Страница 29 из 82
Прям как о девчонке – хоть ревнуй!
– Погоди… – Ирка пристроилась у него под мышкой, хотя сперва хотела высвободиться. – Ты там наверху стоял… – хотела сказать «как приговоренный», но удержалась, – потому что после крааля не знал, примет тебя вода или нет? А потом прыгнул вниз головой?
– Надо же было проверить…
– А поосторожнее как-то нельзя проверять? Ну там ножки помочить…
– Что? – ошалело выдохнул Айт.
– Танька-а, сковородка горит! – завопили наверху. – А-а-а! – донесся пронзительный Танькин визг и дымящаяся, как подбитый истребитель, сковородка просвистела мимо борта.
– Ам! – челюсти распахнулись в опасной близости от Иркиных пяток. Крак! – и сковородка исчезла, только откушенная ручка булькнула в воду.
– Мало того что ты ведьма, ты еще и безрукая ведьма, готовить совсем не умеешь!
– Я умею готовить! Просто я цивилизованная ведьма, то есть девушка… мне нужна нормальная плита, а не этот артефакт первобытно-общинного строя! Примус!
– И что теперь будет? – все еще тревожно спросила Ирка.
– Надо просто подождать, – утыкаясь подбородком ей в волосы, сказал Айт. – Я сейчас вроде запечатанной бочки. Все силы уходят на то, чтобы мой новый-старый физический облик быстрее «дорос» до сознания Великого. Внутри все кипит и булькает, а наружу ничего не вырывается, – продолжал пояснять Айт. – Я еще поэтому хотел плыть по Молочной – неплохо бы мне восстановиться до прибытия в Пещеры. А то знаешь… – теперь уже он отвернулся. – Великий Дракон, который не может даже перекинуться в дракона… не много вам от меня будет пользы, особенно в Змеевых Пещерах!
«Я ж говорила: не трать Силы на всякие воротные пошлины! – мысленно проворчала Ирка. – Ну как же, мы же гордые, девушки за нас не платят! Вот и сиди теперь… с силовым несварением желудка… когда внутри все кипит и булькает!»
А вслух она сказала:
– Ничего страшного, мы вполне способны позаботиться о себе сами! – и кончиками пальцев погладила его по плечу. И тут же отдернула руку. Какая у него кожа… прохладная от воды и одновременно теплая, как у нагревшейся на солнце ящерки!
– Вполне способны, – подтвердил Айт, задирая голову и прислушиваясь к бушующему наверху скандалу.
Вот ящер наглый! Ирка решительно высвободилась и отползла от него по краю панциря.
– Я бы не стал тебе говорить… – ему, кажется, снова стало трудно выдавливать слова. – Но это может быть опасно для вас. Просто если мои соплеменники узнают, что я пока не совсем Великий, хотя уже минут пятнадцать как снова водный… они, скорее всего, попытаются меня убить. Сейчас это можно сделать без особого риска.
Ирка вздохнула и… поползла по краю панциря обратно.
– А можно это как-то… ускорить?
– На море неплохо бы, но туда слишком долго добираться. Ничего, мы с тобой еще полетаем над морем, – он снова обнял Ирку за плечи. – Мать-Владычица, а ведь можно на денек на Целительные Источники заехать! Они не такие сильные, как на Буяне, но тоже могут…
– Прикручивать надо было! – орали наверху. – Вот вентиль, видишь! Прикручиваешь его – и никакой струи пламени, и сковородка не горит!
– Это ты много бензина залил! – визжала Танька.
– Тут дозатор! Вот канистра, вот дозатор, вот примус!
– Не тычь мне в нос этот бензин! Я тебя ненавижу! И всех! А больше всего примус! Н-на-а!
Фьюиии! Ирка с Айтом запрокинули головы, отслеживая вертящийся в воздухе круглый, пышущий пламенем снаряд. Вода вскипела, и над поверхностью в одно мгновение вымахнуло громадное, толщиной с фонарный столб, змеиное тело. Венчала его голова, больше похожая на конскую, чем на змеиную, только зубы у этого коня были хищные. Челюсти его сомкнулись на примусе. На мгновение змей застыл, оценивая вкус новой подачки. А потом раззявил пасть и заорал так, что полуоглохшая Ирка свалилась с черепашьего панциря.
