Страница 67 из 91
— А где господин Яксли и Крауч? — не заметил подручных Беллатрисы Лорд.
— Они погибли. Мерзкий полугоблин оказался крепче, чем я думала, — Лестрейндж не стала даже упоминать о Нимфадоре и Пьере, а также о многих павших солдат из ищеек.
— Что я должен сделать? — осевшим голосом произнес Драко.
— Мой Лорд? — обратился к Волдеморту Люциус.
— Драко, ты должен доказать свое решение делом. Убей этого мальчишку и я приму тебя обратно, — указал на Рона Волдеморт. Темный Лорд ликовал. Наконец его планам никто не посмеет больше помешать. На радостях он дал Малфоям шанс искупиться.
— Дайте мне это сделать, мой Лорд, — попытался вмешаться Люциус.
— Нет, мой скользкий друг, твой сын уже достаточно взрослый, чтобы отвечать за свои слова.
Видно, что Драко колебался, но парень пытался скрыть дрожь в руках и на ногах. Лорд велел отпустить его. Драко медленно поднял свою палочку с земли и повернулся к Уизли. Тот выглядел ужасно. Все лицо было в крови от глубоких порезов. Оборотни взяли их числом. Ему не хватало сил даже на банальный выдох и ему оставалось лишь смотреть на своего давнего недруга прямо в глаза. Налитые кровью и опухшие глаза едва оставались открытыми.
— Драко, давай же, — умолял сына Люциус. — Это же Уизли.
— Похоже, твой сын не хочет сражаться вместе с нами.
— Прости, — тихо прошептав про себя Драко, произнес, — avada kedavra!
Всего два слова и вот, чья-то жизнь моментально погасла.
Ставший олицетворением смерти зеленый тонкий луч точно попал прямо в грудь Рона. Рыжеволосый юноша перестал дергаться и его обмякшее тело бросили на землю державшие его молодые оборотни. Увидев смерть юноши, все присутствующие рассмеялись словно умалишенные. Некоторые даже похлопали Драко по плечу.
Но Драко чувствовал себя хуже чем павшие Орденцы. Опустошенные глаза рыжего друга Поттера так и оставшись едва открытыми ненавидяще уставились на Малфоя. Драко не смог смотреть на него и быстро отвернулся. Его било в жар и по всему телу прошла холодная волна, а внутренности желудка просились наружу, но Драко сдержался из последних сил, сейчас никто не должен видеть его слабость.
— Что ж, Драко, признаю, я думал, ты не решишься. Надеюсь, ты меня больше не разочаруешь.
— Мой Лорд, что делать с мертвыми?
— Пусть сначала мистер Герингер заберет к себе нужные тела.
— Ты… Будь ты проклят! — пришел в себя Невилл.
— А ты кто, мальчик мой? — заметил Невилла Лорд.
— Мой Лорд, его зовут Невилл Лонгботтом, он сын этих, — бросила взгляд в сторону столбов Беллатриса. — Я прошу, отдать этого юношу мне.
— Ты хорошо постаралась, моя дорогая. Можешь взять кого угодно.
— Благодарю, мой Лорд.
Последние чары развеялись и на площади настала непривычная тишина. По всей видимой земле лежали тела людей: сгоревшие, замороженные, растерзанные. Разрушения не оставили камня на камне от трибуны и эшафота. Но все было кончено.
Об этом инциденте решились написать в СМИ только через два дня. «Ежедневный пророк» пустил первым номером об успешном подавлении последнего очага бунтовщиков. Террористы, коим окрестили Орден Феникса, были успешно ликвидированы. И теперь новой Англии не стоит ничего бояться. Вся остальная магическая Британия встречала новый обыденный день. Для многих прошедший день казни был самым обычным днем, а для некоторых самым страшным кошмаром.
Англия полностью перешла под управление оставшихся пожирателей смерти. Новое правительство объявило траур в честь погибших пожирателей смерти, доблестно павших ради безопасности обычных граждан: Корбан Яксли, Бартемиус Крауч младший и еще десятки имен, которые отдали жизнь ради порядка были присвоены к наградам посмертно. Их смерть активно пропагандировалась как нечто трагичное, а о смерти «террористов» упоминали лишь вскользь. А ведь со стороны Ордена погибли все: Минерва Макгонагалл, Августа Лонгботтом, Андромеда Тонкс, Нимфадора Тонкс, Пьер Рамье, Билл Уизли, Фред Уизли, Джордж Уизли, Флер Делакур, Филиус Флитвик.
