Страница 76 из 138
- Правда? Что-то запамятовал, - ловко вывернулся Владимир, а у меня по спине будто холодным провели. Значит, специально всё подстроил!
Женя не ответил. Не глядя на нас, прошёл к телефону и набрал номер.
- Даша? Зайдите, пожалуйста, в конференц-зал. Прямо сейчас. Да отложите вы это письмо! – он закончил разговор на раздражённой ноте, а потом медленно выдохнул и запустил руку в волосы.
Так, эти жесты я прекрасно знала – Женя сердится, пытается успокоиться и не показывать этого. Тут он резко обернулся ко мне.
- Маша, ты мне нужна. Идём, - проговорил он таким жёстким тоном, что я немедленно закрыла папку и встала. – Володь, я её забираю. И впредь, если просишь кого-то из моих сотрудников помочь, согласуй со мной, ладно?
- Ядрён батон! Жень, да ты чего обиделся-то? – зычно гаркнул Лавренко, недоумённо разводя руками. – Думаешь, я тут на твоё начальское место мечу что ли? Права качаю?
- Да не думаю я так, - недовольно отозвался Селиванов. – Просто порядок люблю во всем. Дисциплина, понимаешь?
- Порядочный, блин, ага. Всех по порядку, - буркнул Владимир. – Понимаю я твою дисциплину, со школы её терпеть не мог. А ты всегда был такой. Совсем не изменился.
- Так уж и совсем, - усмехнулся Женя, и хмурый лоб чуть разгладился. Он подошёл к другу и ткнул его кулаком в плечо: - Ладно, давай без обид. Замену я тебе пришлю.
И тут, в подтверждении его слов, распахнулась дверь, и в зал влетела запыхавшаяся Скворцова.
- Я здесь, Евгений Юрьевич. Звали?
- Да, - критично оглядел её начальник. - Аудитору требуется помощь с документами. Вот тебе, Вова, делопроизводитель, сейчас мигом разгребёте, а мы с Машей пойдём.
Дарья, кивнув, тут же уселась за стол, а меня Селиванов подхватил под локоть и мягко повёл к двери. Прежде чем отвернуться, Лавренко проводил нас хитрым взглядом. А потом промурлыкал себе под нос, но все услышали:
- Хороша Маша, да не наша. Зато есть Даша. Так ведь, Дашенька?
Скворцова деликатно засмеялась, а пальцы Жени сильнее сжали моё плечо, когда он пропускал меня вперёд. На меня что ли сердится? Или это собственничество? Сам разрешил обращаться ко мне по всем вопросам. Помочь хотела, а получила рассерженного начальника и бесстыжего аудитора. Женя с утра не в духе, отыгрывается на мне? Что же мне так с мужиками не везёт?
В коридоре он меня отпустил и обогнал. Я последовала за ним, ведь он обозначил, что я ему нужна. Приятная фраза, но в тот момент я об этом совсем не подумала – обстановка не располагала к романтике, да и Женя очень уж сурово это произносил. Вот бы он повторил это при других обстоятельствах: нежно шепча на ушко, обнимая за талию и деликатно, но настойчиво прижимая к себе.
Я тихонько вздохнула, гипнотизируя взглядом его широкую спину. В своих мечтах я могу разойтись, но не сейчас. Евгений вошёл в кабинет – я за ним.
- Маш, вот о чём я хотел с тобой поговорить, - начал шеф, усаживаясь в кресло.
Поднятые им вопросы меня несколько обескуражили. Нет, ответить у меня не составило труда, и я даже не обращалась к дополнительным источникам информации. Но срочными и важными они не были. В том плане, что можно было не выдёргивать меня с помощи аудитору, а решить всё прямо там. И у меня невольно зародились подозрения.
Мы с Женей побеседовали ещё какое-то время. Он сыпал совсем пустячными вопросами и почти не отрывал от меня взгляда, будто ждал какого-то конкретного ответа, а я мрачнела всё сильнее, понимая, что он меня нарочно держит здесь, чтобы я не решила, будто вызвал зря. Но поздно, я уже всё поняла. В итоге, я не выдержала, и вместо ответа на его последний вопрос, задала встречный:
- Евгений, скажи, пожалуйста, зачем ты отозвал меня от Лавренко? Только честно. Чтобы не выведала какие-нибудь секреты фирмы?
Мало ли. Вдруг он знает о моём обещании Егору? Да, оно липовое, и ничего серьёзного я его брату не передавала, но сам факт вряд ли обрадует Селиванова. Может, настучал кто или сам видел? Может тогда, с компом, проверка была, а я прокололась. Не просто же так он разозлился.
Я посмотрела Жене в глаза, чтобы увидеть, если он начнёт юлить. Первой эмоцией я поймала удивление. Начальник усмехнулся и качнул головой:
- Надо же о чём ты подумала. Нет, Маша, вовсе не поэтому.
Эту загадочную и толкающую на размышления фразу он проговорил медленно и с теплом. А ещё посмотрел на меня так долго и пронзительно, как никогда прежде. Женя замолчал, но его глаза, лёгкая улыбка, поза – продолжали говорить, даже кричали. Хотели, чтобы я поняла. Меня затягивало в омут его взгляда, и я позволяла зелёно-голубым водам нести себя, закручивать штопором на дно, где жемчужиной лежал ответ. Истина. Достать которую будет нелёгко: прежде надо раскопать песок, отыскать нужную раковину и суметь открыть, умеренно расходуя дыхание. Если что-то даётся просто, этого не ценишь, а когда изо всех сил стараешься и не получаешь…
Мне стало холодно и больно от мурашек и шокирующей мысли. «Вовсе не поэтому!» Не поэтому, не поэтому… А потому, что нужна. Правда, нужна. Только я и больше никто!
У меня на глаза выступили слёзы, а выражение лица выразило всю мощь удивления. Заметив, что я, кажется, поняла всё правильно, Женя хотел что-то сказать, но тут дверь резко распахнулась, и на пороге нарисовался Лавренко:
- Женька, ты мне срочно нужен! Извините, что так вторгаюсь, я ведь не помешал? - он посмотрел на меня. – Если что вернётесь к разговору позже, Машенька, но сейчас я утаскиваю начальника. Дело безотлагательное.
Володя выглядел взволнованным и уходить не собирался, замерев на пороге. Женя досадливо сморщился, но делать было нечего – поднялся. А мне вспоминался богатый матерный арсенал Егора. Вот чёрт дернул Лавренко прийти именно сейчас, ещё какие-то пять минут, и все мои страдания были бы оправданы. Женя намекнул, что я важна ему, и собирался продолжить. Но мне в ладони снова попала не та раковина. Не за рукава же его хватать, чтобы остался и договорил?