Страница 62 из 86
- Как князь Владимир Красное Солнышко или вещий Олег? - удивился Петя. - Мам, давай я прочту бабушке стих о вещем Олеге! - предложил он и бойко начал декламировать:
Как ныне сбирается вещий Олег
отмстить неразумным хазарам.
Их села и нивы за буйный набег...
- Мам! А кто такие хазары? - спросил, прерываясь. - Они тоже русские?
Света с удивлением обнаружила, что сама этого не знает, и ответила:
- Они из народностей, которые потом вошли в Россию, сынок.
- А мой папа насовсем погиб? У него там - далеко - тоже есть могилка?
Вопрос сына привел Свету в замешательство. "Ну что я ему скажу, когда появится Миша? Как объясню, что через столько лет его отец оказался живым и невредимым?" Но она все же нашла подходящий ответ:
- Может, и не насовсем, сыночек. Сказали, что он погиб в Афганистане, но оттуда, бывает, возвращаются те, кого уже не числили в живых.
- Выходит, и наш папа может вдруг вернуться? - с робкой надеждой посмотрел на нее Петя.
- Вполне может быть, - ответила сыну Света, чувствуя, как ее охватывает волнение, а душа жаждет, чтобы это наконец свершилось. - Правда, было бы здорово?
В этот момент к ним подошла пожилая женщина в кладбищенской робе, убиравшая могилу Ольги Матвеевны и, поздоровавшись, поинтересовалась:
- Вы, милые, кем доводитесь покойной?
- Невесткой. А мой сын - ее родной внук, - эти слова вырвались у Светы сами собой - будто ничто и никто не разлучали ее с Мишей.
- Выходит, это ваш муж нанял меня ухаживать за могилкой? Такой порядочный с виду молодой человек... а вот... задолжал. И вас я впервые здесь встретила.
Ее слова смутили Свету, но она и тут нашлась, что ответить.
- Он сейчас в отъезде - такая у него работа. А я здесь бываю, только изредка. Чаще не получается. Вы скажите, сколько надо, - достала сумочку, я заплачу.
- Триста рубликов, милая, - обрадовалась старушка. - А то я уж горевала - ждать-то мне не сподручно, старая я.
Света отдала ей деньги, взяла сына за руку и направилась к выходу. Она уже твердо знала, что ничего так не хочет, как вновь увидеть Мишу - каким бы он ни стал, и любовь ее к нему не угасла.
* * *
Материальные проблемы навалились на Светлану сразу после разрыва с Марком. Собственные ее небольшие накопления на сберкнижке, куда поступала мизерная зарплата в театре, растаяли, как весенний снег, - при таких-то ценах.
Марк, имея немалый счет в коммерческом банке, предоставил в распоряжение Свете лишь кредитную карточку, по ней она без помех покупала все необходимое. Теперь она намеревалась карточку возвратить, так как собиралась развестись и считала неэтичным далее ею пользоваться. На помощь отца рассчитывать пока тоже не приходится - в институте уже несколько месяцев задерживают выплату денег.
"Положение хуже губернаторского, - думала Светлана, проверив остаток на сберкнижке. - Надолго не хватит. А как жить дальше? Придется, наверно, вернуться на эстраду, а может, совсем уйти из театра. Жаль..."
В театре у нее новая роль, с эффектной выходной арией, - обещает принести большой успех. Она с увлечением репетирует, и это отвлекает от мрачных дум и мирит с предстоящей одинокой жизнью. Имя ее хорошо известно в шоу-бизнесе. Сначала дублерша примадонны ансамбля, она вскоре сама стала успешно исполнять сольные номера; однако Марк, когда они поженились, воспротивился этому. В отношении Светланы соблазнов шоу-бизнеса он опасался. Легкие нравы и обычаи, принятые среди звезд эстрады, возможные ее высокие личные доходы - все это сделает ее независимой, в том числе материально. Зачем создавать предпосылки для разрушения их брака?
- Ну зачем тебе двойная нагрузка? - убеждал он ее. - Ты же театр оставлять не собираешься? Материальных проблем у нас нет. Так какой смысл?
К этому времени он стал независимым предпринимателем, создал собственную эстрадную группу, которая пользовалась немалой популярностью. Марк умел дружить с прессой и телевидением и потому создать рекламу и обеспечить кассовый сбор. В средствах они не нуждались. Он купил шикарный "блейзер", весьма престижную в среде эстрадников машину, и считался процветающим продюсером.
Теперь придется ей возобновить свою эстрадную деятельность - так решила Светлана. Надо созвониться с Марком - он ее удалил с эстрады, пусть теперь поможет вернуться. Ничего страшного: она уже не молоденькая статистка, у нее есть имя, за себя постоять сумеет. А его содействие ни к чему ее не обязывает. Разойтись надо культурно, без вражды, - ведь немало лет вместе и, работая на эстраде, все равно никуда друг от друга не деться.
Светлана собралась уже сесть за телефон, чтобы его разыскать, но не пришлось: он позвонил сам, заговорил, волнуясь:
- Света, нам нужно серьезно поговорить. Чем раньше, тем лучше. Не возражаешь? Ушел я безропотно, как ты велела: хотел дать тебе время остыть и хладнокровно все обдумать.
- Хорошо, приезжай, - спокойно согласилась она. - Я сегодня вечером не занята. Но не надейся, что мое решение изменится. Не для того мы столько лет дружили, делили наши дни, чтобы стать врагами. Неправильно это...
В ожидании Светлана набрала номер телефона матери. Мама, с ее честной, бескомпромиссной натурой, поможет ей избежать ошибки.
- Ты все правильно решила, доченька, - выразила свое одобрение Вера Петровна. - Не стоит идти на попятный, Ма-рик... Ты теперь не сможешь его ни любить, ни уважать. Как я - Ивана Кузьмича... Какая же это жизнь? Ты еще молода, и хоронить себя рано. - И добавила с горечью, как бы каясь: - Сама знаешь, я хорошо к нему относилась; благословила ваш брак. Но за то, что он сделал против Петеньки, я уж не говорю про тебя и Мишу, нет ему от меня прощения. И видеть его теперь не смогу!
Приехал Марк, с большим букетом свежих роз. Светлана укрепилась в своем решении и встретила его с холодным спокойствием. Как ни в чем не бывало приняла цветы, поставила в вазу и, указав на кресло, села напротив.
- Давай, Марк, обсудим положение не как муж с женой, а как старые друзья, - взяв инициативу в свои руки, предложила она подчеркнуто деловито. - Без эмоций и бурных сцен - они ни к чему не приведут.
- Но, Светочка, ты должна меня выслушать! - с мольбой во взгляде и голосе пытался возразить Марк. - Даже преступники имеют право на последнее слово.