
Его глаза снова встретились с моими, но он не ответил.
— Та, с которой ты был в тот вечер, когда приехал Сэм, — подсказала я.
— Надя? — спросил он так, будто я должна знать ее.
— Блондинка.
— Надя, — утвердительно произнес он.
— Она с тобой? — Спросила я, не зная почему, но подумав, что хотела бы узнать ответ, хотя и не знала почему.
— Нет, — ответил Джо.
— О, — прошептала я и наклонилась к соломинке.
Мы долго молчали, я без особого энтузиазма потягивала коктейль, Джо стоял рядом, время от времени прикладываясь к пиву. Мне становилось некомфортно. Я почувствовала необходимость заполнить тишину, но обнаружила, что сказать мне нечего. Однако, наблюдая за Джо, я поняла, что он-то, как раз чувствует себя вполне комфортно с пивом в заполненном баре, он был вполне всем доволен.
Наконец, я поняла, что могу сказать:
— Тебе не нужно отвозить меня домой, я могу взять такси.
Его глаза снова обратились ко мне, и он заметил:
— Ты живешь рядом со мной.
— Ну... да.
— Соседка, поэтому я могу отвезти тебя домой.
— А что, если ты захочешь домой, а я захочу остаться здесь?
— Я подожду.
— А что, если я захочу домой, а ты захочешь остаться?
— Тогда я вернусь.
Да, у него на все был ответ.
— Как-то глупо.
— Почему?
— Потому что просто глупо.
Глупо было с таким количеством водки, которую я выпила, и учитывая, что я много не пила, все было сейчас глупо.
Я решила, что он тоже считает это глупым, потому что даже не потрудился мне ответить.
Я схватила соломинку губами и сделала еще глоток.
Мы снова погрузились в молчание, Джо повернулся к бару и облокотился на стойку, обеими руками взяв бутылку с пивом, пока я пыталась найти другую тему для разговора.
— Значит, Кензи держит рот на замке.
Джо повернул голову и посмотрел на меня.
— Да.
— С твоими клиентами все в порядке?
— Да.
— Ты стал оставаться дома гораздо чаще, чем обычно, — глупо заметила я, хотя не хотела, чтобы он заметил, что я заметила, но в то же время я, удивительное дело, волновалась, что Кензи Элиз могла лишить его клиентов, именно поэтому он стал оставаться дома чаще, чем обычно.
— Да, — сказал он, а потом замолчал, и я выдохлась на этом разговорном гамбите.
Когда я замолчала, Джо отвернулся и, упираясь одним локтем в стойку, другой рукой поднес пиво к губам и запрокинул шею, чтобы сделать глоток. По какой-то пьяной причине меня очаровала его манера пить пиво. У него была мускулистая шея, и я видела, как она изгибается и горло делает глоток. Кроме того, его подбородок был отчетливо виден, я заметила насколько он привлекательный, и это тоже было увлекательно по какой-то пьяной причине.
Я оторвала взгляд от его горла и подбородка, пододвинула маленький поднос с фруктами, которые Феб, Морри и Дэррил подавали к коктейлям. Дольки лимона, лайма, коктейльный лук, оливки и засахаренная вишня.
— Знаешь, — начала я, и Джо снова повернул ко мне голову, — раньше можно было произвести впечатление на парня, просто завязав стебель вишни в узел языком.
Зачем я это сказала, понятия не имела. Не могла молча потягивать водку с клюквенным соком, пока он молча потягивал свое пиво. Для меня это было слишком странно. Я не могла до него достучаться, а мне нужно было о чем-то с ним разговаривать.
— Да?! — спросил он.
— Угу, — ответила я.
— Ты часто так делаешь? — спросил он.
— Нет не часто, — ответила я, так как раньше была с Тимом и только с Тимом, а потом навсегда с Тимом, но завязывание стебля вишни языком произвело на Тима определенное впечатление. — Мне кажется странным, что такая шалость производит впечатление на парня.
Джо не пытался объяснить мне, почему…
— Хорошо, что мы все из этого выросли, — заметила я рассудительно, как взрослая.
— Даю тебе пятьдесят долларов прямо сейчас.
Я моргнула.
— Что?!
Он выпрямился, вытащил бумажник из заднего кармана, открыл его и вытащил банкноту. Потом он положил ее на стойку между нами, и я увидела, что это пятидесятидолларовая купюра. Когда он заговорил, я перевела взгляд с денег на него.
— Она — твоя, давай, — произнес Джо, засовывая бумажник обратно в карман.
— Ты серьезно?! — Прошептала я.
Джо не ответил, он просто схватил вишню за стебель и протянул ее к моему лицу.
Я уставилась на вишню. Оказывается, он вполне серьезно говорил об этом.
— Пятьдесят долларов, чтобы я языком завязала в узел стебель? — Решила я уточнить.
— У тебя не получиться.
— Получиться, я просто... — сделала паузу, убрав локоть с барной стойки и протянув руку, чтобы взяться за стебель вишни, — давно не практиковалась.
Джо молча воспринял мои оправдания, пока я задавалась вопросом — угораздило же меня в это ввязаться. Неужели я готова, вот так сидеть перед ним и двигать, как идиотка, губами, пока он будет наблюдать за мной и, скорее всего, этот дурацкий стебель вишни не завяжется.
Но в данный момент отступать было уже поздно. Потому что дело было не только в пятидесяти долларах, но больше в моей гордости.