Перекушенный пополам примус рухнул на верхнюю площадку их «черепахо-лайнера», заставив Таньку с криком отпрыгнуть. Широко распахнув пасть, змей ринулся на девчонку, будто зная, что это она подсунула ему горячую невкусную штуку. Между Танькой и змеевой пастью выскочил Богдан. В руках у парня была открытая канистра с бензином и… зажигалка. Горящая зажигалка полетела в канистру… Бросок! Канистра врезалась змею в морду – прямо в распахнутую пасть! Громадные челюсти рефлекторно щелкнули, хрупнул металл… И рвануло! Огонь из пасти разлетелся во все стороны. Вопя, как пароход в тумане, змей запрокинул башку и медленно канул ко дну, напоследок с размаху хлестнув громадным хвостом по черепашьему панцирю. Черепаху закачало. Цеплявшуюся за край панциря Ирку швырнуло в сторону.
– Держись! – Айт оказался рядом и поволок обратно, легко выгребая против бурлящих волн. – Это морской змей, он хоть безмозглый совсем, сам бы не напал на черепаху! Его натравили! Да Шешов хвост ей в глотку, его только Мамочка натравить и могла, никому другому он бы не подчинился!
– Наши родители отличаются прям-таки редкостным единодушием! – с глухим смешком сказала Ирка.
Прямо над их головами, переливаясь радужными крыльями на фоне ясного голубого неба, к ним мчался десяток аспидов Прикованного.
– Стой! – Ирка выпрыгнула из воды, повиснув на плечах у Айта. – Не вздумай! Сам сказал, ты не сможешь обернуться, и с водой пока не очень!
– Я попробую…
– Без тебя разберемся!
– Кто?! Кто разберется без меня?! – Айт рванулся, почти отшвыривая Ирку в сторону…
С нижней палубы их «черепахо-лайнера» взмыла швабра. Припав к ручке, Танька мчалась навстречу аспидам. Воинам Прикованного девушка на швабре не показалась опасной: мохнатый паук, четырьмя лапами сжимавший бока аспида, а другими четырьмя – кривые мечи, щелкнул жвалами и погнал своего летуна навстречу. Мечи сверкнули на солнце… Танька заорала:
– Примус, блин! – и сорвавшийся с ее ладони шар сапфирового пламени ударил пауку в морду. Мгновение сквозь прозрачную завесу бушующего пламени видны были большие и круглые паучьи глазищи. Огонь побежал по его шерсти. Зверюга заскрежетала и принялась всеми восемью лапами сбивать огонь. Мечи посыпались в воду.
– Жареный паук, как раз в стиле местной кухни! И не говорите, что я не умею готовить! – Танька выхватила из-за спины… детскую игрушку, трубку с поршнем, пуляющую пластиковыми шариками. Из трубки вылетел шарик разрыв-травы. Седло передового аспида опустело, только усики да зазубренные, как пилы, лапки гигантского кузнечика реяли в воздухе. Лишившийся седока аспид понесся над рекой, словно улетевший целлофановый пакет. Пых-пых-пых! Из трубки ударила очередь шариков. Аспиды порскнули в разные стороны – наездники яростно терзали удила. У одного шарик разорвался прямо перед мордой. Всадника – жуткую помесь лиса с ежиком – вышибло из седла, но, запутавшись ногой в стремени, он болтался вниз головой и отчаянно вопил. Уцелевшие аспиды разделились и двумя клиньями пронеслись мимо Таньки.
– А ну стой! Вы мне за все ответите! – Танька развернулась в воздухе, влепляя шарик разрыв-травы в спину клыкастому броненосцу. – И за примус…
Аспиды пикировали на панцирь. Растопыренные крылья накрыли площадку на его верхушке. Хрясь! Острие серебряного меча вспороло радужную перепонку, и прямо сквозь разодранное в лохмотья крыло взмыл полупрозрачный в солнечном свете рыцарь в алом плаще поверх футболки и джинсов. Глаза рыцаря были закрыты. Негромко всхрапнув прямо в кабанью морду всадника, спящий одним ударом вышиб его из седла и тут же в развороте кончиком меча достал второго.
– …и за сковородку!.. – Танька влепила очередь шариков по тылам аспидов. – И за потроха!
Ввинтившийся в воздух здухач вспорол брюхо аспида кончиком меча – брызги темной крови разлетелись во все стороны. Танька издала протяжный гневный вопль – два аспида ринулись к ней, норовя зажать и подставить под мечи всадников…
– Иии-эх! – Танька прямо в воздухе сорвалась со швабры, перехватила ту, как молот, и завертела вокруг себя – сверкнула сапфировая вспышка, и аспиды вместе с наездниками осыпались мелким пеплом.