Новости быстро дошли и до Хогвартса. И тем же вечером соседки Джинни Уизли обнаружили ее бездыханное тело на кровати со скомканным номером газеты. А рядом с тумбочкой пустую склянку.
Выручай комната
Мы с Гермионой до дня казни маялись попытками изучить магию с нуля по книжкам. Гермиона безвылазно проводила все свое время в «полигоне», в пустой комнате с тренировочными мишенями. Я постоянно слышала ее выкрики и всякие разные звуки от заклинаний. Невзирая на усталость, девушка явно намеревалась выучить все заклинания, которые только есть в этом Мире.
Шум ее активных действий, кажется, застыл у меня в ухе. Стоит признать, что ее намерения правильны, надо же чем-то себя занять, иначе с ума сойдешь. Мне бы тоже стоило брать с нее пример, но в моем случае есть одно «но». Она колдовала с помощью палочки. А мне эта деталь магии уже при первой встрече не пришлась по нраву. А в книгах очень мало информации о беспалочковой магии.
Из хороших вестей можно выделить одну: моя глухота немного сошла на нет. Я начала кое-что да слышать поврежденным ухом. Хотя, это слишком громко сказано. Вместо абсолютной тишины я улавливала странные звуки. Со слухом определенно стало что-то не то. Закрыв глаза, иногда я видела странные очертания, когда слышала где-то мелкий шорох. И тогда я могла без оглядки сказать, откуда это что-то донеслось, его размеры и вес… Не знаю, с чем это связано. Возможно за эти дни я эволюционировала в дельфина или в летучую мышь, кто знает. Они же как-то по-своему ориентируются по местности исключительно по слуху.
Сегодня был день казни, и я с весьма хреновым предчувствием в душе ожидала любых новостей. Хотя, я уже была уверена в самом худшем. Часы показывали раннее утро. В скором времени наши знакомые должны будут напасть на площадь. А их там ждут все пожиратели смерти с армией. За ожиданием этого события время шло чертовски медленно.
Холодное предчувствие кошмара растягивалось на минуты и с каждой минутой неизвестность сжимала в свои объятия. Вроде бы казнь должна была состояться в десять часов утра ровно. А до этого времени, я решила продолжить свои попытки в магию. Надо было очистить голову. Гермиона пока не встала, поэтому полигон был полностью в моем распоряжении. Да уж, как она отреагирует на кошмарные вести, это очень любопытный вопрос.
Набрав полной грудью воздух, вновь пыталась воззвать к ощущениям внутри себя. К магии. В ушах появился гулкий звон. За два дня попыток я немного привыкла к болезненным ощущениям от статичного шума. Волна странной теплоты прошла по всему телу. Я пыталась сдержать эту «энергию» на ладони как можно дольше. Пока получалось так себе. То мизерное воздействие, которое сейчас я умею творить, вряд ли стоит сравнивать с магией, которой Гермиона орудовала без особых напрягов. Я кажется начинаю понимать магов, отчего они так любят эти свои палочки.
Легкая волна из моей ладони слабо всколыхнула мишень в конце комнаты. Да, никакой магией тут и не пахнет. Зато руки дрожали будто я чем-то сильно больна, в добавок не просыхаю на протяжении нескольких лет. Я могла бы сказать, что я снова делаю что-то не так, но. Дрожи и боли стало меньше. Я серьезно. Я же упорно считала, что выйдет совсем наоборот, а это, знаете ли, заставляет быть уверенной в успешности тренировок. Просто нужно время и терпение. Особенно терпения. Организм так просто не выдержит столько стрессовых и болезненных ощущений. И я что-то не наблюдала за собой склонностей к мазохизму. А посему я частенько отдыхала на своем любимом кресле, пока дрожь и гул не стихали до приемлемого уровня, я расслаблялась как могла.
— Получается? — подошла Гермиона.
Ее хаос на голове я не стала комментировать. А заспанный вид девушки говорил об одном: она только встала и вновь взялась за учебу. Сейчас она выглядела в точности как я когда-то: с опухшими глазами и мешками под ними. А сейчас я же наоборот, прямо цвету и пахну.
— Смотри, — я проделала ту же волну.
— Уже что-то. Но может, все-таки возьмешься за палочку?